Какая недальновидность. Ведь видела в магазине отпугивающие средства от медведей. В ценнейшем торговом заведении были всевозможные баллончики и фальшфейеры, были дымовые шашки и пневматические сигнал-гудки. Видела, разглядывала, вникала и не взяла. В конце концов, можно было прихватить из багажника канистру с бензином и сделать несколько заслонов из огня. Можно было всё. Вот именно-было.
Беспечность и халатность!
Как бы всё надуманное сейчас пригодилось для разгона шайки щелкозубов.
Четыре пса в нескольких шагах ожидали дальнейших моих действий, остальные разделились на две группы по обе стороны от меня. В одной насчитала три солдата, в другой два; прямо настоящая военная операция со своим стратегическим планом и тактикой. Теперь точно не сбежать, путей отступления нет, их отрезали. Я не смогу справиться и с одним взбешенным животным, тем более их здорово разъярили предыдущие огнестрельные события.
У меня правда есть ещё кинжал в ножнах под гольфом. Он всегда со мной, прикреплен к голени, но в данной закрутке думаю не поможет. Ретировалась неспеша, без резких движений, не поворачиваясь спиной к агрессорам. Обмотав левую руку безрукавкой, выставила её вперед. Попробуйте слупить бурду! Запор с дисбактериозом обеспечен! Обманная уловка, наверно, выручила бы, когда один на один, а так, всё равно куснули два раза, в живот и ногу, чуть выше колена, не смогла вовремя увернуться.
Альтернативы нет, надо прыгать с моста. Приходится смываться экстремальным способом. Зверски рычать, безжалостно грызть до победного завершения и претворять в жизнь тему "и один в поле воин" не вышло. Придурковатая, утопическая фантазия. Самообольщение. Всё равно коллективно завалят, квалифицированно положат плашмя и клыкасто вычеркнут из багрового настоящего.
Перспектива выплыть ещё имеется. Я оглянулась назад-а здесь отсутствует бесповоротно. Никогда раньше не прыгала не то, что с вышки, с тумбы в бассейне не пробовала. Плаваю то умею, но на короткое расстояние и жутко паникую, когда длительно ощущаю под ногами пустоту. Если бы не мои многочисленные заплывы у соседей, никогда бы не вознамерилась на сумасбродный поступок.
Высота приличная, двадцать девять метров, глубину не знаю, однако бессчетно раздробить себя на числители и знаменатели несложно и с двухметровой покатой горки. Благополучно осев на удобную мысль, одобрила решение в пользу скоростного спуска. Распотрошив туристический заплечник, побросала в группу из двух псов всё, что в нем имелось, а так же любимую полицейскую кепи. И пока они сообща отвлеклись, пробежала немного назад, поближе к середине моста. Может мне повезет, и я не войду врезающимся землебуром в дно.
Сняла с себя почти всю одежду, обувь. Сняла и гольфы, тесак тоже оставила-лишний балласт. Укусы были очень чувствительные, прихватили кожу ощутимо, но не до крови, остались только четкие следы от зубов. Заклеймили! Сто раз пожалела, что нет надувного жилета, что не обмозговала, не взвесила все надумки раньше, не учла и такую модификацию меняющихся условий.
Перелезла через перила, стояла на краю до последнего, надеялась, что настроение псов переменится в лучшую сторону.
Не переменилось. Диплодоки! Вынуждают самоустраниться до конечного исхода.
Со словами: "Да что б вас всех разорвало"-я сиганула вниз. Десантировала ногами вперед, солдатиком, который нелепым образом перевернулся и вошёл в воду не под тем углом. У новобранца что-то перевесило не в ту сторону. И это была не моя умная рассудительность.
Приводнение прошло неважнецки.
Козлятский перевёртыш!
Удар об поверхность оглушил, я не сразу пришла в себя и прежде чем выплыть, набулькалась всласть и немерено. Некоторое время не могла нормально вздохнуть. Сегодня у меня в рационе обильное вливание и заглатывание неисчерпаемого водоисточника со скидочным купоном на промывание желудочно-кишечных и мочегонных путей. Хоть и лето, но вода ледяная. Течение в месте резвого ныряния с головой не очень сильное, до берега прилично.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Река очистилась от древесины и мусора, только уровень затопления остался прежнем и со временем не спал. Я доплыла до опоры моста, немного отдохнула, ухватившись за небольшую выемку в камне. Долго отплевывалась и отхаркивала содержимое пищеварительного тракта.
