Она вскочила и потянула Элизабет за руку:
— Поторопимся! До вашего дня рождения осталось две недели. А сделать нужно очень многое!
Они поспешили во дворец.
Король беседовал со своими советниками, но для Анны это не было препятствием. Она протиснулась мимо стражников и ворвалась в зал совета, таща Элизабет за собой. Девушка поспешно оглядела комнату и заметила крайнее неодобрение на лицах присутствующих, включая герцога Норфолка.
Но король улыбнулся и протянул Анне руки:
— В чем дело, милая?
— Милорд, в конце этого месяца день рождения Бесс Мередит. Я прошу вашего разрешения устроить маскарад.
— И заглянуть в его кошель, — послышался чей-то шепот, сопровождаемый тихим смешком.
Анна отпустила руки короля и встала. Она тоже расслышала злые слова, но не подала виду.
— Поскольку Бесс росла в деревне, мы устроим сельскую ярмарку. И все нарядятся животными. Будут танцы и состязания лучников, как для леди, так и джентльменов, милорд. Что вы на это скажете?
Она выжидающе улыбнулась кошачьей улыбкой.
— Думаю, это прекрасная мысль. А ты, Элизабет Мередит? Сколько лет тебе исполняется?
— На такие вопросы мне отвечать не обязательно, — кокетливо проговорила Элизабет, приседая в реверансе. — Но если будете настаивать, я признаюсь, что стара так же, как мой нос. И гораздо старше зубов.
Члены совета рассмеялись. Король широко улыбнулся:
— Да, ты истинная дочь своей матери! Можешь так ей и передать!
Он снова взглянул на Анну:
— А теперь, милая, тебе пора уходить, тем более что у нас много дел.
— Итак, вы удостоены особого внимания, — заметил Флини, встретившись с Элизабет перед обедом. — Весь двор только и говорит о том, что Анна Болейн устраивает маскарад в вашу честь. До сих пор подобные развлечения были привилегией гостящих в Англии особ королевской крови. Что по этому поводу думает ваша сестра? У нее наверняка есть свое мнение?
Элизабет кокетливо ударила его по руке.
— Филиппа в бешенстве. А дядюшка Томас вместе с Уиллом работает над нашими костюмами и масками. Должна признаться, я взволнована и смущена. Я всего лишь упомянула, что мой день рождения — в конце мая, и Анна вдруг начала щебетать о состязаниях лучников, маскараде и танцах.
— В каком же костюме вы будете? — ухмыльнулся он.
— Дядя Томас нарядится бараном, а я — овечкой. Филиппа твердит, что не пойдет с нами, но на самом деле она скорее умрет, чем пропустит такое развлечение. У нее будет маска павлина и платье из переливающегося голубовато-зеленого шелка. Когда она перестанет дуться, дядя Томас преподнесет ей этот сюрприз. Он обожает делать сюрпризы.
— Вы умеете стрелять из лука? — спросил Флинн.
Элизабет покачала головой:
— Нет. Не то что мои сестры.
— Тогда я должен вас научить. Нельзя же появиться на собственном празднике и не участвовать в состязаниях. Не важно, меткий вы стрелок или нет, поскольку из вежливости должны дать выиграть другим. У реки есть несколько мишеней. Пойдемте, начнем урок.
Слуги принесли им луки и стрелы.
— Все очень просто, — наставлял Флинн. — Следите за мной и делайте, как я.
Он вынул стрелу из колчана, вложил в тетиву, прицелился, и стрела вонзилась в мишень.
— Теперь ваша очередь.
Он вручил ей лук, встал рядом и, обняв за талию, показал, как его держать.
Элизабет выбрала стрелу, вложила в тетиву, гадая, не попросить ли его отодвинуться, — близость Флинна смущала ее.
— Медленно отводите тетиву… — настаивал он. — Вот так. Теперь отпускайте.
Элизабет вскрикнула, когда тетива обожгла ей руку.
— Вам стоило бы надеть перчатки, — покачал он головой, поворачивая ее запястье, чтобы исследовать ожог. Совсем маленький, но кожу, вероятно, щиплет.
И тут Флинн дерзко поцеловал больное место.
— Лучшее лечение, — прошептал он.
— Я попала в мишень? — спросила Элизабет, притворяясь, будто игнорирует его поцелуй.
Но ее щеки горели, а сердце тревожно билось.
— По-моему, ваша стрела утонула в реке, — засмеялся он. — Необходимо сделать из вас настоящего лучника.
— Дайте мне еще стрелу, — быстро сказала Элизабет. — Если придется стрелять на празднике, я не опозорюсь! Мне просто необходимо научиться попадать в цель.
Он протянул ей стрелу, и она вставила ее в тетиву.
— Теперь отводите тетиву, очень медленно, — командовал он, — отодвиньте немного руку, не то тетива снова вас обожжет. Вот так. Теперь отпускайте.
На этот раз стрела полетела прямо в мишень.
— Получилось! — вскрикнула Элизабет.
— Так оно и есть, Элизабет Мередит. Сможете выстрелить так еще раз?
Она взяла третью стрелу, вложила в тетиву и спустила. Стрела снова застряла в соломенной мишени.
— Попала! Правда, я хорошая ученица?
Она отложила лук.
— Правда, я превосходный учитель? — ответил он ей в тон.
Руки его сжались чуть крепче. Он привлек ее к себе и в страстном поцелуе приник к ее губам. Большая ладонь накрыла ее затылок.
Но Элизабет отстранилась, удивленно уставясь на него огромными зеленовато-карими глазами.
— Почему вы сделали это? — прошептала она, поправляя французский капюшон и вуаль.
— Потому что хотел, — честно ответил он.
— И вы всегда добиваетесь того, чего хотите? — спросила она.
— Обычно, — признался Флинн.
— Боюсь, сэр, вы слишком дерзки. Я не давала вам разрешения целовать меня, — выдавила Элизабет.
Ее сердце снова застучало в бешеном ритме, а голова слегка кружилась.
— А если бы я спросил? Разрешили бы? — не унимался он, медленно проводя пальцем по ее щеке.
— Разумеется, нет, — чересчур быстро выпалила Элизабет.
— Именно поэтому я и сделал то, чего хотел. У тебя сладкие губки, мой обожаемый ягненочек! Просто созданные для поцелуев, и, несмотря на праведный гнев, ты наслаждалась каждым моментом.
Услышав такие слова, Элизабет слегка растерялась, но все же сказала:
— Я еще не разобралась в своих чувствах, Флинн Стюарт, но вы, возможно, правы, и я действительно наслаждалась. Вы второй мужчина, которому удалось меня поцеловать, и, по странному совпадению, первый тоже был шотландцем.
Флинн выглядел потрясенным. При виде его ошеломленной физиономии она мило улыбнулась.
— Кто он? — спросил Флинн, пытаясь вернуть преимущество, которое она так ловко у него отняла.
— Ну, это, положим, вас не касается! — фыркнула Элизабет, явно довольная собой. — Ни он, ни вы не имеете власти надо мной. А теперь проверим. Смогу ли я попасть в мишень, когда вы не обнимаете меня за талию, или это ваши руки творят чудеса?
