— Я вас понял, сяньшэн, — нарисовался хитромудрый «иновселенец» в соседнем с профессорским «окошке». — Да, я буду с Агуэем.
— Ну тогда жду! Когда, кстати?
— Минут через десять-пятнадцать, Ваня, — снова перехватил инициативу профессор. — Надеюсь, вам хватит?
— Более чем, проф, более чем! — с усмешкой подтвердил я. — Хотя… давайте-ка лучше в холле соберёмся, там хотя бы просторно и диванчики удобные.
— Я тебя понял, мальчик мой.
На том, собственно, разговор и завершился. Я, правда, сделал страшные глаза Эмилии, поскольку та, как только натянула шорты и топик, тоже попыталась влезть в кадр, но был совершенно наплевательским образом проигнорирован. Ну а потом нам только оставалось навести кое-какой порядок — вещички разбросанные подобрать, плед свернуть — да переместиться в тот самый холл. Ну и ещё по пути мы не забыли заглянуть на кухню за прохладительными напитками. И только-только с удобством разместились в креслах, оставив диван гостям, как те не замедлили явиться.
Странно, но даже Агуэй выглядел… нет, не лоснящимся, худоба-то никуда не делась, но… каким-то умиротворённым, что ли? А ещё шаман пересилил себя (или Толян вынудил) и нацепил помимо заношенных шортов рубашку-гавайку из экологического волокна, то бишь водорослевую, а потому и довольно блёклую. А вот профессор себе не изменил: аккуратная тенниска, не менее элегантные карго-шорты и крепкие туристические ботинки. Пробкового шлема только не хватало, а то бы вылитый колонизатор получился! Но самое главное, рядом с Эйгеном натурально левитировала походная сумка на длинном ремне. Причём не висела, оттягивая плечо Евгения Викторовича, а, такое ощущение, парила на антиграве, хотя я точно знал, что в этой модели он не предусмотрен. Мало того, она ещё и от бока профессорского отталкивалась. Как, знаете, два постоянных магнита одноимёнными полюсами. И не отставала от Эйгена лишь по той причине, что он её тянул за собой, подцепив под ремень правой ладонью.
Собственно, с сумки Евгений Викторович и начал, сдвинув подвернувшийся под руку журнальный столик поближе к дивану, так что он оказался аккурат между мной и Эмилией, и взгромоздив на него ношу. Ну, как взгромоздив? Просто оставил висеть над столешницей, и та (сумка, в смысле, а не столешница) через несколько секунд таки опустилась вниз, сразу же порядочно потеряв в объёме. Такое впечатление, что внутри несколько пока ещё неизвестных объектов на ходу отталкивались друг от друга, формируя некую пространственную структуру, а как только движение прекратилось, они просто осыпались компактной кучкой. Вернее, медленно и торжественно сложились курганчиком. Хм… сдаётся мне, тут без чего-то типа магнетизма и центробежных сил не обошлось…
«Вывести характеристики объектов в „дополненную реальность“, Ван-сяньшэн?» — отстучал Лиу Цзяо в режиме «чата».
«А смысл? — мысленно хмыкнул я. — Проф сейчас сам всё расскажет. Не будем лишать его этого удовольствия».
«Принято, Ван-сяньшэн».
Кстати, ещё один крайне интересный вопрос: а почему Ли мне до сих пор не доложил, что у профа что-то интересное происходит?
«Недостаточно информации для анализа, сяньшэн» — отмазался мой виртуальный помощник.
В самом деле? А как же дистанционный контроль Толяна?
«Толкователь кодировал информацию, а чтобы я не взломал код — чисто из принципа, понимаете? — попросил меня… не подглядывать, сяньшэн».
«И ты повёлся⁈» — изумился я.
«Специалист Эйген попросил о том же самом, сяньшэн».
Ну и чем же он это мотивировал⁈ Хотя нет, дай сам догадаюсь! Во-первых, неполнотой доказательной базы, а во-вторых, хотел устроить приятный сюрприз?
«Ответ положительный, Ван-сяньшэн».
