фыркнула. Бабушка хлопнула ресницами.
Как там говорил Федор? Медведь, что с него взять…
- Я смотрю, ты все-таки достала эту цацку из сейфа.
- Не прошло и полгода, - усмехнулся Полевой, отъезжая на стуле к окну, чтобы дать шефу возможность зайти в мой кабинетик. – Мы тебя уже полчаса ждем.
- Вы ждете от силы двадцать минут, - возразил Всеволод. – Я предупреждал, что задержусь. Изучал, между прочим, сценарий вашего фестиваля, ребята.
Я еще раз посмотрела на волшебное кольцо.
- Сева, ты-то хоть знаешь, как заставить эту штуку работать?
Он неопределенно махнул рукой.
- Мне известно, что есть некий ритуал передачи силы, но он очень условный. Это некое действие, которое должен придумать сам хранитель артефакта. Чтобы активация происходила в тех условиях, которые будут удобны ему самому.
Мы с Федором переглянулись.
- Ты что-нибудь поняла? – поинтересовался Полевой.
- Нет, - честно призналась я.
- Я тоже слабо все это представляю, - сказал Репьевский. – Смысл в том, чтобы анатари захотел активировать силу артефакта, причем так сильно, чтоб камень не смог ему в этом отказать.
- Кому стало понятнее, поднимите руки, - фыркнул Федор.
Сева пожал плечами.
- Как говорится, за что купил, за то и продаю.
Похоже, янтарному перстню придется еще некоторое время провести взаперти.
- Ладно, - вздохнула я. – Будем думать.
- Думайте, - согласился Полевой. – А я пошел работать.
- Что с нашим сценарием? – спросила я у Всеволода, когда за лисом закрылась дверь. – Тебе что-то не понравилось?
- Нет, там все нормально. Средневековая крепость, старинные танцы, конкурс скоморохов, битва воинов, мастер-класс по изготовлению глиняной посуды…
- А еще дефиле в исторических костюмах, забавы для детей и турнир по современному мечевому бою. Знаешь, я все-таки договорилась с фехтовальщиками и реконструкторами. И у тех, и у других сменились руководители, пришлось заново знакомиться и объяснять концепцию нашего фестиваля.
- Мне нравится, что вы готовите сразу несколько локаций.
- Ну разумеется. На фестивале должно быть интересно всем.
- Я хочу предложить еще одну локацию. Мы ведь планируем провести мероприятие на площади у Старого парка, верно? Что если нам воссоздать там средневековую охоту? В парке такие заросли! Как в самом настоящем лесу.
- Охоту?!
- Да! – в глазах Репьевского загорелись огоньки. – Представляешь, как это будет интересно и зрелищно?
- Сева, а где мы возьмем животных? Зоозащитники съедят нас с потрохами, если из-за фестиваля пострадает хотя бы кошка! Да я и сама ни за что не допущу, чтобы толпа озверевших людей травила какую-нибудь несчастную животину.
- Главное, чтобы не получилось наоборот, - усмехнулся Всеволод. – Зверей, Анютка, я тебе обеспечу, да таких, которых люди в принципе не смогут обидеть. И объяснение для зоозащитников сочиню, и упрощенный вариант охоты придумаю. Можно, например, назвать происходящее не охотой, а интерактивной лекцией о быте и нравах наших предков.
- Ты рассказывал Федору о своей идее?
- Федор, моя дорогая, будет принимать в гоне активное участие. Вместе со мной.
У меня перехватило дыхание.
- Сева, ты… ты хочешь привлечь к участию оборотней?!
- Ага. Здорово, да?
- Ну не знаю… Ты не думал, как отреагируют участники фестиваля, когда увидят живого медведя?
- Что тут думать? Скажем, что медведь дрессированый. И лиса, и все остальные. Оборотни в первую очередь люди, а уже потом животные. К тому же, от нашей… мм… лекции польза будет всем. Горожане узнают об особенностях охоты, а мы разомнем мышцы. Когда еще удастся легально побегать по лесу! Что скажешь, Анюта?
Я улыбнулась. Все-таки он молодец. С прежним директором музею даже не снились такие масштабные проекты. Да на этот фестиваль соберется весь город!
- Скажу, что ты – чудо, - серьезно ответила я.
Наклонилась к нему ближе, намереваясь поцеловать в щеку, однако Репьевский неожиданно повернул голову, и мои губы встретились с его губами. Я невольно приоткрыла рот, и его язык осторожно скользнул по моей нижней губе.
В тот же миг нас двоих будто ударило током – перед моими глазами сверкнула яркая белая вспышка, а тело пронзили тысячи тонких острых игл. Я вскрикнула от внезапной боли и, разорвав поцелуй, отпрянула в сторону, с силой врезавшись в угол стоявшего рядом стеллажа.
Иглы тут же исчезли, зато и комната и все ее содержимое вдруг заискрились всеми цветами радуги.
Господи, что происходит?!
Я перевела взгляд на Севу и вздрогнула – мужчина светился вместе с остальными вещами, но – по-другому. Вокруг его тела был четко виден силуэт огромного мохнатого медведя. И этот силуэт с каждой секундой становился все больше и больше.
- Аня, перстень сейчас на тебе? - хрипло проговорил Всеволод.
Я медленно кивнула.
Из коридора послышался топот ног, и на пороге моего кабинета появился Федор.
Я рвано выдохнула – Полевой тоже сверкал, и вокруг него тоже четко просматривался звериный образ, только другого вида и гораздо меньшего размера.
- Я смотрю, вы, ребята, разобрались, как следует пользоваться артефактом, - взволнованно проговорил Федя.
- Более того, - также хрипло сказал Сева. – Похоже, мы инициировали анатари.
- Даже не знаю, поздравлять вас или сочувствовать, - серьезно произнес лис. – Сейчас произошел такой выброс силы, что его почувствовали все окрестные оборотни. Теперь весь город знает, что наша анатари – инициированная.
Несколько секунд в кабинете висела тишина. Мужчины смотрели на меня, я – на них.
Так вот значит он какой, тонкий уровень, о котором говорили Репьевский и Полевой! Видимо, эти цветные огоньки должны давать об окружающем мире больше информации, чем привычный человеческий взгляд.
Что ж, по крайней мере, теперь я воочию вижу, чем оборотень отличается от человека.
На мгновение зажмурила глаза, а когда открыла, сияние пропало.
- Рассмотрела что-то интересное? – полюбопытствовал Федор.
- Ага, - с восторгом кивнула я. – Федя, ты, оказывается, такой пушистый и изящный!
Парень довольно хмыкнул.
- А ты, Сева, огромный. Почти до самого потолка.
Всеволод улыбнулся. Полевой хмыкнул снова.
- Не удивительно. С твоей помощью, Анюта, его зверь вырастит до небес.
- И я не вижу смысла драматизировать по этому поводу, - спокойно сказал Репьевский. – Инициация была неизбежна. Странно иметь при себе артефакты силы и ни разу ими не воспользоваться.
- Внимание к нашей компании теперь будет очень пристальное, - заметил Федя.
- А разве сейчас это не так?
