Читаем без скачивания Гардемарин в юбке - Ирина Хрусталева

Она поторопилась откланяться и бегом побежала к своей машине. Возле нее уже стояли Роман с Сергеем и о чем-то тихо переговаривались.

– Ну что, друзья мои, все-таки решили послушаться глупую женщину? – засмеялась Ника.

Мужчины переглянулись и заулыбались.

– Тогда по коням, – махнула головой Вероника.

Глава 23

Сергей сел в машину к Роману, а Ника поехала на своей «десятке». До Института Склифосовского они доехали быстро, и все вместе пошли в отделение, где перед смертью лежала Роза Ефимовна Демидова.

– Мальчики, я думаю, что мне пока нужно пройти туда одной и попробовать разговорить «однопалаточников» Розы Ефимовны. Представлюсь ее родственницей, а ваш бравый вид может отпугнуть больных женщин. – И, видя, что возражений со стороны мужчин не последовало, Ника решительно направилась в палату.

Она осторожно просунула голову в дверь и увидела, что там лежат всего две больные. Палата была двухместной и очень комфортной – стоял холодильник, телевизор, работал кондиционер, а белье сверкало девственной чистотой. В приоткрытую дверь Вероника увидела, что прямо при палате имелась ванная и туалет, но ничему этому она не удивилась, ведь отделение было платным.

– Простите меня, пожалуйста, можно к вам войти? – спросила Ника.

– А ты к кому, деточка? – поинтересовалась женщина с одной из коек.

– Видите ли, – осторожно начала Ника, просачиваясь в дверь, – я родственница Розы Ефимовны Демидовой, которая здесь недавно лежала.

– Так умерла же она, деточка, – удивленно ответила женщина.

– Да, да, я знаю, что умерла, как раз сегодня ее похоронили, – поторопилась показать свою осведомленность Вероника. – Просто я очень хотела бы знать, как прошли последние дни моей тетки. Что говорила? Может, передать что просила? Я ведь только сегодня приехала, не застала ее живой. – Ника промокнула платочком глаза.

– Да ты проходи, проходи, девушка, я-то с Розой Ефимовной, можно сказать, до последней минутки здесь была. Буквально за час до кончины к ней родственники приходили, сестры ее да внучка с женихом.

– С каким женихом? – вытаращила Ника глаза.

– Мужчина такой, высокий, видный.

– А, так это, наверное, ее врач, – облегченно вздохнула Ника.

– Может, и врач, только уж очень он заботился о ней, прямо, как жених.

– Ему за это платят, вот и заботится, – улыбнулась девушка. – Когда были родственники, о чем же они говорили с тетей?

– Да о чем здесь обычно говорят? О болезнях, конечно, все уговаривали ее сестрицы, чтобы не падала духом и держалась, чтобы лекарства вовремя принимала и отдыхала побольше, от еды чтобы не отказывалась и быстрее поправлялась. Обычный, в общем, разговор. Посидели они возле постели ее, наверное, с час и ушли. Потом, врач приходил, кардиограмму сделал. А через пятнадцать минут после его ухода тетушке вашей совсем стало плохо.

Вероника вцепилась в свою дамскую сумочку так, что побелели костяшки пальцев. А женщина тем временем продолжала говорить:

– Бредить она начала и все звала своих сыновей. Плакала очень и просила прощения у своего мужа, что не смогла уберечь детей. А перед самой кончиной, буквально за минуту, захрипела. И потом конец, дух испустила! – Женщина сокрушенно покачала головой.

– Страшно, наверное, когда видишь, как люди на твоих глазах умирают? – посочувствовала Вероника только для того, чтобы поддержать разговор.

– Страшно мне не было, но приятного, конечно, мало, – вздохнула женщина.

– Спасибо вам большое, что рассказали мне все, – поблагодарила Вероника женщину и, пожелав скорейшего выздоровления, вышла из палаты. Она присела в коридорное кресло и задумалась.

«Вроде ничего необычного, приходили родственники, потом врач. А может, этот врач что-то сказал больной женщине? Или я совсем отупела, или действительно Ромка прав: я заигралась в детективы и уже скоро буду видеть преступника в первом встречном. Приняла же я страхового агента за убийцу… Хорошо, что с участковым удалось договориться с помощью зеленых бумажек, чтобы про этот случай никто не узнал. По-моему, мне срочно нужен отдых и желательно подальше отсюда, где-нибудь в африканских джунглях или на необитаемом острове».

В это время из палаты напротив вышел доктор, и Вероника узнала невропатолога, которого она в прошлом году, когда лежала здесь, чуть не оставила без наследства. Врач посмотрел в сторону девушки и, видно, тоже узнал ее, потому что тут же шмыгнул обратно в палату. Ника улыбнулась и встала с кресла. Она решила немного повеселиться и пошла в палату, где только что скрылся врач.