Слишком холодно, побултыхала дальше, до следующей опоры не добралась, снесло течением. Гребла к берегу натруженными движениями и тихими всплесками.
Я почти на исходе.
Вылезла на отмель бывшего небольшого островка, который раньше особенно нравился рыбакам с лодками. Сейчас здесь все под водой, мне по щиколотку, но постоять долго не смогла: окончательно вымерзла, задубела, кожный покров приобрел синеватый оттенок. Окунуться бы в гольфстрим и поплескаться в данный момент в геотермальной купели с бьющим горячим ключом. Зубы выбивали стаккатную дробь и я не могла удержать ритмичный степ. Челюстные мышцы сокращались так яро, что прикусили язык и внутреннюю часть нижней губы. Не хватало еще утопиться из-за переохлаждения.
Вдобавок свело ногу. Растирала её, щипала, дёргала за пальцы и выгибала их в обратную сторону. Не помогло. Маленькая булавка, прикрепленная к трусам меня не выручила. Я немилосердно протыкала кожу, кровенила-вхолостую. Пришлось найденным осколком стекла основательно продрать икру и пустить добровольно себе кровь. Вытекло немного, зато помогло. Нужно продолжать плыть дальше. Работала одними руками, боясь повторного спазма.
Всё же добралась до берега, долго не могла найти место на набережной, где можно было незатруднительно подняться наверх. Вся в царапинах и ссадинах, на четвереньках выбралась по ступенькам на сухую площадку. Лежала недолго. Необходимо быстрее уходить отсюда и добраться до ближайшей, оставленной мною машины. Рассматривать другие варианты случайных автомобилей нет времени и шуметь сейчас не желательно. Надеюсь, что стая не возьмёт мой след, не будет подкарауливать и преследовать, а иначе конец. Он будет неизбежным и мучительно темповым.
Двигалась медленно и осторожно, от подъезда к подъезду, быстрыми перебежками не получалось. Ногу волочила, потому как тупая боль от судороги не утихала. В одной девятиэтажной панельке все пять подъездных дверей были наглухо заварены.
Ситуация!
Ещё одна ботва!
Не сейчас. Сейчас некогда, раскину мозгами чуть позже. До нужного мне пункта было еще далеко. Продумала, вроде, все, но оказалось, что не безупречно. Надо будет лучше готовиться. Я собралась немного перевести дух в рабочей бытовке около недостроенного дома.
Осторожно ступая по строительной площадке и обходя завалы щебенки, облицовочных плит и пустых ящиков, наступила на досточку с гвоздем. Аж взревела, всасывая в себя сплошные междометия. Насадила острую железяку в ступню полностью, по самую ржавую шляпку, благо, что штырек был не длинный. Отрывала трухлявую планку, разделывая и чихвостя себя разными обидными прозвищами, не жмотничала на фольклорную скабрёзность, которая раньше утаивалась в моём классическом сленге.
Не утерпела. Озлилась и осерчала. Незачем теперь держать в себе элегантный, куртуазный слог.
Задевайся куда-нибудь точеная, складная словесность!
Пришпорили! Потащили в приятно душистую среду загрязняющую муру! Разбавим благорастворенную грацию в лингвистике и гармоничную симметрию в природоведении.
Из ряда вон выходящее:
— Пи-пи-пи-п-и-и-и-п….
Кем же надо быть, чтобы дважды исколоть одну и ту же страдальную ходулю:
— Пи-пи-пи-пип….
И так далее и так тому подобное…
До вагончика я дошла, только отдыхать не стала. Нашла в халабуде засаленную, дырявую тельняшку без рукавов, из обуви разношенные кирзачи. На стопы соорудила портянки из грязных тряпиц и прихватив арматурину, устремилась дальше.
Наконец добралась до машины. Она была открыта, но ключа в тайничке не оказалось. Облазила всё и везде-не понимаю, как могла произойти неизъяснимая накладка. Я устала, да еще как, но пришлось идти до следующего автомобиля.
