— Я свое уже отбоялся, сударыня, но спасибо, что спросили, — Филипп аккуратно посадил машину между двумя шарообразными деревьями и заглушил двигатель. — Тирон, если через два часа мы не выйдем на поверхность, поднимайте этот «Хавелок» и возвращайтесь в Убежище.
— Что значит — возвращайтесь?! Это совершенно исключено, ведь с вами идет мой сын!
Филипп подавил вздох и терпеливо пояснил.
— Я не сказал, что мы не вернемся, просто можем задержаться дольше объявленного срока. Вам не обязательно ждать нас здесь.
— Нет уж, — неожиданно уперся Тирон, — мы вас дождемся, сколько бы времени это ни заняло!
— Как вам будет угодно.
Бран легко спрыгнул с подножки катера и под удивленными взглядами тэранцев закрепил за спиной кожаные ножны с эльфийским мечом.
Вблизи Черная Башня оказалась просто огромной. Разведчики рассыпались по местности вокруг нее, а Тэйн немного замешкался, пытаясь разгадать странный эффект светопоглощения. Он так засмотрелся, на грубую металлическую поверхность, что монолитная стена поплыла у него перед глазами, а почва под ногами почему-то вдруг стала мягкой.
Тэйн переступил с ноги на ногу, потом попытался отойти на несколько шагов, но ощущение неустойчивости не проходило. Наоборот, его ноги погрузились в мелкую пыль сначала по щиколотку, потом по колено, а когда он рванулся всем телом, то сразу провалился в землю по бедра. Не успел Тэйн по-настоящему испугаться, как зыбкая почва поглотила его целиком.
Он был настолько ошарашен, что даже не вскрикнул. Лишь в самый последний момент, перед тем как дневной свет окончательно померк, он успел издать тихий придушенный звук. Дальше были только тьма и нарастающее давление. Казалось, будто огромная машина заматывает его в слои плотной ткани, дышать сквозь которые становилось все труднее. Активное сопротивление приводило лишь к тому, что Тэйн запутывался все больше, словно попавший в паутину мотылек. Через несколько минут он оказался полностью обездвижен и так зажат в тенетах, что практически не мог вдохнуть.
Чтобы окончательно не задохнуться, юноша плотно закрыл рот и чуть повернул голову, пытаясь отлепить нос от шершавой обмотки, сдавившей его с головы до ног. Осознав всю безвыходность своего положения, Тэйн похолодел. Всемилостивый Создатель, он ведь даже не успел попрощаться с сестрой! Ни разу не поговорил по душам с Тироном … с отцом. Не научился самостоятельно пилотировать «Хавелок». А ведь он мечтал водить настоящие космические корабли… Из-под закрытых век с трудом просочилась горестная слеза и тут же впиталась в ненавистную обмотку.
Тэйну казалось, что он уже вечность находится в плену. В горле у него пересохло, сознание все больше мутилось, только отчаяние заставляло организм выбрасывать в кровь все новые и новые порции стимуляторов. Кокон внезапно пошевелился, и мозг Тэйна едва не взорвался от ужаса. Так, стоп, без паники, у него же есть оружие! Если придется бороться за жизнь, ему будет чем защищаться… Почувствовав легкую слабину в слоях грубой ткани, юноша рванулся изо всех сил и попытался дотянуться до лазерного жезла, закрепленного у него на поясе.
— Эй-эй, потише, мой юный друг, а то ненароком что-нибудь себе сломаешь!
При звуке знакомого насмешливого голоса Тэйн едва не разрыдался от облегчения. Он перестал брыкаться и позволил Николасу осторожно высвободить себя из кокона. Наконец, ему в глаза ударил свет налобного фонаря, вокруг появилось свободное пространство, и Тэйну даже удалось вдохнуть немного затхлого воздуха.
— Цел, разведчик? — на лице адвоката Холдера не было и тени страха, лишь легкая озабоченность.
Вместо ответа Тэйн судорожно обнял Николаса.
— Вы не бросили меня! Вы пришли за мной, и теперь мы оба здесь погибнем. Я безмерно рад, что сейчас не один, но мне ужасно жаль, что именно вам суждено разделить со мной эту горькую…
— Все не так безнадежно, Тайни. Потерпи немного, сейчас нам пробьют выход, — за многочисленными слоями кокона-ловушки уже слышались приглушенные голоса и треск разрываемой обмотки. — Пить хочешь?
Тэйн прильнул к горлышку походной фляги и с жадностью осушил ее до дна.
— Ой, простите! — виновато спохватился он. — Я должен был и вам оставить, но от волнения позабыл…
Ник только усмехнулся и продолжил кромсать обмотку эльфийским кинжалом. После короткой паузы Тэйн принялся усердно ему помогать.
Совместные усилия нескольких сильных мужчин вскоре превратили кокон в безобразные лохмотья, и Тэйн снова оказался в дружеских объятиях. Он и предположить не мог, что эти удивительные люди, не задумываясь, рискнут жизнью ради спасения непутевого мальчишки с чужой планеты. Несмотря на мрачную обстановку подземелья, Тэйн почувствовал небывалый прилив сил, однако неприятные сюрпризы еще не закончились.
Выбравшись из кокона-ловушки, разведчики оказались в длинном туннеле, где с земляного потолка свисали корни деревьев, беспрерывно капала вода и осыпалась рыхлая порода. Они прошли не меньше фарлонга, прежде чем створ прохода немного расширился и появился какой-то странный звук. Как будто в отдалении гудел огромный пчелиный рой…
— Вы тоже это слышите или у меня просто шумит в голове? — Тэйн остановился и напрягся всем телом, пытаясь определить источник звука.
— К несчастью, тебе не показалось, — негромко отозвался Рауль Данфи и по примеру майора Кроу обвязал нижнюю часть лица сложенной вчетверо банданой.
— А что это за ужасный запах?!
— Это запах разложения, сынок, так гниет органика — полковник Гатлин положил тяжелую руку на плечо юноши и слегка придержал его перед выходом из туннеля. — Наверное, ему не стоит туда ходить?
— При других обстоятельствах я бы с вами согласился, Доминик, но здесь он — единственный представитель своего народа и имеет право узнать его судьбу.
— О…о…о чем это вы? — Тэйн так разволновался, что начал заикаться. У него снова похолодело внутри, ноги стали ватными, тем не менее, он переключил щиток на ночное видение и двинулся вперед.
— Стоп! Дальше ни шагу! — голос волшебника даже под землей прозвучал так, словно кто-то ударил в гонг.
