Мария пожала плечами:
– Я просто представить себе не могу, что такое мы должны высказать друг другу, чего не могли бы обсудить здесь.
– Вы боитесь, что я намерен злоупотребить вашим доверяем и покуситься на ваше целомудрие? – Его губы тронула очаровательная улыбка. – А что, если я пообещаю держаться от вас на расстоянии руки?
– И все же я вынуждена отказаться.
Эддингтон наклонился ближе, его голос опустился до шепота.
– Секретная служба весьма заинтересовалась вами, леди Уинтер. – Его лицо оставалось бесстрастным, словно он говорил о погоде.
Мария прищурилась.
– А теперь вы согласитесь побеседовать со мной наедине, конфиденциально? – спросил он.
Мария кивнула и позволила ему вывести ее из зала и проводить в холл внизу. По пути они сталкивались с многочисленными гостями, но толпа все больше рассеивалась по мере их удаления. Наконец они свернули за угол. Бросив быстрый взгляд через плечо, чтобы убедиться, что за ними нет слежки, Эддингтон втащил леди Уинтер в темную комнату.
Марии потребовалось не больше минуты, чтобы ее глаза привыкли к полутьме. Осмотревшись, она поняла, что они с Эддингтоном находятся в большой гостиной, уставленной массой диванов, кресел и столиков.
– Кто вы такой? – спросила Мария, поворачиваясь к нему лицом, когда за ним с тихим щелчком захлопнулась дверь. Жемчужно-серый костюм джентльмена то растворялся, то вдруг возникал из тени, но в его глазах в бледных лучах луны появился опасный блеск.
– После смерти агентов Дэйтона и Уинтера, – произнес он, игнорируя ее вопрос, – на вас пало подозрение и государственной измене.
С трудом сглотнув, Мария вознесла благодарственную молитву темноте, скрывавшей любые признаки волнения, которые могли бы свидетельствовать о ее возможной виновности.
– Я знаю.
– И вы по-прежнему остаетесь под подозрением, – тихо продолжил он.
– Чего вы хотите? – Леди Уинтер опустилась в ближайшее кресло.
– Прошлым вечером я поговорил с леди Смит-Глисон. Она вкратце упомянула, что видела, как вы беседовали с Кристофером Сент-Джоном на приеме у Харвиков.
– Да? Я разговариваю со многими людьми. О большинстве из них я тут же забываю.
– Она сказала, что вы беседовали на столь повышенных тонах, что накал страстей был заметен невооруженным взглядом.
Мария прыснула.
Эддингтон присел напротив нее.
– Исчезновение свидетеля против Сент-Джона ускорило его освобождение. Секретная служба подозревает, что в исчезновении свидетеля виновен сам Сент-Джон, но я думаю, что это был кто-то из секретной службы. Этот свидетель слишком хорошо охранялся. Сент-Джон, конечно, многое может, но даже его возможности небезграничны.
– Если секретная служба подозревает Сент-Джона, могу я предположить, что вы остались в единственном числе, подозревая другого агента?
– Вам следовало бы поменьше беспокоиться о моих интересах, лучше позаботьтесь о своих собственных.
– Да что вы говорите?
– Вы могли использовать… друга из секретной службы. А я мог использовать друга Сент-Джона. Это делает нас уникально полезными друг другу.
– Вы хотите использовать меня, чтобы я выведывала информацию у Сент-Джона? – спросила она недоверчиво. – Вы, наверное, шутите?
– В настоящее время вы и Сент-Джон занимаете первые места в списке наиболее тщательно изучаемых преступников секретной службы: вы по подозрению в убийстве двух ценных агентов, а пират – за целый букет самых разнообразных прегрешений.
Мария не понимала, чего ей больше хочется – смеяться или плакать. Как она могла дойти до жизни такой? Что бы подумали о ней родители, узнав, как низко она пала?
Эддингтон нагнулся к ней, сложив руки на коленях:
– Уэлтон устроил оба ваших замужества, а после смерти ваших мужей его доходы существенно увеличились. Ваш отчим поспешил представить мне вас после того, как я навел о нем справки прошлым вечером. Уэлтон имеет к вам чисто корыстный интерес. Верьте мне.
– И все же я не могу взять в толк: вам-то лично какое до этого дело?
– Знаете, что я думаю? – произнес Эддингтон мягко. – Мне кажется, что у Уэлтона есть что-то, что он использует против вас, нечто, чем он вас шантажирует, чтобы добиться вашего сотрудничества. А я могу освободить вас от него. Я не жду, что вы поможете мне совсем уж бескорыстно, не получив ничего взамен.
– Но почему я? – настороженно спросила Мария, рассеянно поглаживая руками в перчатках края своего домино. – Что такое я совершила, чтобы заслужить подобное унижение?
Эддингтон немного помолчал.
– Выясните, что произошло со свидетелем, и я освобожу вас как от секретной службы, так и от Уэлтона.
– А может, у меня душа чернее смертного греха и я продам информацию о вашем любопытстве как раз тем, кого вы ищете? – Иногда ей действительно хотелось, чтобы у нее не было души. Ее жизнь протекала бы гораздо легче, если бы она была столь же бессовестной, как те люди, которые использовали ее.
– Это риск, на который я готов пойти. – Эддингтон выждал мгновение, а затем встал на ноги и протянул ей руку. – Обдумайте все. Я нанесу вам визит завтра, словно пылкий воздыхатель, и вы сможете дать мне ответ.
Мария отрешенно протянула ему руку.
– Милорд, – сдержанно приветствовал Кристофер. – Леди Уинтер, позвольте представить вам лорда Седжуика. Милорд, несравненная леди Уинтер.
Анджелика присела в глубоком реверансе. Седжуик ответил низким поклоном.
– Рад с вами познакомиться, – сказал виконт. – Прошу простить меня за недавнюю оплошность.
Кристофер на мгновение замер. Какую еще оплошность тот совершил?
– Пожалуйста, простите меня, – продолжил Седжуик, когда Анджелика ничего не сказала в ответ.
Сохраняя спокойствие, Кристофер поднес палец к губам жестом, призывавшим хранить молчание.
– Леди Уинтер хранит инкогнито сегодняшним вечером, милорд. Вы, наверное, понимаете, какое оживление вносит ей появление на официальных приемах…
– Ну конечно же. – Седжуик улыбнулся широкой и самодовольной улыбкой, гордо расправив плечи. – Я приветствую ваше решение отказаться от домино миледи. Столь прекрасные платья, как ваше, не должны скрываться.
– Прошу извинить нас, милорд.
Седжуик поднес руку Анджелики к губам, принимая ее за леди Уинтер, произнес несколько банальностей, которые Кристофер оставил без внимания, а затем уступил им дорогу.
Избавившись от единственной обязанности на сегодняшний вечер, Кристофер вывел Анджелику из бального зала и стремительно направился вниз, в большой холл. Он понятия не имел, верный ли он избрал путь, чтобы найти женщину в черном домино, но этот путь вел в задний сад. Оттуда Анджелика могла выйти, обогнуть дом, а потом ждать его в экипаже у главного подъезда.
