Известно, что Цыси любила различные представления, особенно носящие эротический характер. Как-то раз шло представление с непристойной по китайским понятиям сценой. Присутствующая супруга императора Тунчжи Алутэ отвернулась и не стала смотреть на эту сцену. Цыси сразу же заметила такую реакцию Алутэ и пришла в ярость: выходит, невестка считает себя более благопристойной, чем свекровь.
Главный евнух Ли Ляньин прежде отвечал за охрану личных покоев Цыси, и никто не мог войти в ее апартаменты без его разрешения. Добившись полного доверия вдовствующей императрицы, он, по существу, стал хозяином и распорядителем императорского двора — любой обитатель двора без его согласия не мог быть разжалован, понижен в должности или казнен.
Вплоть до своей смерти (по некоторым источникам, его отравили) Ли Ляньин с помощью интриг, вероломства, лести и подкупа преданно служил своей повелительнице, извлекая из этого огромные выгоды. Его личные богатства оценивались в два миллиона фунтов стерлингов.
Поведение главного евнуха Ли Ляньина не нравилось Цы-ань, и она возненавидела его так же, как и покойного Ань Дэ-хая. Как-то вечером, неожиданно войдя в покои Цыси, она стала свидетельницей такой картины: ее сорегентша сидела на коленях главного евнуха. Это еще более обострило отношения между Цыань и Цыси.
Большая сцена Летнего дворца имела скрытые люки и двери, через них могли внезапно появляться феи, подвешенные на веревках, и другие театральные персонажи
У Цыси был необычайно богатый опыт дворцовых интриг. Она беспощадно расправлялась со своими врагами как во дворце, так и за его пределами, отличалась холодной жестокостью, вела, судя по многочисленным материалам, расточительный и распутный образ жизни. Но большинство фаворитов были ей милы лишь в минуты необузданных оргий, и потому они разделяли с ней только ложе, но не власть. Многие из них трагически поплатились за эту высокую честь. О кутежах императрицы с евнухами, под видом которых тайком проводились во дворец в нарушение всех правил Запретного города молодые люди, о красавцах-юношах, принимавших участие в этих оргиях и исчезавших бесследно после каждого такого пиршества, слагались всевозможные легенды.
В китайских материалах часто упоминается, что главный евнух устраивал весьма изощренные оргии для Цыси. В «Рассказах Летнего дворца», вышедших в Шанхае в 1915 г., анонимный автор писал, что Ли Ляньин пристегивал к себе ремнем молодых людей так, чтобы нижняя часть их тела заменяла его собственную, в то время как в остальном он был «яростен, как рыкающий лев». Писатель добавляет, что и драконша-импера-торша, и дракон-евнух были настолько ненасытны, что приходилось выстраивать целую очередь из мужчин, готовых в любую минуту быть пристегнутыми к евнуху.
Сын императрицы Цыси, император Тунчжи с помощью преданных евнухов в ночное время тайно покидал Запретный город для посещения публичных домов. В конце концов его разгульная жизнь стала известна придворным. Великий князь Гун о похождениях Тунчжи сообщил Цыси, но она никак на это не реагировала и не предпринимала никаких действий, чтобы урезонить своего сына. Она готова была рисковать жизнью собственного ребенка ради сохранения своей власти.
Систематическое посещение публичных домов, поощряемое Цыси, не прошло бесследно для Тунчжи: он серьезно заболел, подхватив сифилис. Цыси пригласила для его лечения известных врачей, но состояние больного все ухудшалось. Царствование Тунчжи продолжалось всего три года — с февраля 1873 г. по январь 1875 г. И в этом были повинны как его мать Цыси, так и евнухи императорского двора.
Императрица Цыси. Торжественная процессия с евнухами
После внезапной смерти молодого девятнадцатилетнего бездетного императора Цыси собрала Верховный императорский совет для срочного определения наследника трона. На нем вдовствующая императрица Цыси сама определила наследником престола своего племянника — сына от брака князя Чуня и своей младшей сестры. К тому времени новому императору Гу-ансюю исполнилось всего лишь пять лет, и Цыси, став регентшей, сохранила всю власть в своих руках.
Но шли годы, в марте 1889 г. Гуансюю исполнилось 18, и он должен был вступить на трон Дракона. По старым китайским законам император, вступая на престол, обязан уже состоять в браке, поэтому его свадьба должна была состояться до официального возведения на трон.
Во дворце были две сестры-наложницы — Чжэнь и Цзинь. Императору нравилась одна из сестер — младшая Чжэнь. Вот как эту историю красочно рассказывает китайский писатель Цзэн Пу в романе «Цветы в море зла», где наложница Чжэнь выступает под именем Бао.
«Дело в том, что вдовствующая императрица приходилась государю теткой, а будущая молодая государыня была его двоюродной сестрой и племянницей вдовствующей императрицы. Смысл этого брака состоял в двойном скреплении родственных уз: крови рода Айсинь Гиоро предстояло еще раз слиться с кровью племени Нара (Айсинь Гиоро — род, к которому принадлежали все маньчжурские императоры, Нара — род, из которого вышла Цыси. — В. У.). Такова была цель старой императрицы…
Но надо сказать, что среди фрейлин находились также две сестры из рода Татара — Цзинь и Бао. Во дворце их называли просто Старшей и Младшей красавицами, потому что обеих природа одарила редким очарованием. Особенно прелестной была Младшая красавица: живая, умная, отличная поэтесса и художница, она очень нравилась государю, и он мечтал сблизиться с ней. Девушка была достаточно смышленой, чтобы понять намерения молодого императора. В мире только любовь не разделена на классы и по-настоящему бесстрашна. Поэтому как ни высоко было положение государя и как ни сурова была вдовствующая императрица, влюбленные все же умудрялись обмениваться взглядами и перебрасываться словами…
Император Гуансюй на старой открытке
Однажды, выйдя из Зала радости и долголетия, где Гуансюй помогал вдовствующей императрице просматривать доклады, он неожиданно встретил Младшую красавицу. Держа в руках какой-то предмет, она проходила мимо зала. В тот день на ней был розовый вышитый халат, цвет которого очень гармонировал с ее белым личиком и ясными глазами. Императору она показалась еще прелестней, чем обычно, и он невольно залюбовался ею. Младшая красавица тоже остановилась и устремила на него смеющийся взгляд. Влюбленные, конечно, не ожидали, что в этот самый момент из зала величественно выплывет старая императрица в синем шелковом халате, расшитом аистами, и фиолетовой накидке с жемчужной бахромой. В прическе у нее торчала серебряная шпилька, украшенная жемчугом, а с пуговицы халата свисали жемчужные четки. Увидев, что император в испуге бросился бежать, старуха тотчас подозвала девушку к себе и отпустила фрейлин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
