— Выложил бы нам на сервер, — проворчал толстый Янукович, начальник отдела, — что как в прошлом веке? Ты ещё дискету принеси.
— Админ проклятый, опять все ресурсы запаролил, — объяснил я, нежно кладя флэшку ему за шиворот, — я дольше буду к вам подключаться. А так смотри, принёс тебе сто мегабайт информации. За десять секунд. Это же какая скорость передачи данных получается?
— Руки ему оборвать, этому админу, — запыхтел Янукович, пытаясь нашарить флэшку утонувшую в его телесах, — на хрена он этим занимается?
— Да поговаривают, опять раздел с порнофильмами на общем сервере отыскался, — сказал я, — и даже говорят, что происхождением из мест отсюда недалеких.
Янукович слегка покраснел.
— Молодежь грёбанная балуется, — сказал он и наконец, выловил флэшку из своей клетчатой рубашки, — вместо работы. — Он бросил строгий взгляд на двух молодых наших инженеров Сашку и Витьку, которые вместо того чтобы прилежно втыкать в свои компьютеры, напротив, развернулись на своих стульях в нашу сторону и судя по их виду уже были готовы влезть в беседу.
— Десять мегабайт в секунду! — Витька влез первым.
— Чего десять? — нахмурился Янукович, — это вы с такой скоростью порнуху с торрентов гоните?
— Алексей Владимирович спросил, — немного смутился Витька, — с какой скоростью он принёс вам файлы. А вы это… не ответили.
Вместо ответа Янукович бросил в него моей флешкой. Витька еле успел её поймать.
— Чтобы с такой же скоростью подготовил мне данные для производства! — рявкнул он. — Бездельник!
— Эй, вы поосторожней! — возмутился я, — флэшка фамильная! Я её у шефа украл.
— Понял, задрот? — Янукович тут же перевёл стрелки на Витьку, — смотри не сломай, а то уволю. Кстати, потом можешь посчитать, с какой скоростью я в тебя её кинул.
— И имейте в виду, работа срочная, — я подвёл итог нашего рабочего совещания, — делайте, что хотите, но чтобы завтра к обеду готовый проект был у Рашида на производстве.
Глава 10
Я стоял, поёживаясь на утреннем сибирском морозе напротив распахнутых настежь ворот склада временного хранения и наблюдал, как оба моих ястреба — Гусев и Курочкин утрамбовывают картонные коробки в багажник «Ямато». Им помогал местный складской грузчик Филиппыч. На самом деле, это конечно громко сказано, помогал. В основном он бегал вокруг машины, и кричал «бери правее!» или «аккуратней ставь, ядрена вошь!» не сильно утруждая самого себя переноской тяжестей, своей прямой обязанностью. Ястребы уже по привычке не обращали на Филиппыча особого внимания и лишь иногда вполголоса посылали его подальше, если он уже совсем сильно путался у них под ногами. Нашего обычного микроавтобуса, который мы использовали под перевозки, в этот раз не хватило, второй универсал был в ремонте и поэтому мне как в начале доисторических времён, когда на всю мою контору был всего один автомобиль — мой, пришлось разместить часть коробок у себя. Оказалось, что влазит их ко мне в машину не меньше, чем в микроавтобус, особенно если коробки класть прямо на сиденья в салоне. Юрик Курочкин удивлялся этому вслух, вероятно наивно полагая, что вместо нового микроавтобуса ему теперь купят «Лэндкрузер».
Над головой у меня то и дело ревели взлетающие и садящиеся в аэропорту самолёты; набитый под завязку коробками «Ямато» от неимоверных усилий моих помощников тихонько покачивался, будто линкор на рейде Токийского залива, а я стоял рядом, как адмирал Исороку Ямамото и настроение у меня было совсем как у него шестого июня тысяча девятьсот сорок второго года. То есть совсем никакое. Хотя мой флот и не бомбили проклятые американцы.
Нет, день начался прекрасно, груз для москвичей пришёл вовремя, растаможил я его вообще мгновенно, начальник поста Фролов, так тот вообще чуть не обниматься со мной полез, когда я ему конверт с деньгами сунул. И вот в самый прекрасный момент, когда я помахивая грузовой авианакладной спускался по лестнице к складским тёткам бездельницам, мне позвонил Янукович и сообщил, что, дескать, на производстве с московским заказом появились некоторые проблемы. Они там, видите ли, не заметили, что некоторые электронные детальки, наша автоматизированная линия поставить не сможет. Ну откуда, мол, они могли знать, что москвичи до сих пор используют в своих изделиях устаревшую элементную базу, то есть ту, которую надо запаивать вручную. А в тысячу плат, весь его инженерный отдел будет впаивать их целую неделю, даже, если они будут работать круглые сутки. Это он так заранее сказал, на случай, если я лично усажу этих диверсантов исправлять свои косяки.
