душить. Эта встреча ни к чему не привела, и продолжать разговор больше не имело смысла. Покопавшись в сумке, она, не обращая внимания на возражения парня, бросила несколько мелких купюр на стол.
— За чай, — пояснила она.
— Перестань! — воскликнул Дэн, тут же подскакивая вслед за ней. Собрав деньги, он заставил Катю убрать их в кошелек.
Мелкий дождь все усиливался и грозился перейти в ливень. Выйдя из кафе, молодые люди направились к дому Кати, перепрыгивая через лужи. Они шли молча, лишь перед подъездом, Дэн предложил:
— Возьми цветы. Они для тебя.
— Белые розы? — грустно усмехнулась Катя, нежно погладив лепестки цветов. — А почему не орхидеи, символ нежности и чистоты?
— Ты любишь орхидеи? — растерянно спросил Дэн.
— Нет, — покачала Катя головой. — Я вообще не люблю цветы. — И, предвосхищая новые вопросы, добавила: — Никакие!
Глава 30
Легкий океанский бриз шевелил волосы, жаркое солнце нещадно плавило кожу, грозясь оставить ожог, несмотря на защитный крем. Издалека доносились гудки пароходов и голоса отдыхающих. Поморщившись от шума и приоткрыв глаза, Макс потянулся за коктейлем и чуть не упал с шезлонга, когда его шею обхватили чьи-то мокрые руки и по-хозяйски притянули к себе.
— Улыбнись! — крикнула ему в ухо Кристина. После чего прижалась губами к его щеке, и сделала серию селфи. — Ну и улыбка у тебя, — фыркнула она, пересматривая получившиеся фотографии. — Будто змею проглотил!
— Нет, она меня только что поцеловала, — хмыкнул Макс и брезгливо поежился, вытираясь полотенцем.
Он недовольно посмотрел на девушку, так бесцеремонно прервавшую его одиночество и сейчас загораживающую солнце. Окинув ее беглым взглядом, Макс понял, что та недавно купалась: от нее пахло океаном, капли воды еще не высохли на коже, а песок облепил мокрые ноги. Услышав его ответ, улыбавшаяся до этого Кристина скривилась.
— Пошел ты! — огрызнулась она. — После той блонды из клуба вообще помалкивал бы! — презрительно произнесла девушка, не забывая при этом выбирать фотографию получше. — Пожалуй, загружу эту, — задумчиво произнесла Кристина. — Здесь ты выглядишь таким ошалевшим. И подпишу: «не верит собственному счастью»! Знаешь, я тут подумала, что, помимо морального вреда, ты должен оплатить мне услуги пиар-менеджера!
— Я не просил тебя заниматься никаким пиаром, — устало возразил Макс.
— Между прочим, я для нас обоих стараюсь! — ухмыльнулась Кристина.
Макс не ответил. Развалившись в шезлонге, он лениво потягивал коктейль и поглядывал на купающихся. Им овладела редкостная апатия, совершенно ему несвойственная и причины которой он не понимал. Ему ничем не хотелось заниматься. Ни на секунду не замолкающая Кристина начинала раздражать. Как же он отвык от ее постоянного дребезжания! За неполную неделю, что они провели в этом земном раю, Макс пересекался с ней не более трех раз. Он почти не появлялся в их совместном номере, предпочитая ночами отрываться на местных дискотеках, снимать там одиноких девчонок, напиваться до потери пульса, а днем отсыпаться в шезлонге на пляже. Забегая в номер, чтобы принять душ и сменить одежду, Макс не имел ни малейшего представления, чем же занимается Кристина, и ему на это было наплевать.
Та памятная ночь в клубе прошла как в тумане. Макс в алкогольном угаре принимал поздравления от приятелей, слушал их шутки и смех, смеялся сам и пил. Пил много, чтобы не видеть зареванного лица Кати, не слышать ее умоляющего голоса, фантомом звучащего у него в голове. Интересно, если бы не эта блондинка, так некстати вылезшая из-под стола, неужели она правда бы поверила ему, несмотря ни на что? Увы, этого он уже не узнает.
То, что за появлением Кати в клубе стояла Кристина, Макс понял почти сразу, а потом и она сама это подтвердила.
«Твоя игра слишком затянулась! — заявила она, ничуть не смущаясь. — Я не мешала тебе, но ты выиграл, и всем пора было это признать!»
Отрезвление наступило позже. Ближе к обеду, когда Макс в забытье потянулся за телефоном, чтобы по обыкновению прочитать приветственное сообщение от Кати. Но сообщения не было. Озадаченный, он даже перезагрузил телефон — все осталось без изменений. И вот тогда, схватившись за голову, Макс грязно выругался, сосредоточившись на обрывочных воспоминаниях, бесконечной вереницей всплывающих в его сознании.
«Всё к лучшему, — говорил он потом, принимая душ и усердно начищая зубы. — Так и должно было быть».
«Всё отлично», — убеждал себя Макс, подмигивая собственному искаженному отражению в кофемашине.
«Всё просто супер!» — орал он, когда со всей силы колотил по рулю своего «Порше», усилием воли прогоняя из памяти прошедшую ночь и стараясь не обращать внимания на леденящую пустоту, образовавшуюся внутри.
А затем был долгий перелет в волшебную страну, где его встретил лазурный океан, белый песок, высокие пальмы и вышколенный персонал. И если не появляться в собственном номере и не видеть кривую ухмылку навязанной спутницы, то можно отлично провести время. Самый лучший ром и горячие девчонки помогут быстро вытряхнуть из головы и кошелька все лишнее, не оставив ничего, кроме долгожданного забвения.
Дни и ночи слились в бесконечный полусон, искажая реальность, не давая прийти в себя. Впрочем, Макс и не стремился избавляться от наваждения. Здесь он был в своем привычном мире. Балансируя на краю сознания, он не вспоминал прошлое и не думал о будущем. И лишь голос, безостановочно звучащий в голове, такой родной и незнакомый, не давал скатиться в полное безумие. «Я поверю тебе…» — умолял он. Чей этот голос? Кому он принадлежал? Кажется, Макс знал это раньше… Когда-то давно. Еще в прошлой жизни.
Он потянулся к стоящему рядом бокалу и обнаружил, что тот пуст.
— Мне нужно что-то покрепче, — пробормотал Макс, поняв, что коктейль закончился.
— Скоро все мозги пропьешь, — съязвила Кристина. Приняв завлекательную позу и надув губки, она делала очередное селфи на фоне океана.
— Не твое дело, — отрезал Макс.
Встав с шезлонга, он слегка пошатываясь направился в сторону бара. Рухнув на барный стул, он жестом подозвал бармена. Пока тот готовил ему крепкий коктейль, Макс развернулся и огляделся. Заприметив симпатичную девушку, отдыхающую у бассейна, он дождался, пока та посмотрит в его сторону, и поманил ее пальцем. Этого оказалось достаточно.
Позже, в полутьме чужого зашторенного гостиничного номера, намотав на кулак черные как смоль волосы незнакомки, слушая ее жаркое дыхание, Макс самозабвенно предавался первобытной похоти. Крепко зажмурившись, он представлял на ее месте ту, другую, оставшуюся в дождливой и холодной Москве. Скользнув губами по разгоряченной коже девушки, вдохнув аромат ее волос, он разочарованно простонал: не она. Черт! Не она! Как долго эта тихоня еще будет преследовать его в жестоком мороке?! Почему она упорно не
