— Джасмин Дюпре?
— Да, это я.
— Вам привет от Роберта Максвелла с наилучшими пожеланиями, — выпалил мальчишка, всучив Джесси розы.
Вот и все. Посланец поспешно развернулся и удрал, оставив ошарашенную Джесси с цветами.
Она бережно отнесла розы в свою комнату и положила на подушку. Джесси вдыхала и не могла надышаться сладким ароматом, время от времени лениво думая, что зиме пришел конец и наступила настоящая весна. И может быть, вместе с зимой из ее жизни навсегда ушел жестокий холод, ибо теперь можно не сомневаться, что Роберт ее любит.
Позднее Джесси осторожно поместила драгоценные цветы среди страниц единственного стоящего подарка, полученного от брата, — королевской Библии в последнем издании.
Дни шли своим чередом, и вот уже миновали и Великий четверг, и Страстная пятница. В честь светлого Христова Воскресенья отслужили праздничную мессу, а когда настал вечер, Все с радостью занялись подготовкой к Майскому дню.
Даже Элизабет не находила себе места от возбуждения, хотя и не собиралась танцевать. Слуги устанавливали во дворе Майский шест, увешанный яркими лентами. Для них этот праздник был самым любимым, ибо щедрые хозяева оделят всех до единого добрым ромом, серебряными монетами и отрезами ткани. Кого-то из деревенских девушек выберут Майской принцессой, тогда как титул королевы непременно должен был достаться Ленор.
Семейство герцога, а также приглашенные на праздник благородные господа сядут за стол в большой столовой, а для слуг и крестьян подадут угощение на просторном внутреннем дворе, между домом и конюшнями. По традиции все подданные герцога поднесут ему свои подарки, так же как он им — свои. Церемонию приходилось устраивать под открытым небом, поскольку добрые крестьяне чаще всего дарили своему господину молочных поросят.
— И вовсе не стоит обижаться, что тебе не придется участвовать в танце, — утешала Джесси Элизабет. — Вот увидишь, будет весело и так! В этот день никому не приходится скучать. Генри уже нанял дрессировщика с ручным медведем и целую толпу музыкантов! Ну и конечно, кукольники.
— Да, я уверена, что все будет чудесно, — вяло отвечала Джесси.
Ленор заявила, что нарядится во все белое и станет похожа на белую голубку. Причем проследила при этом, чтобы оба молодых джентльмена услышали ее слова и были поставлены в известность, под какой маской следует искать предмет их любви.
В один прекрасный день Ленор призвала Джесси к себе в комнату и томно пожаловалась:
— У меня так ужасно болит голова. Я слышала от Джейн, что ты можешь снимать головную боль.
— Я не настолько талантлива, — пожала плечами Джесси. Меньше всего ей хотелось снимать головные боли у Ленор.
— Ну пожалуйста, попытайся, ладно? Я умираю от мучений!
Растирая сестре виски минеральной водой, Джесси хранила гробовое молчание. Ленор блаженно откинулась на спинку кресла и вздохнула:
— Ох, Джесси, какая ты хорошая! Подчас я даже жалею, что ты мне не родная сестра, — мы бы прекрасно веселились вдвоем. Не то что с Элизабет — она такая трусиха, ни за что не посмеет ослушаться Генри! Но с другой стороны, я рада, что ты незаконнорожденная: не хотелось бы иметь такую соперницу. — Она откровенно рассмеялась и повернулась к Джесси лицом: — Если жизнь у Генри покажется тебе несносной, можешь перебраться ко мне, когда я выйду замуж. Клянусь, я стану держать тебя в доме хотя бы для того, чтобы ты снимала мне головные боли!
— Несомненно, это чрезвычайно мило с вашей стороны-
— Джесси, ты напрасно притворяешься скромницей, Что бы ты ни говорила, глаза тебя все равно выдают.
— А за кого вы собираетесь замуж? — поинтересовалась Джесси.
— Ну, — задумчиво вздохнула Ленор, — Джейми Камерон предупредил, что танцевать не будет: дескать, эти дикие скачки его не привлекают. Впрочем, до сих пор его не привлекала и женитьба. Ума не приложу, что заставило его так измениться в этот год. — Ленор на миг умолкла, прислушиваясь к собственным ощущениям, и чуть не с благоговением прошептала: — Я без ума от Джейми! Когда он близко, я вся горю, мне даже дышать становится трудно. Он такой неукротимый, настоящий дьявол: высокий, мрачный, откровенный во всем! От его взгляда, от его шепота у меня подгибаются колени. Но он слишком часто меня пугает. Джейми никогда не станет слушать, о чем его просит жена. Он вообще не способен склониться перед чужой волей. И к тому же Камерон ужасно требовательный. Просто диву даюсь, как ему удалось завоевать дружбу короля Якова. — Ленор захихикала. — Король и сам бывает упрямым как черт! Однако что есть, то есть; наш Джейми очень сильный, пожалуй даже чересчур. По-моему, с Робертом ужиться будет намного проще. Он такой милый, готов смеяться и флиртовать с кем угодно, и все же… и все же мне кажется, что из него получится вполне приличный супруг, ведь его запросы ясны, их легко удовлетворить. А вот Джейми — тому подавай и душу, и тело. А какой он красивый, особенно глаза — ни у кого таких нет! Стоит ему посмотреть на женщину, и та… ну вот, я опять про то же. А тебе ни к чему дуться, не волнуйся, Генри пристроит замуж и тебя! — Я не желаю быть пристроенной.
— Правильно, — легко согласилась Ленор. — И тебе нужно попасть на праздник.
Джесси вздрогнула, словно пойманная с поличным. А Ленор уже вскочила, не в силах усидеть на месте.
— Я тебе помогу!
— Что? С какой это стати? — подозрительно осведомилась Джесси.
— Ох, ну хватит, я вовсе не так плоха, как ты воображаешь. В конце концов мы — дочери одного отца, пусть даже твоя мамаша была потаскухой…
— Моя мать никогда не была…
— Но так или иначе, ты родилась вне брака, верно? Вот и не возражай. Мы обе пойдем танцевать, и обе нарядимся в белое. Генри ни за что не догадается, что это ты, ведь мы так похожи. И если заметит среди гостей тебя, то примет за меня — и все!
— Между прочим, он посулил мне страшную кару за ослушание.
— Фу-ты ну-ты. Но ведь Генри не такое уж чудовище. Не бойся, все устроится само собой. Нам нужно только как следует все продумать и держать наш план в тайне. Кто знает, если мы разыграем паши карты правильно, не удастся ли тебе поймать в свои сети какого-нибудь юного прекрасного рыцаря?
Джесси торопливо потупилась. Не признаваться же Ленор, что она спит в обнимку с Библией, нашпигованной сушеными розами из подаренного Робертом букета.
— Давайте попробуем!
Когда наступил Майский день, казалось, сам воздух был насыщен таким предвкушением праздника, что у Джесси вылетели из головы последние опасения. Она слышала, как прибывают все новые экипажи и как весело болтают слуги во дворе. Ласковый ветерок приносил эти звуки в распахнутое окно, и когда Джесси выглянула во двор, то увидела, что веселье уже началось. Юноши и девушки из простонародья вовсю отплясывали вокруг Майского шеста. Дрессировщик заставлял своего медведя крутиться на кривых лапах, и кукольники давали представления в разных концах двора. Звонко пели флейты, и даже волынщики исполняли замысловатый шотландский мотив в честь короля Якова. Шум и неразбериха нарастали с каждой минутой. Погода как на заказ: ни ветерка, на синем небе ни облачка щедро дарила людям свое ласковое тепло.