Оказалось, что я умею орать не хуже Красникова. Януковичу-то что, он привычный, а вот тётки со склада временного хранения на таможне, заперлись у себя на три оборота ключа и ещё стол к двери подставили. Они подумали, что это я их убивать буду, а не Януковича, Сашку и Витьку. Впрочем, и москвичам, Андрею и Виктору Геннадьевичу тоже досталось, хотя и в меньшей мере. Но те тоже должны были у себя в столице немного проикаться.
В общем, оказался я у разбитого корыта, как Объединённый флот после сражения за атолл Мидуэй, если проводить исторические параллели. А гудевшие над головой самолёты походили звуком на американские пикирующие бомбардировщики и тоже мешали мне сосредоточиться на решении моей нелёгкой задачи, где за один день найти квалифицированных сборщиков, тех самых тётенек, от которых мы уже избавились во имя научно-технического прогресса. У Красникова в запасе правда ещё оставались их четыре штуки, но просить у него было бесполезно, опять раскричится про свою президентскую программу. А орёт он все равно громче, чем я.
— Готово шеф, — ко мне подошёл Юрик, старательно отряхивая с себя складскую пыль, — последнюю коробку утрамбовали. Можно ехать.
Я представил, сколько теперь этой пыли у меня в салоне и это тоже не улучшило мне состояния души. В этом случае важно не оставаться эгоистом, а постараться испортить настроение и окружающим вас людям.
— Вы орлы, в следующий раз не опаздывайте, — недовольно сказал я, — мне двадцать минут вас ждать пришлось. Смотрите, как бы вам новогодние премии столько ждать не пришлось.
Юрик виновато заморгал.
— Мы машины на стоянке перепутали, — покаянно сказал он, — нам сказали, что там джип чёрный стоит. Мы и подумали, что это твой. А потом пошли посмотреть, а это какой-то кадилак американский.
— А позвонить никак не могли? Не додумались? Не знали, что у меня мобильный всегда с собой?
На этот справедливый вопрос Курочкин ничего не отвечал, потупивши голову и очевидно, сам себе удивляясь: «вишь ты, как оно мудрено случилось: и знал ведь, да не додумался».
Створка складских ворот, с гудением и судорожно дёргаясь, начала опускаться вниз. Второй ястреб — Гусев уже заводил свой основательно просевший на осях микроавтобус. Грузчик Филиппыч после секундных мучительных колебаний, остаться внутри или ещё поканючить у нас сигарету, всё-таки выбрал первое и полез обратно в свою запирающуюся сокровищницу ожидать следующего счастливца с оформленной таможенной декларацией.
— Полез яйца греть в свой инкубатор, — с лёгкой завистью в голосе сказал Курочкин провожая Филиппыча взглядом, — и за что этому шлангу только зарплату плотят?
Юрик у нас парень простой, из деревни, и внимание на одном предмете удерживает с большим трудом. Уже, похоже, и забыл, про что я ему только что говорил.
— Ты бы лучше подумал, за что я тебе зарплату плачу, — сделал я последнюю попытку вернуть Юрика к его собственному долгу, — бегом к Гусеву в машину! Чтобы через час всё уже распакованное лежало на складе!
Хлопнула дверь и микроавтобус рванулся вперёд с прошлифовкой задних колёс, как спортивный болид на соревнованиях Формулы-1.
Я тоже, правда не так поспешно, залез в свою машину и включил зажигание. Одно из слов сказанных Курочкиным, почему-то не выходило у меня из головы.
— Инкубатор, инкубатор, — бормотал я себе под нос, переключая радиостанции на магнитоле, — инкубатор!
Ну конечно! Я вспомнил, что наши соседи по технопарку делают электронные инкубаторы, по рецептуре двадцатилетней давности, которую он спёрли чуть ли не из журнала «Юный Техник». Я же им лично года три назад этот хлам ещё советского происхождения привозил, из которого они свои поделки ляпали. Привозил до тех пор, пока наши отечественные детальки на складах, где я пасся, не позаканчивались. Новых-то, на наших заводах уже не производят. Да и нет уже тех заводов давно, на их месте торговые центры и жильё эконом-класса. Но запасов им до сих пор хватало, хотя недавно при встрече жаловались, что уже последнее выгребают. Минск их вроде ещё выручал с нашим древним, ещё советского происхождения заводом «Интеграл», да и то, говорят, батька Лукашенко не сдюжил, продаёт его заграничным акулам бизнеса, чтобы бульбашей своих подкормить и следующие президентские выборы выиграть.
