Марк обнаружил, что шагает рядом с криокамерой, которую тащил обеспокоенный медик. Краешком глаза он заглянул под прозрачную крышку. Его родитель лежал с открытым ртом, бледный, синегубый и неподвижный. Иней перьями оседал на швах, с радиатора охлаждающего элемента сорвалась волна отводимого тепла. На инфракрасном скопе противника такая волна вспыхнет костром. Марк задрожал и весь сжался. Как холодно, как хочется есть.
«Будь ты проклят, Майлз Форкосиган. Я так много хотел сказать тебе, а теперь ты не слушаешь».
Прямой туннель привел их в просторный вестибюль. Сколько здесь разных ответвлений и перекрестков… Лифтовые шахты, пожарные лестницы, еще туннели, чуланы… Все двери распахнуты или взорваны их авангардом, выискивавшим бхарапутрян. В воздухе резко пахло дымом и плазменным огнем. К сожалению, здесь авангард нашел то, что искал.
Погас свет. Вокруг Марка на шлемы всех дендарийцев опустились фильтры: они перешли на инфракрасный обзор. Он сделал то же и потерянно уставился на мир без красок. Два передовых дендарийца из разных коридоров вбежали обратно в вестибюль, стреляя из плазмотронов. Четверо бхарапутрян в полуброне выскочили из лифтовой шахты, разделив колонну Куин пополам, и они оказались втянутыми в рукопашный бой. Марка случайно сбил с ног дендариец, и он пригнулся рядом с антигравитационной платформой.
— Она не защищена, — простонал медик, шлепая по криокамере, когда над самыми их головами хлестнул плазменный луч. — Одно прямое попадание, и…
— Тогда в лифтовую шахту! — заорал Марк. Медик кивнул, задвигая платформу в ближайшее темное отверстие, где не было бхарапутрян. Шахта оказалась отключенной, иначе противодействующее гравиполе могло бы замкнуть цепи и на платформе, и в камере. Медик взгромоздился на криокамеру, словно на лошадь, и начал медленно спускаться вниз. За ним на руках по запасной лестнице начал спускаться еще один рядовой. Плазменный огонь три раза почти без интервалов ударил в Марка, снова сбив его с ног. Его зеркальная защита взревела, рассыпая голубые искры, и он перекатился к шахте через волны жара. Цепляясь за лестницу, он ушел из зоны обстрела.
Но ненадолго. В отверстии над ними сверкнул шлем бхарапутрянина, и огонь плазмотрона ударил вниз по лифтовой шахте, словно молния. Рядовой помог медику вытолкнуть платформу в самый нижний проход и нырнул следом. Марк пробрался за ними, ощущая себя живым факелом, опутанным шумным голубым свечением. Который это уже выстрел? Он потерял счет. Сколько еще сможет выдержать его защита?
Рядовой приготовился стрелять, целясь в лифтовую шахту, но бхарапутрянин за ними не полез. Они стояли в темноте и тишине — сверху в шахту доносились выстрелы и крики боя наверху. Этот вестибюль поменьше, и из него только два выхода. Тусклое желтое аварийное освещение вдоль пола казалось обманчиво теплым.
— Черт, — сказал медик, глядя вверх. — Кажется, мы только что дали себя отрезать.
— Не факт, — возразил Марк. Медик и рядовой были не из Зеленого отряда. Он включил план, нашел их местоположение и предоставил компьютеру шлема проложить маршрут. — С этого уровня туда тоже можно добраться. Путь немного более кружной, но именно поэтому меньше вероятности наткнуться на бхарапутрян.
— Ну-ка я посмотрю, — потребовал медик.
Нехотя, но с облегчением, Марк отдал ему свой шлем. Медик нахлобучил его себе на голову и стал смотреть на красную линию, змеящуюся по трехмерному изображению медкомплекса. Марк рискнул бросить быстрый взгляд вверх, в лифтовую шахту. Бхарапутрян не видно, и звуки боя стали более приглушенными. Он нырнул обратно, поймав на себе неприязненный взгляд рядового.
