Читаем без скачивания По закону плохих парней - Эйс Аткинс

Русло бывшей речки, где он нашел наконечник, высохло. Квин медленно бродил по дну, усыпанному галькой. Прохлада здесь сохранялась даже в самые жаркие месяцы, и камни были покрыты мшистыми пятнами.

Теперь они с Лили находились в полумиле от этого места. Квину казалось, что они наблюдают лунный ландшафт. Большая часть территории в тысячу акров была начисто выкорчевана, проложены проселочные дороги, заложены фундаменты для Чуда Тиббехи, которое так и не состоялось. Проект Джонни Стэга о разрастании города, развитии производства и торговли в глуши штата Миссисипи остался мечтой. Повсюду в открытых разрезах земли лежали обгоревшие кучи бревен размером с грузовик. Бревна отказывались гореть. Они обуглились и остались гнить.

– Работы прекратили примерно в это время в прошлом году, – сказала Лили. Волосы, которые трепал холодный ветер, закрывали ей рот. – Стэг продолжает утверждать, что проект осуществится, но не слышно, чтобы им заинтересовалась хотя бы одна компания.

– Теперь он связался с нехорошими людьми в Мемфисе.

– Насколько нехорошими?

– Я ехал прошлым вечером за отцом Говри до самого Мемфиса. Он там в стриптиз-клубе обделал одно дельце.

– Может, отец Говри просто интересуется голыми девицами?

– И приглашается в заднюю комнату с пухлой сумкой?

– В самом деле?

– Не думаю, чтобы отец Говри был на что-либо годен, – заметил Квин. – Разве я не говорил, что с ним был духовник Стэга брат Дэвис?

Ветер несся по оголенному пространству как пуля, жалил его уши и лицо. Квин сунул руки в карманы и огляделся. Он чувствовал себя чужаком в чертовски знакомом месте.

– Мы задерживали Говри вместе с его отцом в апреле, – вспомнила Лили. – Говри сильно избил в «Южной звезде» человека. У того пошла кровь горлом. Говри утверждал, что был вынужден защищаться.

– Почему мой дядя не выселил его из города?

– Мы не Управление по борьбе с наркотиками, Квин, – напомнила она. – Твой дядя делал все возможное. Он надеялся, что в скором времени сюда приедут федералы. Он знал, что происходит, знал, что Говри завел много лабораторий по производству наркоты.

– И затем возник этот пожар.

– Уэсли показывал два фото Джил Буллард с выпускного вечера, – сказала Лили. – Кто-то использовал девчонку.

– Они были подругами с Кэдди.

– Неужели?

Он рассказал ей о Мемфисе. Затем они замолчали. Квин прислушивался к шуму собственных шагов по опустошенной земле. Кое-где попадались разбитые землеройные машины на бетонных основаниях.

Квин направился к машине Лили. Девушка пошла за ним.

– Помнишь, вы с Уэсли устроили здесь пивной пир? Собралось до двухсот гостей.

– Такса пять долларов с человека.

– Хорошая была вечеринка. Разожгли костер, и тот черный парень играл на гитаре. Откуда он взялся? Весело было.

– Пока помощники шерифа вроде тебя не прикрыли ее.

– Сколько времени они гнались за тобой?

– Пару часов.

– Ты оторвался от них.

– Очень скоро.

– Дядя знал об этом?

– Конечно. Он знал, что виновник торжества я. Но не мог доказать.

– Это тебя беспокоило?

– Разве был повод для беспокойства?

Глава 24

– Он на охоте, Квин. Не знаю, когда вернется домой, – говорила Анна Ли, стоя на пороге со сложенными на груди руками.

Дверь дома была открыта. По большому телевизору, висевшему на стене, передавали новости. Женщина-диктор в бесстрастной манере сообщала о том, что еще нескольких военнослужащих убили в Кандагаре. Обстановку в комнате составляли большой кожаный диван, тяжелая деревянная мебель и золотистые лампы.

– Я скажу, чтобы Люк позвонил тебе, когда вернется.

Она попыталась закрыть дверь, но Квин вставил в проем носок ботинка.

Анна была одета в тонкую футболку и джинсы. Никакого макияжа. От нее исходил запах мыла и шампуня.

– Он говорил, почему снял обвинения против тех людей?

Она покачала головой. Взглянула на ботинок Квина, потом на него самого. Долго всматривалась в его лицо, закусив губу.

– Не знаю.

– Мне бы не понравилось, если бы кто-то тыкал стволом в мой лоб.

– Уэсли сказал, что дело разрешилось. Понятно? У тебя есть возражения? – Она надавила на дверь.

– Понятно. Это-то и смущает меня, – сказал Квин, убирая с улыбкой ботинок. – Ты приезжала прошлой ночью на ферму дяди вне себя от волнения. Просила меня наведаться в лагерь бродяг, ставила мне в вину то, что случилось с Люком. Я правильно излагаю?

