Читаем без скачивания 1-я трилогия о Сером Легионе Смерти-3: Цена славы - Уильям Кейт

Резидента звали Джентон Мораген. Супермаркет Морагена считался одной из наиболее респектабельных торговых фирм Хельмдауна. Хотя она была невелика — весь персонал компании насчитывал пятьдесят два человека, включая служащих, командированных на другие планеты, — фирма являлась важной частью хельмской экономики. Ее основал прапрапрадед Морагена около двух столетий назад.

Согласно грейсоновским сведениям, различную информацию с Хельма поставлял Федеративному Содружеству еще дед Морагена. Джентон попросту продолжал семейную традицию, совмещая работу дельца со шпионажем. На Хельме, конечно, случалось не много такого, что могло привлечь внимание Катрин Штайнер, сидевшей в своих апартаментах на Таркаде. Но порой Морагену все же выпадала возможность доказать свою полезность. Как-то раз, несколько лет назад, когда агенты Синдиката Драконов проявили необычный интерес к Хельму, он передал сообщение в Федерацию, а затем предусмотрительно отослал копию в местную ставку Верховного Правителя.

Марикский помощник со смехом рассказывал об этом Грейсону.

— Джентон — старый друг нашего Верховного Правителя. Знаете, если вы хотите поближе узнать тамошнего босса, попросите Джентона познакомить вас. Они усадят вас играть в покер и обчистят как липку!

Грейсон сразу же нашел морагеновский супермаркет.

На двери висел электронный замок. Рядом была прибита табличка. Большие буквы издалека бросались в глаза:

«ЗАКРЫТО ПО ПРИКАЗУ ВОЕННОГО КОМЕНДАНТА».

Закрыто! Надпись была очень четкой, и Грейсону не хотелось привлекать внимание людей, пристально разглядывая табличку. Его охватил внезапный озноб. Повсюду возвышались огромные здания со слепыми глазницами окон, а за ними прятались наблюдатели с биноклями, диктофонами и рациями, готовые в любой момент поднять тревогу. Грейсон медленно и осторожно двинулся вдоль противоположной супермаркету стороне улицы. Здание недавно вымыли, и вывеска под самой крышей была нетронутой, хотя буквы и не светились. Все выглядело так, будто замок повесили только вчера.

Грейсон продолжал идти вниз по Хогарт-стрит, пока не наткнулся на перекресток с проспектом Победы. Затем он пошел дальше, миновав несколько кварталов, и снова попал в толчею. Теперь он находился неподалеку от здания Совета и будки с капитаном Биггсом. К проспекту Победы примыкала площадь под названием Кондоридиат, и на ее углу находилась контора с вывеской «Бюро авиапутешествий». Бюро располагалось на этом углу уже почти семьдесят лет. Управляющего конторы, солидного хельмдаунского бизнесмена, звали Уилкис Аткинс. Аткинс родился и вырос на Хельме, хотя его родители прибыли сюда с планеты Робинсон в пятидесяти световых годах от Хельма, принадлежащей Лиге Свободных Миров. Тот же помощник, что рассказал Грейсону про хозяина супермаркета Морагена, объяснил, что Уилкис Аткинс — резидент Дома Дэвиона на Хельме.

Маловероятно, что Дом Дэвиона пожелает помочь роте наемников-неудачников, тем более что Хельм давно уже ему не принадлежал. Но Грейсон мог без ложной скромности сказать, что за последние три года Легион сделал себе громкое имя. Богатые и могущественные Лорды-Наследники не могли не заметить их успехов. Если бы Грейсону удалось заключить контракт с какой-нибудь важной персоной из Дома Дэвиона, возможно, им улыбнулась бы удача. Среди наемников бытовало мнение, что Дом Дэвиона платит не столь щедро, как остальные Дома, но всегда ведет честную игру. Сходить к Аткинсу, само собой, не помешает.

Впрочем, поход оказался неудачным. На двери бюро висело то же объявление: «Закрыто по приказу военного коменданта», что и на заведении Морагена. Случайным совпадением это оказаться не могло.

Грейсон вновь припомнил слова старика в парке и на мгновение застыл от ужаса. Старик знал Грейсона, знал, что тот ищет Морагена или Аткинса, знал, что их фирмы закрыты!

«Может, и помогу», — сказал старик. Может, ну конечно же! Грейсон так резко повернулся, что чуть не сшиб какого-то рабочего, спешившего мимо. Пробормотав извинение, он двинулся на юг, в обратную сторону вдоль проспекта Победы. Старик сказал, чтобы Грейсон пришел к нему — что ж, он так и поступит!

Алард Кинг остановился у побитого ветром и дождем каменного дома и огляделся. В этой части Хельмдауна, северных задворках города, людей практически не было. От земли шел пар Кинг глубоко вдыхал ее запах, устав от долгого пятнадцатиминутного восхождения в гору по узким улочкам. Позади него с холма открывалась широкая панорама Хельмдауна. Вдалеке, за городом, виднелся космопорт. Кинг мог различить очертания сверкавших на солнце серо-серебристых шаттлов.

