— Пожалуйста, остановись прямо сейчас. Мне не хочется слушать о подробностях вашей интимной жизни. Я могла их слышать. Я полностью осведомлена в том, как вы наслаждаетесь друг другом.
Миранда хихикнула, упала лицом вниз на свою кровать и начала нюхать свою подушку.
— Он замечательный, и он так приятно пахнет.
— Рада узнать, — ответила я.
— О, я слышала, ты пошла пить кофе с Джеем. Как все прошло? — спросила Миранда, прижимая подушку к груди.
— Все шло хорошо, пока я не выронила свой кофе и не облила нас обоих. Думаю, все закончиться тем, что у меня будет волдырь на руке. Я хорошенько обожглась.
Миранда зажала рот:
— О, нет! Джей разозлился?
Я понятия не имела, как Джей отреагировал, потому что все, о чем я могла думать, был Данк… в моей голове. Вообще-то я не могла сказать ей об этом.
— Он удивился, а потом засмеялся. Ничего такого. Нам пришлось разойтись по домам, чтобы переодеться.
Миранда начала смеяться и не могла остановиться. Я должна была улыбаться, потому что это было смешно. Скорее всего я уничтожила рубашку Джея. Наверное, мне стоит предложить купить ему новую.
— Сегодня вечером у них вечеринка в общежитии. Я могу привести, кого захочу. Джей хотел бы, чтобы ты пришла. Даже если ты обожгла его.
Не думаю, что столкновение с Викторией на вечеринке братства было тем, чем я хотела бы заняться. Кроме того, Джей и я были просто друзья, и он бы в конечном итоге остался с какой-нибудь девушкой, я бы осталась одна, отбиваясь от пьяных парней из братства всю ночь. Нет, не горю желанием.
— Я бы предпочла просто остаться здесь. Сделать домашнее задание и пораньше лечь спать.
Миранда вздохнула и покачала головой:
— Ты пропускаешь все самое интересное в колледже.
Я пыталась кое-как повеселиться в колледже, но это не так уж и хорошо закончилось.
Миранда осталась у Нэйтана после вечеринки. Более чем вероятно, что это станет тенденцией. Мне не нравилось быть в одиночестве по ночам, но я понимала, что Джи была по соседству. Я сжалась под одеялом и закрыла глаза. Как только я начала засыпать, бренчание гитары наполнило мою комнату. Я попыталась открыть глаза, но не могла. Началась паника. Я еще не заснула. Почему же тогдамои глаза не открывались?
Это всего лишь я, Пэган.
Голос Данка снова в моей голове. Мне нужно открыть глаза. Что-то было совсем не так. Затем он начал петь навязчиво-знакомую песню, которую я слышала на концерте. Песня, которая повергла меня в приступ паники. На этот раз можно страха не было. Было просто тепло.
Ты не была предназначена для льда.
И не была предназначена для боли.
Мир, который живет внутри меня, заслуживает только стыда.
Была ты создана для замка и нежиться в лучах солнца.
Холод, текущий внутри меня, должен был заставить бежать тебя.
Но ты остаешься.
Держишься за меня, ты остаешься, тянешься ко мне, а я оттакиваю тебя.
Но ты все еще остаешься, ты остаешься, ты остаешься.
Даже если я знаю, что это не правильно для тебя.
Не могу я чувствовать тепла, лед — вот, что должен ощущать я.
Я хочу держать его внутри себя, пока не почувствую острый удар боли.
Так что я отталкиваю тебя и выкрикиваю твое имя.
Ведь знаю, что не могу в тебе нуждаться я, но ты сдаваться не собираешься.
Но ты остаешься.
Держишься за меня,
Ты остаешься, тянешься ко мне, а я оттакиваю тебя.
Но ты все еще остаешься, ты остаешься, ты остаешься.
Даже если я знаю, что это не правильно для тебя,
Ты остаешься. Ты остаешься.
О, тьма всегда будет моим плащем и из-за тебя он пропускает боль.
Так что оставь, оставь меня и сотри воспоминания.
Я должен жить жизнью, что мне предназначена.
Не оставайся и не разрушай все мои планы.
Не завладеть тебе моей душой во век, ведь я — не человек.
Путой сосуд, в котором заточен я, не может принять тепло от тебя.
Так что я отталкиваю тебя и я отталкиваю тебя…
Но ты все еще остаешься.
Оооооо. Ты остаешься.
Ты остаешься.
Ты остаешься…
Данк
Я решил, что в данный момент моя человеческая форма была менее полезной. Я зашел в кампус, следуя за Пэган в своей истинной форме. Одни только души могли меня увидеть. Как и Пэган, которая когда-то могла их видеть. Она спала крепко прошлой ночью после того, как я спел ей. Не быть способным прижаться ближе к ней и держать ее, было трудно, но она была еще не готова принять меня. Я бы не стал делать то, чему она не рада.
Пэган остановилась за пределами фуд-корта кампуса и огляделась. Искала ли она меня? Я знал, что она не искала Джея.
Ты ищешь меня?
Она напряглась, затем слегка кивнула головой.
Встретимся в парке через дорогу.
Она ответила не сразу, но повернулась, чтобы взглянуть на парк. Последовал слабый кивок. Я посмотрел на нее и последовал за ней.
— Почему я чувствую тебя? Где ты? — спросила она приглушенным шепотом.
Она чувствовала меня за спиной. Мне это нравилось. Ее душа узнала меня.
— Я прямо здесь, — ответил я и оказался рядом с ней.
Она подпрыгнула и вскрикнула. Затем испуганное выражение на ее лице превратилось в более обозленный взгляд. Она ускорила шаг, и мы оказались в нескольких шагах от пустого парка через дорогу.
— Что ты такое, и почему ты в моей голове и как у тебя получилось петь мне прошлой ночью, и как ты просто появляешься из ниоткуда? — пролепетала она. Я знал, что ей казалось, что произнося это вслух, это звучало безумно.
— Я не человек. Когда-то ты знала об этом.
Пэган вскинула вверх обе руки:
— Что, черт возьми, это значит? Ты не человек? Раньше я это знала? Ты должен сказать мне что-то такое, в чем было бы побольше смысла, Данк.
Я плохо с этим справлялся.
— Я знаю, и если ты дашь мне секунду, то я скажу, — уверил я ее, и она положила обе руки на ее бедра, наклонила голову, давая мне понять, она ждет большего.
Я не мог сказать ей, что ее воспоминания забрали. Это было единственным правилом. Они не говорили, что я не мог сказать ей, что был Смертью. Ну, может быть, они имели это в виду, но они не говорили этого на самом деле. Они не думали, что мне хватит смелости сказать ей, поскольку из-за этого может появиться препятствие в завоевании ее любви. Правилами было указано то, что я должен заставить влюбить ее в себя вновь и что она должна будет выбрать меня вместо своей родственной души.
