Сара ушла в другую комнату, напевая себе под нос и размышляя над тем, что она наконец-то поняла кое-что, что раньше было ей недоступно.
13
Кто бы мог подумать? У Алекса Торна тоже бывают предчувствия. Натягивая через голову светлое льняное платье, Сара поймала себя на том, что ей смешно. Она представила, как он в течение многих лет пытался переломить себя, не желая признавать свой талант. Он с головой ушел в цифры и уравнения — вещи, бесспорно, логичные, изо всех сил пытаясь отрицать наличие у себя совершенно алогичной способности.
Сознание того, что она разгадала тайну Алекса, тронуло Сару. Она с нежностью прислушивалась к его голосу, доносившемуся из соседней комнаты, где он разговаривал по телефону со следователем. Улыбаясь, она надела туфли и подумала, что действительно с удовольствием поговорила бы с Линдси. Алекс с сестрой так близки, Линдси могла бы рассказать Саре то, чего не знал никто другой.
— Ты так раскраснелась, — заметил Алекс, когда Сара появилась в гостиной, — как будто тебя зацеловали до полусмерти.
— Меня вообще сегодня не целовали, — кокетливо сказала Сара.
— Это плохо. — Он нежно коснулся ее щеки. — Придется исправить эту ужасную оплошность. Сегодняшний вечер будет только наш — твой и мой. Давай притворимся, что мы единственные люди на земле.
— И еще официанты, — Сара чуть наклонилась к нему, — я ничего не хочу делать сегодня сама.
— И повар.
— А еще скрипач, который будет ходить между столиками и играть цыганские мелодии.
— Сара, это Финикс, — Алекс покачал головой, — ближайшие цыгане в Бухаресте. — Он погрузил пальцы в ее волосы. — Ты сущее наказание.
Пока Алекс целовал ее, Сара не спорила с ним. Сладость этого поцелуя грела ее, как солнце. Его властность покоряла. Сара обвила шею Алекса руками, желая раствориться в нем, ее сердце бешено колотилось, ноги подкашивались.
— Обед, — пробормотал Алекс, нехотя отрываясь от ее губ.
Сара кивнула и сказала, посмеиваясь:
— По-моему, я уже слышу звуки скрипки. Ну, а после обеда… Надеюсь, ты сдержишь свое обещание насчет поцелуев.
Глаза Алекса заблестели.
— Теперь я знаю, из-за чего ты краснела.
— Я же говорю, что ты экстрасенс! — с торжеством воскликнула Сара.
Алекс взял ее за руку и решительно направился к двери.
Что ни говори, а Сара хватила через край. Алекс чувствовал себя неуютно, зная, что она в любую минуту может вернуться к разговору о его даре предвидения. Вероятно, она наделяла этим свойством всех своих друзей. Наделенная удивительной способностью предвидеть события, она чувствовала себя одиноко среди обыкновенных людей и мечтала встретить кого-то, похожего на нее. Но только не он, Алекс Торн. Увольте. Он аудитор, а не экстрасенс и телепат.
Конечно, нельзя сказать, что у него не бывало внезапных озарений. Но это случалось только тогда, когда дело касалось Линдси, что было вполне естественно. Она его сестра, им многое пришлось выстрадать вместе. Поэтому между ними существовала особая связь.
Алекс поднял отсутствующий взгляд на Сару, сидевшую напротив. Она была такая сияющая, такая радостная, болтала без умолку. Ее щеки разрумянились, глаза блестели. Как будто совсем недавно ее жилище не было разгромлено каким-то подонком, как будто один из ее друзей не предал ее.
Сара заслуживала того, чтобы ее защищали и опекали, она заслуживала счастья. Ей так хотелось, чтобы ее любили, и сама была необычайно щедра на любовь. Она совершенно не похожа на Барби.
Мысль о Барби вызвала другое воспоминание. Сырой осенний день, серое небо, холодный ветер, раскачивающий голые деревья. Конец футбольного сезона и его спортивной карьеры. Они проиграли матч, и этот проигрыш перечеркнул их надежды еще на один кубок. А потом он, испытывая чувства разочарования и обреченности, вернулся домой…
— Алекс!
Алекс вздрогнул.
— Прости, — сказал он, пытаясь прийти в себя, — что ты сказала?
— Я спрашивала, — засмеялась Сара, — собираешься ли ты доедать свой десерт.
— А что, ты хочешь доесть его вместо меня? — Алекс посмотрел на остатки воздушного пирога в своей тарелке.
— Ты очень плохо ешь, — Сара слегка наклонилась к нему, — станешь тощим, как жердь.
Она была похожа на игривую и смешливую девчонку. Конечно, ее проблемы не исчезли, просто она решила позабыть о них на время и развлекаться, не думая ни о чем.
— Как тебе это удается? — спросил Алекс.
Сара удивленно выпрямилась. Уголок ее рта был измазан шоколадом, и Алекс вытер его пальцем. Сара улыбнулась и наклонила голову.
— Что удается? — поинтересовалась она.
— Так быстро забыть о происшедшем.
Она слегка пожала плечами и опустила голову.
— Я не забыла, просто сейчас не хочу об этом думать. Сейчас, — улыбка слегка тронула ее губы, — я хочу любить.
— Кого же? — улыбнулся в ответ Алекс.
— Тебя.
Алекс поднялся и протянул ей руку:
— Не хочешь прогуляться?
Сара тоже встала, ее лицо сияло от восторга.
— Неплохая идея. Полюбуемся на полную луну.
Сара и Алекс медленно шли по террасе, выходящей во внутренний дворик гостиницы. Тихо шуршали пальмовые листья, на черном небе ярко сияла серебристо-белая луна, вода в бассейне рябила от легкого ветерка. Рука Алекса обвила плечи Сары, его голова была немного наклонена, и Сара ощущала его дыхание.
Всеми фибрами души Сара чувствовала, что с ним происходит. Преданный однажды, он боится оступиться вновь. Она могла представить, какую жестокую борьбу ведут сейчас инстинкт и чувство. Надо помочь Алексу. Он начал открываться ей, и она не позволит ему снова ускользнут, спрятаться, как улитка прячется в своей раковине.
Сара остановилась, Алекс тоже. Ее сердце отчаянно заколотилось, дыхание участилось. Алекс взял ее за руку.
— Я действительно не такая, как Барби, — прошептала Сара, надеясь, что он улыбнется ей.
Но он не улыбнулся, а резко притянул ее к себе.
— Я знаю это. Знаю.
Сара обвила руками его шею, ей так хотелось, чтобы ему было хорошо. Чтобы он забыл о предательстве другой женщины.
— Я люблю тебя, Алекс, — сказала Сара, и это было самое большое, что она могла ему дать. — Я люблю тебя.
Алекс слегка отстранился, чтобы увидеть ее лицо. А потом, к радости Сары, он улыбнулся. И улыбка эта была счастливой и удивленной.
Он снова прижался к ней и принялся целовать ее медленно и страстно. Сара вздохнула, с готовностью отвечая на его ласку. Ее тело напряглось и пело в ожидании.
Она была в плену его объятий, его рот, казалось, не знал насыщения. За обедом Алекс пил бурбон, и Сара ощущала терпкий вкус на его языке. Она выпрямилась, все тело ее ныло от желания отдаться его силе, грудь стала болезненно-твердой от нетерпения. От рук Алекса, ласкавших ее, исходил жар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