Он стащил с себя грубую рубаху, надел вместо нее элегантную блузу, какие носили торговцы, и берет. Все это он вытащил из холщовой сумки, спрятанной под мешковатой рабочей одеждой. Положив рубаху в сумку, он повесил ее через плечо. Кинг чувствовал, что такое одеяние бросается в глаза гораздо меньше, чем крестьянский камуфляж. Алард знал: сейчас он выглядит как хорошо одетый молодой торговец, пришедший в город по делам.

Архитектура здания, стоявшего на вершине холма, была простой и незамысловатой, пастельные тона разительно отличали его от монотонных белых и коричневых фасадов домов, расположенных в центре города. Жители таких районов были в основном богаты — по хельмским меркам. В этом районе, известном как Грессгавен, проживали бизнесмены, члены профессиональной элиты и богатые хельмдаунские торговцы. Кинг нажал кнопку звонка.

— Да? — спросил электронный голос. Кинг ответил, медленно и тщательно выговаривая слова:

— Шигао де ките имацу.

— Даре децу ка? — раздался голос за дверью.

— Кинг децу ка.

— Подождите.

Последовала долгая пауза. Затем щелкнул замок, и дверь слегка приоткрылась. Из-за нее выглянул парень с шевелюрой настолько светлой, что волосы казались почти белыми. Он осмотрел улицу за спиной Кинга и снова устремил взгляд на теха.

— Вы здесь... по делам, отвечайте?

— Да. Я хотел бы поговорить с хозяином дома.

Глаза белобрысого округлились.

— Но это сейчас... затруднительно.

Кинг улыбнулся.

— Вы не верите, что у меня здесь могут быть дела?

— О, ваше знание японского, ваше упоминание о делах... все просто безукоризненно. Но здесь кое-что произошло. Оккупационные войска устроили облаву на всех агентов инопланетных разведок в Хельмдауне — как настоящих, так и мнимых. Городской особняк мадам уже закрыт.

В глазах Кинга мелькнула тревога.

— А с Дейрой все в порядке?

— Хозяйка пока вне опасности. Они до сих пор не сумели установить связь между деловыми интересами мадам в городе с Грессгавеном. Но нам приходится быть осторожными.

— Я понимаю.

Кинг помолчал, раздумывая. Затем достал из кармана небольшой предмет, который тщательно скрывал от друзей из Серого Легиона Смерти. Это было тяжелое, украшенное орнаментом золотое кольцо с выпуклым изображением кинжала на фоне цветущего ириса.

— Тогда отдайте ей вот это. Скажите, что Алард Кинг, специальный личный представитель герцога Ринола из Синдиката Драконов, хочет ее увидеть. При виде кольца глаза слуги расширились,

— Сию минуту, сэр.

— Передайте ей, что речь идет о жизни и смерти, — добавил Кинг.

XVI

Грейсон шел за своим проводником по винтовой лестнице. Старик двигался медленно; впрочем, на лестнице, было почти темно, так что любой, даже более молодой и проворный, проводник шел бы осторожно. Потолок нависал низко над лестницей, и приходилось пригибаться, чтобы не удариться головой. На каменных стенах выступили капли влаги.

Вовсе не случай свел Грейсона с Виктором Уолленби возле стены со скульптурами. Уолленби видел, как "Грейсон вышел из аллеи, и понял, что тот удрал от марикских солдат. Его настолько заинтересовало внезапное появление этого молодого человека, что Виктор решил познакомиться с ним.

— Я, конечно, решил, что вам нужна помощь, — объяснил Уолленби, когда Грейсон снова нашел его в парке. — Мне показалось, что вы не с Хельма.

— Но как вы узнали? — раздраженно спросил Грейсон. Он оглядел заполненную горожанами площадь. Многие из них носили такие же бесформенные, сшитые вручную одежды, что и он. — Я одет совсем как фермер...

— Ага! — Глаза Уолленби сверкнули. — Но есть одно «но», юноша. Вы явно не были фермером. Взгляните на свои ладони! На них нет ни одной мозоли.

— Ну, конечно, рассказывайте! Вы не могли рассмотреть мои ладони с другого конца улицы, когда в первый раз меня увидели!

— Нет. Но я увидел молодого парня, одетого как фермер. И спросил самого себя... почему этот молодои человек явился в город, напялив свою повседневную рабочую одежду? Если бы он был стариком вроде меня... тогда само собой разумеется! Я одеваюсь так потому, что это удобно... и я слишком стар для новых нарядов! Я на сорок стандартных лет старше вас, и руки все в мозолях. — Он вытянул вперед и показал Грейсону собственные мозолистые ладони. — Кому какое дело до моих тряпок? Но вы? Вы сошли бы еще за фермерского сына... но не в такой амуниции. Нет, сын фермера, отправляясь в город, надел бы все самое лучшее. Чтоб девчонок завлекать! И продемонстрировать другим фермерским сыновьям, что кое-какие денежки у него в карманах водятся! А вы? У вашего мешка даже нету карманов!