Недовольно покосившись на Лисенка, усевшегося на подлокотник моего кресла, гости расположились на диване напротив. Пауза затягивалась.
— Итак, может, представитесь для начала? — Нарушил я тишину. Нечего косяка на рыжика давить, он и так нервничает!
— Безусловно. Мое имя Линиарийл, я старший инспектор-дознаватель. А это мои напарники Кораелир, Вераэль и Тиалаван, — представился сам и поименовал остальных блондин.
Старший инспектор. Мда. За блудным жрецом прислали солидную шишку. Так как дальше эльф замолчал, многозначительно-выжидательно на меня уставившись, я произнес:
— Мое имя Тимофей. Так чем же вас не устраивает сложившаяся ситуация?
Печально вздохнув, Линиарийл заговорил:
— Дело в том, что дошедшие до нас сведения о поведении Аминаэля наводят на мысли о том, что ему необходима помощь специалистов-психологов. Наше руководство встревожено, каждый эльф, нуждающийся в поддержке, вправе ее получить. Тем более, неспособный самостоятельно о себе позаботиться подросток. Поэтому меня направили, чтобы забрать его туда, где он сможет воспользоваться услугами специалистов.
О, как. Волна возмущения от Лисенка, которого я теперь знаю, как зовут на самом деле, меня порадовала. Рыжик сидел, недовольно нахмурившись и поджав губы.
— Я не заметил, что ему необходима посторонняя помощь, уж извините. На психа он не тянет.
Блондин снисходительно улыбнулся.
— Тимофей, возможно, вы не знаете, вряд ли вы успели достаточно близко познакомиться, но Аминаэль недавно пережил чудовищную трагедию, его родная деревня подверглась вероломному нападению и подобная травма…
— Я прекрасно знаю, что он пережил, не утруждайтесь пересказом, — перебил я Линиарийла. — Нам не нужны посторонние специалисты, чтобы справится с этим, правда ведь?
Повернувшись к Лису, я вопросительно посмотрел на злящегося мальчишку.
— Правда. Когда мне действительно нужна была помощь, вас рядом не было. А теперь мне и тут хорошо.
Лицо блондина удивленно вытянулось. Ничего подобного он от подростка не ожидал. Не давая мужчине опомниться, я поинтересовался:
— Как продвигается расследование инцидента? Виновные уже найдены?
— Нет пока. Мы работаем над этим. Ситуация невероятно сложна, в рейде участвовали профессионалы. Вряд ли вообще кто-то будет найден, — недовольно хмурясь, отозвался блондин. Вот что делает капелька вампирской магии, заставляющая выделяться в крови эльфа специальные вещества, провоцирующие откровенность. Фиг бы он что-то подобное без дополнительного стимула сказал. Наплел бы с три короба и навешал килограммы лапши на ушки рыжика.
То, что меня посчитали человеком, поспособствовало общей беспечности эльфов, не додумавшихся защититься от чего-то подобного. Все же, вампирская магия весьма специфична, от нее надо ставить особые блоки. Стандартные не спасают.
Возмущенно хмыкнув и полыхнув горечью, Лисенок выплюнул:
— Дилетанты. Вам ведь просто наплевать, да?
Спорное утверждение, даже мне не просто было разобраться в следах, но сложившиеся обстоятельства и юношеский максимализм мальчишку вполне оправдывают.
Голубые глаза дознавателя гневно сощурились.
— Аминаэль, ваше поведение совершенно возмутительно. Как вы разговариваете со старшими?! Вы позорите всех эльфов! — Фыркнув, Лис демонстративно скрестил руки на груди и упрямо выпятил нижнюю челюсть. — Вспомните о своем предназначении!
Эх, жаль, что я пообещал молчать про это его предназначение.
— Линиарийл, не стоит повышать голос, — влез я. — Насколько я знаю, Ами совершеннолетний и может сам за себя отвечать. А клятву соблюдать ваш Кодекс он не давал. Да и о каком таком предназначении вы говорите?
Скрипнув зубами, блондин перестал сверлить дырку в злорадствующем эльфенке и перевел взгляд на меня.
— Это вас совершенно не касается. В любом случае, Аминаэль является эльфийским подданным и я вправе просто его забрать, без объяснения причин, — язвительно скривив губы, мужчина добавил. — И все эти разговоры бессмысленны. Наши психологи в состоянии исправить нарушения в его психике, которые, как я вижу, произошли. И он вновь станет достойным членом общества.
— То есть, промыть ему мозги и, если не поможет, стереть память? — Гася желание разорвать этого инквизитора на кусочки, уточнил я.
Видя реакцию эльфов, косвенно подтверждающую мои слова, Лисенок испуганно вздрогнул, шокировано распахнув глаза. Наивный ребенок ничего подобного и предположить не мог. Вот оно — специализированное воспитание. Реальная жизнь жестокая штука, тут выживает сильнейший, и интересы всего народа всегда ставятся выше интересов одного его члена. А Жрец Природы не та фигура, потерю которой можно легко проигнорировать.
— Ну, зачем же так грубо, — со снисходительной улыбкой откидываясь на спинку дивана, заметил блондин. — Легкая психо-коррекция, и все.
— Но я не хочу возвращаться! — Не выдержал рыжик, чем заработал очередной гневный взгляд блондина.
— К тому же, — холодно добавил я, привлекая к себе внимание. — Я являюсь его полноправным хозяином, и никакой закон не позволит вам забрать у меня по всем правилам приобретенного раба.
В комнате повисла звенящая тишина. Четверка эльфов переводила шокированные взгляды с меня на Лиса и обратно. Жаль, конечно, не хотел я этого говорить, но по-другому они ведь действительно могли попробовать увести мальчишку силой. Надеюсь, рыжик это понимает и воспримет все адекватно.
— Не может такого быть, — в конце концов, мотнул головой Линиарийл. — Это ложь.
Прищурившись, я снял иллюзию с ошейника Лиса. Тонкая серебристая полоска ярко блеснула в лучах солнца, а лица эльфов презрительно скривились.
— Что ж, в таком случае, он действительно теряет для нас всякий интерес.
Поднявшись с дивана и демонстративно делая вид, что рыжика в комнате нет, блондин коротко мне кивнул.
— Не смеем вас далее задерживать.
Развернувшись, остроухие дружно направились в коридор. Я же, бросив тревожный взгляд на съежившегося и кусающего губы Лисенка, пошел их провожать. Вполне вежливо с эльфами распрощавшись и выставив их за дверь, я сразу же вернулся назад. Рыжик сидел в кресле, подтянув колени к груди и уткнувшись в них лицом. У меня от жалости и его боли сердце сжалось. Присев на подлокотник, притянул Лисенка к себе за плечи. Всхлипнув, он уткнулся лбом мне в живот и, обняв за талию, замер.
Говорить что-то в подобной ситуации я считал неразумным, да и не нужны Ами были слова сочувствия и утешения. Поэтому я просто гладил эльфа по голове, пропуская сквозь пальцы мягкие персиковые прядки и даря возможность, неторопливо переварив все сказанное, успокоиться. Он мальчик умный, поймет, что к чему, просто нужно время.