Женщина уперлась руками в талию, футболка из тонкой ткани надувалась на холоде, в тусклом свете ее кожа казалась чересчур белой. Квин услышал звонок микроволновки.

– Я пойду. Согрелось.

– Скажи Люку, что если он честный парень, то должен поддержать обвинения. Эти подонки могли убить нас прошлой ночью.

– Он сделает, как лучше.

– Еще бы.

– Люк самый честный из всех, кого я встречала, – сказала Анна, стиснув зубы. – Хватит разговаривать. Холодно, а я без туфель.

Квин тронул ее за плечо.

– С каких пор Люк сотрудничает с Джонни Стэгом?

– Ты с ума сошел.

– Стэг входит в правление больницы.

– Стэг входит и в правление электрической компании. Он инспектор округа. Это его обязанности. Черт. Позволь мне уйти.

– Стэг потребует большой компенсации за получение сертификата на строительство больницы.

– Поговори об этом с Люком, вместо того чтобы доставать меня.

– Все удивятся, если я уйду отсюда ни с чем.

– Я точно нет, – буркнула Анна Ли и захлопнула дверь.

Зазвенели стекла, и сосновый венок упал на землю. Портик двери был украшен гирляндами рождественских огней и листьями магнолии, пластмассовыми цветами. Квин с детства помнил старый викторианский дом как обитель привидений. Большое пустое здание без отделки, куда они наведывались, швыряли камни в окна или водили девочек, чтобы выпить чего-нибудь, целоваться или покурить марихуаны.

Квин поднялся к стеклянной двери, чтобы постучать.

Но, передумав, опустил руку.

Небольшая детская площадка для игр располагалась напротив баптистской церкви. Квин сидел рядом с матерью, наблюдая, как Джейсон пытается забраться в маленький городок с парой детских горок и гимнастической стенкой. Малыш двигался вверх и вниз, вперед и назад, прыгал и карабкался. Падал и перекатывался. Молча поднимался на ноги. Заплакал всего раз, и лишь потому, что высоко над ним запутались качели, и он не мог их достать. Квин встал и распутал цепи качелей. Джейсон запрыгнул на сиденье и уцепился за цепи.

– Ты обедал? – спросила мать.

Квин покачал головой.

– Мы могли бы сойти у «Соника». Как насчет молочного коктейля с бутербродом?

Квин нащупал в кармане мобильник, проверил номер абонента и увидел, что он принадлежит Анне Ли. Отключил телефон.

– Тебя могут отозвать в любое время, – сказала мать. – Верно?

Он кивнул.

– Ты поедешь в этом году?

– Всего на две недели.

– Совсем не вовремя. Как всегда у вас.

– Обычная рутинная поездка.

Мать кивнула, не поверив ему. Она пошла к детской площадке, ожидая, когда Джейсон взберется на гимнастическую стенку. Джейсон не стал добираться до верхней перекладины, нависавшей сверху. Он взялся за поручни и затем по какой-то причине – возможно, потому, что видел бабушку, стоящую внизу, – отпустил руки и со звонким смехом упал ей на руки. Она спустила малыша на землю, и он побежал к металлическому слону, установленному на пружине. Раскачивался на нем взад и вперед, чуть не сломав.

– В четверг?

– Мне дали неделю, – сказал Квин. – И это щедро.

– Армия США может неделю обойтись без тебя.

– Долго еще Анна Ли будет приходить и помогать тебе с Джейсоном?

– Никого другого у меня нет. Правда, есть девчонка в церкви, миленькая и довольно рассудительная.

– Значит, ты все время проводишь сейчас с Джейсоном?

– Это временно.

– Ты уверена?

– Кэдди ищет работу в Мемфисе, а пока живет у подруги, старается наладить жизнь. Говорила, что подыскивает сейчас хорошую школу. Она действительно изменилась, Квин.

Квин вздохнул. Он положил руки на колени, потер их и снова сунул в карманы куртки.

– Чертовски холодно.

– Тебя это беспокоит? – спросила она.

– Кэдди может поступать как ей нравится.

– Я имела в виду Анну Ли.

– Не буду темнить, – признался Квин. – С тех пор как я вернулся, Анна Ли ведет себя так, словно я стараюсь ей навредить. Думаю, мы смотрим на прошлое по-разному.

Мать промолчала.

– Не хочу слышать ни слова о том, как она мучилась, – продолжил он. – Тебе известно, сколько парней в моем взводе получали такие же письма? Все эти надрывные строки выглядели так, словно их писал один и тот же человек. Хотелось бы, чтобы хоть одна девушка призналась, что ей надоело ждать возвращения бойфренда и она решила спать с кем попало.

– Ты веришь в это?

– Мы едем в «Соник» или как?

– Можно и в «Соник».