– Виталий Ларионович, что же это вы своих бывших пациентов не узнаете?

Мужчина, едва увидев Веронику, которая как ни в чем не бывало улыбалась ему во весь рот, тут же присел на стул и плотно сдвинул ноги, положив руки на колени.

– Через мои руки столько больных проходит, что всех и не упомнишь, но вас, к сожалению, я узнал, – проговорил доктор, с опаской посмотрев на Веронику.

Она улыбнулась ему доброй улыбкой и проговорила:

– Я зашла, чтобы наконец попросить у вас прощения за тот инцидент. Ведь в прошлый раз мне так и не удалось этого сделать, вы буквально убежали от меня, когда увидели.

– Ладно, чего уж там, кто старое помянет, тому глаз вон, – заулыбался доктор.

А случилось вот что. Когда Вероника в прошлом году попала в Склиф вместе с Юлей, после того как их хотели взорвать вместе с домом, девушек подвергли всевозможным обследованиям, в том числе проверял их и невропатолог. Когда Ника была у него в кабинете и уже стонала от мучений и усталости, врач начал ей стучать молоточком по коленям, удобно усевшись напротив и расставив ноги. А Вероника после этого собиралась прогуляться в больничном саду, поэтому сменила мягкие тапочки на туфли с острыми носами… Так вот, когда доктор простукивал ее коленки, нога дернулась так, что попала ему в то самое место. Врач замер на секунду, потом тихонько ойкнул и… кто бы мог подумать – упал в обморок. Вероника помчалась за помощью и, когда увидела, что невропатолог в надежных руках коллег, тихонько улизнула из кабинета. И теперь ей наконец удалось извиниться.

– Спасибо, что прощаете, я ведь не нарочно тогда это сделала, все получилось совершенно случайно.

– Не будем больше об этом вспоминать, зато теперь я более осторожен, когда осматриваю своих больных.

Вероника и врач оба засмеялись и распрощались почти друзьями. Она вышла из палаты и подошла к Роману с Сергеем.

– Ничего нового здесь мне узнать не удалось. Видно, действительно Роза Ефимовна умерла от обширного инфаркта. Но, черт меня побери, все равно я уверена, что женщине кто-то сказал о гибели младшего сына и его жены.

– Вероника, еще раз тебя прошу, и это последний раз! Прекрати лезть в это дело, поверь, я прекрасно справлюсь со своими обязанностями.

– Ну что, на третий этаж поднимемся или пока не будем? – игнорируя сказанное Сергеем, спросила Вероника. Там лежал в специальном помещении Вадим.

– Нет, думаю, не стоит привлекать к этому месту внимания посторонних. Давай рассказывай, что тебе наговорили про Розу Ефимовну.

Вероника передала весь разговор и, прижимая руки к груди, возбужденно прошептала:

– Но я все равно уверена, что все не просто так. Все это делает один человек. Но кто он, этот неизвестный, пока неясно!

– Совсем у тебя, дорогуша, от твоих детективов крыша поехала, – вздохнул Роман.

– Не язви, Ребров, ничего у меня не поехало. Потом, вы не забыли про тормоза, которые были испорчены, и мы чуть не улетели прямо без пересадки на тот свет? Их повредили буквально за полчаса до нашего отъезда, потому что больше мы в доме не пробыли, ну, может, минут сорок от силы. И я подозреваю, что мне все это не показалось, а так оно и было. Когда мы уже бежали с Наташей обратно через винный погреб, я услышала щелчок замка, будто кто-то поспешно прикрыл дверь. Ром, а ты вспомни, как нас чуть не отравили! Ведь ясно теперь, что преступник уже был в доме или прошел в спальню через потайной ход, когда мы с тобой были на первом этаже. Он, наверное, слышал наш с тобой разговор и понял, что мы о чем-то догадываемся. Когда же я приехала с бригадой «крысоморов», мы вообще с Наташей никакой конспирации не соблюдали и разговаривали в открытую. А когда вход в стене нашли, распахнули его, как в собственном доме. А Элла? Ведь у ее машины отказали тормоза, и это в «Вольво»! Такого даже не может быть, я уверена!

– Да, экспертиза доказала, что тормоза были испорчены намеренно, – напомнил Сергей.

– Ну, вот видите, – обрадованно подпрыгнула Ника, потом сделала серьезное лицо и проговорила: – Ой, ребята, что-то мне нехорошо. Что делать-то будем?

– А как же Александр, он же сам спрыгнул с балкона? – задумчиво сказал Роман.

– Видно, этот преступник знал что-то такое, чего младший Демидов очень боялся, вот он ему и позвонил. Тот испугался и решил, что жить больше не имеет смысла, – сделала заключение Вероника.