И как раз в этот момент открылись двери, в обеденный зал вошел Его Величество король. Все поднялись, опустив головы и приветствуя Лерайда Шаррта. Лишь после того, как король занял место за столом, сели и остальные.
— Добрый день, принцесса!
Меня передернуло от этого голоса, однако я заставила себя повернуться к нему и тоже поприветствовать. Эти синие глаза… сейчас они не были злыми, но все равно вызывали во мне отвращение. Кажется, я ошиблась, решив, что дождь забрал все мои эмоции. Мне всё так же противно видеть принца!
— Надо же, вы все-таки спустились? — не то вопрос, не то утверждение. — Я думал, что вы целый день просидите в своих покоях.
Мило улыбнулась, но вышла лишь кривая улыбка. Взяла бокал, вновь оголяя запястья. Если он считает, что мне станет стыдно, и я буду сидеть у себя, то глубоко ошибается!
— Что же вы замолчали?
На его лице застыло легкое удивление, но он быстро взял себя в руки и, наклонившись, тихо прошептал:
— Значит, так решили действовать? Думаете, кому-то есть до вас дело? Или считаете, что меня будут волновать дворцовые слухи? Неважно, какая тема, это излюбленное занятие придворных, в независимости, что из сказанного — правда.
Признаться честно, его слова разочаровали. Но я не показала этого, спокойно отпила немного вина и взяла себе еще запеченного лосося. Впрочем, пусть его и не волнует это, но как будущего правителя уж точно не красит. Придворные сами сделают свои выводы.
— Но знаете, принцесса… — неожиданно продолжил принц, вновь ко мне склонившись. — Скажем так, попытка была неплохая. К слову, я имел совершенно другое, когда поинтересовался, почему вы все же спустились к обеду. Вы ослушались наставления целителя, Рийтэлель ведь рекомендовал вам отдохнуть.
— Как будто вас это волнует? — со скептицизмом посмотрела на мужа и задумалась. А ведь на самом деле! Если бы не волновало, зачем послал лекаря? К сплетням он безразличен, и незаметно, что принц почувствовал свою вину. — Однако мне интересны причины, по которой вы попросили ко мне подняться целителя? Вряд ли вам известно, что такое совесть или раскаяние.
Внезапно улыбка исчезла с его лица. Глаза стали холодными и равнодушными, но не потемнели. Когда же он заговорил, в его голосе отчетливо послышалось ехидство:
— Принцесса, вам ведь еще наследников рожать. Королевству нужны здоровые дети.
Вот оно что. Раздраженно повела плечами и продолжила прерванную трапезу, не став что-либо говорить. Впрочем, сам муж тоже молчал. Вот только его слова почему-то заставили меня задуматься. Я даже еще не думала о наследниках. По традициям Давилии супруга должна забеременеть в течение года после заключения брака, иначе она сбудет считаться «непригодной» для королевства. Со здоровьем у меня было все хорошо, месячные регулярные и целитель заверял, что детки должны быть здоровыми, но… после вчерашней ночи мне даже думать об этом не хочется. Ребенок должен быть зачат в любви! А то, что произошло ночью, никак не назовешь любовью…
— Вы задумчивы? — заметил муж мою рассеянность за столом. — Интересно, какие мысли крутятся в вашей милой головке?
— Вы бы их знали, если бы у вас было ко мне другое отношение. А так вы даже моего уважения не заслужили… — тихо ответила, неохотно продолжая водить вилкой по тарелке. Мне вдруг совершенно перехотелось есть.
— Я и без вашего уважения, смогу узнать, о чем вы размышляете, принцесса.
Однако я не придала значения его этим словам из-за возникших неприятных чувств. Странно. Ведь после ванны боль прошла.
— Принцесса?
Не ответила, пытаясь справиться с болью. Она не была сильной, но очень неприятной. Поскорее бы король закончил трапезу!
— Вам нехорошо? Вы побледнели… — если бы я не знала принца, решила что он и правда беспокоится.
— Это потому что рядом вы, — знаю, что некрасиво, поэтому ответила тихо, так чтобы лишь он услышал.
— Принцесса, а не заговариваетесь ли вы? Не положено отвечать мужу столь дерзко.
— А обращаться столь жестоко с супругой положено?
— «Жестоко»?
Однако я не ответила, с радостью замечая, как поднимается король. Медленно выходит из зала. Наконец-то! Хочу скорее оказаться на свежем воздухе! Может, тогда станет лучше?
Я ошиблась. Эта боль продолжала меня беспокоить, даже когда вышла в сад. Лишь на несколько минут отступала и после вновь возвращалась. Это он виноват! Из-за той ночи…
Вспомнила его довольное лицо и вздрогнула. Хватит! Легонько тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли и не спеша пошла по узкой дорожке, выложенной из мелких камней. Вот только жаркий летний воздух не приносил облегчения. Яркое солнце слепило глаза, а теплый ветерок легонько колыхал подол длинной юбки платья. Может быть, пойти к морю? На скалу. Около воды должно быть более прохладно.
Но дойти я не успела, вспыхнувшая резкая боль заставила меня остановиться. На какой-то момент пожалела, что не послушалась целителя. Может действительно стоило отдохнуть и несколько дней не совершать длительных прогулок? Странно… Вроде утром все было хорошо. Что же это такое? Я скривилась. Почему не проходит?
— Принцесса, вы так поспешно сбежали? — вздрогнула, когда сзади раздался голос принца. Он шел за мной все это время? Как же я не хочу его видеть! Неохотно обернулась.
— Почему вы не послушались Рийтэля? — в его голосе слышалось раздражение. — Вам ведь нехорошо еще с самого обеда.
— Надо же, какой вы внимательный… — холодно на него взглянула, желая только одного — чтобы он сейчас оставил меня в покое. У меня не было даже настроения ему отвечать. Хотелось сесть и сжаться, тихонечко заскулив от этой боли.
— Вы ведь моя супруга.
Прозвучало как насмешка. Я даже не удержалась и сама засмеялась этому маленькому «представлению». Супруга? А вчера он об этом забыл? Или предпочел сделать вид, что забыл, когда насиловал меня ночью, не обращая внимания на мои мольбы?
— Вчера вы отлично это показа… — договорить попросту не смогла, хватаясь за живот. Но принц, словно не заметил, холодно произнеся:
— Вот и подумайте, стоит ли мне противиться? И прямо сейчас вы пойдете к лекарю! — он схватил меня за руку и потащил за собой ко дворцу, а на меня вдруг накатила апатия. Не задумываясь, высказала все, что было на уме:
— Как вы верно заметили — я ваша супруга у которой нет прав. Я слабее, вы это знаете. Что я могу против мужской силы? Вам нужна кукла? Вы этого хотите?
— Я хочу лишь того, чтобы вы меня слушались.
— «Слушалась» — мои губы вновь тронула улыбка. — Что же такого плохого было в том, чтобы назвать котенка именем щенка, который был у меня в детстве? Ведь это вы вынудили меня взять снотворное из-за страха. И что за этим последовало? Ярость и бездушие…
