национальными проектами. Ещё плюс сюда же – очень похорошевшая за последние годы турецкая инфраструктура.
С другой стороны, всё это – при очевидных проблемах турецкого руководства в вопросах макропоказателей экономики и инфляции, будь то официальной или «кухонной», и с заметными глазу большими сложностями, которые начал испытывать в последние годы турецкий средний класс.
Но турецкое руководство говорит: «Смотрите, сейчас трудный период. Только мы можем провести Турецкую Республику через эти бурные воды международной повестки. И, как говорится, на столь широких переправах таких мощных коней, как мы, не меняют».
6 февраля, конечно, многое изменило в предвыборной риторике, потому что землетрясение заставило соперничающие стороны говорить в первую очередь именно об экономике. Оно заставило говорить именно о благосостоянии граждан, о создании системы, которая обеспечит такое качество строительства, чтобы при катаклизмах массово не рушилась жилищная застройка.
Когда выборный фокус сместился в эту сторону, от стратегических проектов на «турецкую кухню», власть начала испытывать достаточно серьёзные трудности.
Зато турецкая оппозиция оказалась снова на коне, поскольку вся их программа строилась на одном простом постулате: «Эрдоган должен уйти!» Землетрясение 6 февраля не противоречило тезисам оппозиции, а лишь усиливало их.
Заметьте, что очень долго турецкая оппозиция молчала, прежде чем опубликовать свою предвыборную программу. Документ от них поступил общественности только 30 января 2023 года, за шесть дней до землетрясения. Мы с вами внимательно ознакомились с этой программой, с карандашом и с пометками на полях. Даже опубликовали подробные разборы оппозиционной выборной программы на сайте Института Ближнего Востока.
Я увидел этот документ крайне разрозненным, крайне популистским, очень нестройным, как будто сшитым из разных кусков разного авторства.
И самое главное, что отмечают в кулуарах, кстати, и сами турецкие оппозиционеры: цели хороши, но непонятно, за счёт чего добиться обещанного! Где та «живая вода» для турецкой экономики? Оппозиционеры говорят: «Мы ВВП страны поднимем до 2 триллионов долларов!» Как я сказал, эта цифра та, которую власть в своей программе ещё 10 лет назад пообещала к 2023 году, к 100-летию Турецкой Республики.
То есть оппозиционеры обещают ровно то же самое, что и Эрдоган. Говорят: «А мы годовой экспорт сделаем 600 миллиардов долларов. Власть вам обещала 500, а мы сделаем 600!» В смысле, власть не сделала, а оппозиция сделает не только обещанное, но даже и больше…
Подчеркну, они обещают на самом деле ровно то же самое, что и власть.
При этом всё хорошо, но как? Где взять деньги на бесчисленные обещанные народу выплаты – от повышения зарплат и пособий до бесплатного жилья пострадавшим от землетрясения? Это те самые 300 миллиардов долларов, которые они якобы нашли у турецкой власти, «припрятанные за рубежом»? Вернут их в страну – и всё, страна заиграет «новыми красками»? Непонятно.
Евгений Сатановский: А у меня вопрос. Я, конечно, рад, что они нашли где-то идею, что Эрдоган стырил сам у себя 300 миллиардов долларов.
Это мне видится вопросом до крайности сомнительным, потому что, ну вообще-то говоря, во-первых, таких сумм просто не было в свободном полёте, чтобы их откуда-то взять и украсть, во-вторых, любая власть – коррупционная. Израильская, американская, европейская, турецкая, российская. Есть запредельные, конечно, зоны тотального хаоса, типа той же Украины. Но любая власть без коррупции не существует. У вас всегда будут нарушения между местными подрядчиками и местными властями или местными застройщиками и местными властями.
Ну хорошо, у вас есть эффективный человек, который добивается результата. Если вы хотите, чтобы он был суперчестным, высокоморальным, удивительно контактным и потрясающе всё-таки эффективным, ну найдите вы четыре-пять человек такого рода, потому что в одном это вряд ли сойдётся.
Но при этом ведь есть ещё такая вещь, как российский вклад в турецкую экономику.
Вообще-то говоря, Турция не получает газ по тем ценам, по которым его сейчас правой рукой через левое ухо получают те же европейцы. Или нефть. Цены-то как поднялись!
Турция получает трубопроводный газ по контрактам, которые были согласованы. И никто не сравнивает сейчас – это тоже вообще очень интересно – эти цены с ценами, по которым получает сжиженный газ американский, например, Европа. А зря… Четыре раза как минимум, четыре раза ведь разбег! Наш сильно дешевле.
Станция «Аккую» – огромный проект, многомиллиардный. Сколько она там, 20 миллиардов долларов стоит? А это же российские деньги. Я сейчас не говорю, насколько это оправдано или неоправдано. Да, с экономической точки зрения ни бельмеса это не оправдано и не оправдается никогда. А с политической, с геополитической… Да, оправдано. Более чем.
А ведь это тем не менее реально живые деньги. Точную сумму, наверное, знаете вы на память. У меня было ощущение чего-то в районе двух десятков миллиардов баксов. А об этом в Турции кто-нибудь знает? Кто-нибудь говорит? Кто-нибудь думает?
Иван Стародубцев: Вы все правильно помните. Бюджетная стоимость этого проекта – около 20 миллиардов долларов. Возможно, она будет больше к моменту, когда стройка закончится.
Та же турецкая оппозиция заявляет, что проект «Аккую» надо расследовать, что там есть какие-то «внеконтрактные договоренности».
Евгений Сатановский: Это наши деньги. Чего они будут расследовать? Мы вам эти деньги, считай, дали, подарили… Ладно. Вы там за электричество будете пять копеек десятки лет платить. Может быть, наши правнуки увидят эти деньги. Но мы сейчас вам их дали. Расследовать они ещё будут!
Иван Стародубцев: Да, это совершенно прекрасно. Напомню историю: проект «Аккую» реализуется по модели Built – Operate – Own, то есть «Строй – Эксплуатируй – Владей».
Это российское государство как инвестор пришло и вложило наши бюджетные деньги, около 20 миллиардов долларов, в Турцию. И с продажей электроэнергии внутри Турции после завершения строительства Россия начнёт, собственно, зарабатывать и отбивать эту инвестицию.
50 % выработки прогарантировано турецким Казначейством и будет продаваться по фиксированной стоимости 12,35 цента США за 1 кВтч. А остающиеся 50 % будет продаваться на свободном турецком рынке электроэнергии по текущим ценам, какие бы они ни были на момент генерации.
Турецкая оппозиция говорит две вещи, причём это был один из пунктов их предвыборной программы 2023 года. Они натурально «кошмарили» турецкую власть, говоря: «Мы проведём расследование, потому что цена 1 кВтч, которую власть затвердила и прогарантировала Казначейством в 12,35 цента, – слишком высокая. И вообще, у власти есть „внеконтрактные“ договорённости для антикоррупционного расследования!»
Ну тут, надо понимать, подразумеваются строительные подрядчики, которых турки завели на реализацию данного проекта как партнёров российской стороны.
Евгений Сатановский: То есть они ещё и считают наши деньги, и при этом предъявляют по ним