«Да, я не ваш чертов адмирал. Очень жаль, правда?»
Рядовой явно считал, что бхарапутряне пристрелили не того коротышку. Чтобы понять это, Марку даже не нужны были слова. Он ссутулился.
— Угу, — решил медик. Было видно, как он сжал челюсти.
— Если вы поторопитесь, то можете оказаться там даже раньше капитана Куин, — сказал Марк. Он по-прежнему держал шлем медика. Сверху больше ничего не слышно. Что ему теперь делать? Догонять отряд Куин или остаться охранять платформу? Он не знал, что страшнее — Куин или огонь противника. Но, очевидно, оставаясь с криокамерой, он все-таки в большей безопасности.
Он сделал глубокий вдох:
— Вы… оставьте себе мой шлем. Я возьму ваш. — Медик и рядовой смотрели на него, словно отталкивая. — Я пойду за Куин и клонами.
Его клоны. А какое, собственно, дело Куин до их жизни?
— Ну так иди, — сказал медик. Они с рядовым вывезли платформу за двери и не оглянулись. Они явно решили, что он не помощник, а обуза, и были рады от него избавиться.
Он мрачно начал карабкаться вверх по лифтовой шахте. Оказавшись на уровне пола, он осторожно осмотрел вестибюль. Немалые разрушения. К удушающему дыму автоматическая противопожарная система добавила еще и пар. Одно тело в коричневой форме неподвижно лежало на полу. Пол мокрый и скользкий. Он вылез из шахты и неуверенно бросился в коридор, по которому должны были уйти дендарийцы, если не изменили намеченный маршрут. Новые следы плазменного огня убедили его в том, что он на верном пути.
Марк завернул за угол, резко затормозил и снова кинулся назад, чтобы спрятаться. Бхарапутряне его не заметили: они смотрели в противоположную сторону. Он отступил обратно по коридору, неловко переключая каналы незнакомого шлема, пока не связался с Куин.
— Капитан Куин? Э-э… это Марк.
— Куда ты подевался, черт возьми, и где Норвуд?
— У него мой шлем. Он повез криокамеру другим маршрутом. Я позади вас, но не могу вас догнать. Между нами четыре бхарапутрянина в полной космической броне. Заходят к вам с тыла. Будьте осторожны.
— Черт, теперь у них еще и преимущество. Ну, все. — Куин промолчала. — Нет. С ними я справлюсь. Марк, уматывай отсюда. Иди за Норвудом. Беги!
— Что вы собираетесь сделать?
— Уроню на этих подонков крышу. Пусть тогда попробуют воспользоваться своей космической броней. Беги!
Он бросился бежать, поняв, что она задумала. У первой же лифтовой шахты он ринулся к лестнице и стал отчаянно карабкаться вверх, не думая, куда она его приведет. Он не хотел уходить глубже под землю, когда…
Это было похоже на землетрясение. Лифтовая шахта затрещала и содрогнулась, а он цеплялся за перекладину, чувствуя, как в него бьет взрывная волна. Через секунду все уже закончилось, только эхо гулко перекатывалось по туннелям, и он снова начал подъем. Впереди показался дневной свет, посеребривший вход в лифтовую шахту.
Он оказался на первом этаже какого-то здания. Похоже на шикарную контору. Окна потрескались. Он разбил окно, выбрался наружу и поднял инфракрасный фильтр. Справа половина какого-то строения провалилась в чудовищную воронку. Оттуда поднимались удушливые клубы пыли. Возможно, бхарапутряне в крепкой космической броне все еще живы под всеми этими обломками, но, чтобы их вытащить, понадобится несколько часов раскопок. Несмотря на ужас, он ухмыльнулся, пытаясь отдышаться и привыкнуть к дневному свету.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