Н-да. Вот она, побочка! Слишком наши искины… очеловечены, что ли? А восстановленный из резервной копии Ли, как я и опасался, немного изменился в личностном плане. В том смысле, что стал более самостоятельным — в части, не касающейся безопасности владельца, и чуть менее рациональным. Сейчас, например, на профессорские посулы повёлся, хоть мог и предупредить, что Эйген с чем-то любопытным работает. С другой стороны… не я ли сам ему эту свободу дал? Да и, если честно, не до них было! Дел невпроворот. Милли, опять же. Ну и, в конце-то концов, должен я хоть немного отдыхать? Так что не мне претензии выкатывать. Сам делегировал полномочия Евгению Викторовичу, хоть и в курсе, как он на окружающих влияет. Проще говоря, профессор Эйген способен заморочить голову любому, даже искину, особенно если последний обладает личностными чертами и не чужд эмпатии к кожаным мешкам.
— Ну и что же это, профессор? — выдержав приличествующую случаю паузу, осведомился я. — Привет, Анатолий. И ты, старый дурень, здравствуй!
— Приветствую, сяньшэн! — отозвался шаман на росском. И сразу же перешёл на местный пиджин: — И тебе не кашлять, юнец!
Ого! Эвон как у них ловко получается! Такое ощущение, что уже окончательно сроднились. Так ещё чуть-чуть, и сформируется новая синтетическая личность. И, если честно, страшно представить, на что она будет способна! Но и убивать пока рано… хоть и очень хочется, хе-хе.
— Ты не поверишь, мой мальчик! — расплылся в довольной улыбке проф. — Да я и сам до сих пор не совсем верю! Это… это… да сам смотри!
Эйген жестом фокусника вжикнул молнией и плавно перевернул сумку, аккуратно вывалив содержимое на журнальный столик. Вернее, попытался. Я имею в виду, аккуратно. Вот только вышло не очень: десятка полтора подозрительно знакомых булыжника вываливаться не пожелали, даже не раскатившись, а… отрикошетив и взмыв над столешницей. Правда, и по всему помещению не разлетелись, зависнув кто где.
— Фига се! — присвистнул я от избытка чувств. — Проф, а вы не боитесь, что «слёзы» с «демонячьими какашками» на нас плохо подействуют? Как на Лукиньо? Или старого пропойцу Качи?
— Не трясись, юнец! — на долю секунды опередил профессора Агуэй. Именно Агуэй, поскольку заговорил на пиджине. — Это не «слёзы» и «дерьмо демона», это нечто иное. Но не менее удивительное и ценное!
— А чего ж ты раньше не использовал эти… артефакты? — озадачился я.
— А раньше я им применения не находил, — фыркнул бывший куму-пойаи. — То есть нашёл, но только один раз. А больше и не нужно было.
— Толян? — вздёрнул я бровь, жестом остановив открывшую было рот Милли.
— Сейчас я всё вам объясню, сяньшэн! — засуетился тот, перехватив управление шаманской тушкой. — Это, как вы уже догадались, некая разновидность артефактов по аналоги со «слезой ангела» и «дерьмом демона»…
— Ага! А я всё думал, чего же не хватает! — осенило меня. — Вот как раз его!
— Поясните, сяньшэн? — с интересом прищурился Агуэй, но я на этот невинный взгляд не купился — не может такого быть, чтобы Толян не понял намёка.
Но раз уж спрашивает, то почему бы и нет? Опять же, не он один заинтересовался, Эйген, вон, тоже взглядом сверлит — мол, сойдутся у нас мысли?
— Подпространство, — произнёс я задумчиво. — Континуум ВП. Три временны́х координаты — Т, t и τ. Если каждый вид артефакта суть одно из временных измерений, закапсулированное в двух других, то должно существовать три типа артефактов. Два — «слезу ангела» и «дерьмо демона» — я знаю. А теперь вот, похоже, и третий нарисовался.
— Совершенно верно, мой мальчик! — просиял Евгений Викторович. — Ты в очередной раз меня не разочаровал! Хотя мог бы и раньше догадаться, потому что с третьим типом артефакта ты уже сталкивался.
А ведь верно! Тогда, в «пузыре»! Мне Алекс показывал то, что осталось от корабля «потусторонников», провалившегося в наш родной континуум ПВ! Разница ведь, по сути, только в размерах! И ещё, если верить рассказам того же Заварзина, точно такой же, только меньше и другой (да-да, именно так Алекс и выразился!) прячется в недрах металлического астероида, на котором построена станция Картахена. Но оба они, насколько я понял, пребывают в… э-э-э… разряженном состоянии, что бы это ни значило. А вот эти мелкие, интересно, в каком?..
Кстати, тут ещё один крайне интересный вопрос возникает…
