видел ее занимающейся серфингом, и она, вероятно, лучшая серфингистка в регионе — я не сомневаюсь, что она победит.
Мэл и фиолетововолосая пристально смотрят друг на друга, прежде чем подготовить свои доски, и снова переводят взгляд на океан. Звук мегафона эхом разносится по воздуху, и все серфингисты начинают бежать к океану.
Прямо перед тем, как Мэл достигает воды, девушка с фиолетовыми волосами спотыкается о нее. Она падает на свою доску для серфинга, ломая ее пополам, и толпа ахает. Я бросаю быстрый взгляд на Габриэля, и он напряженно держится за виски, наблюдая, как она приходит в себя.
Быстро осматривает свою доску, в то время как другие участники уже плавают в воде. Решив, что спасения нет, она бежит к нам с обеими частями своей доски, поэтому я бегу обратно к стойке с досками рядом с палаткой и хватаю ее запасную доску, бросая ее к ней, пока мы не встретимся посередине.
— Эта сучка должна понести наказание за это, — раздраженно фыркает Мэл, отрывая ремешок от сломанной доски и заменяя его ремешком от запасной доски.
— Не беспокойся о наказаниях прямо сейчас, просто сосредоточься. Ты все еще можешь выиграть.
Не говоря ни слова, она поворачивается и бежит в воду, запрыгивает на доску и начинает мощно грести. Когда подходит к линейке и раздается второй гудок, она плывет более агрессивно, чем другие, чтобы поймать волну, и когда ей это удается, она показывает отличные результаты.
— Теперь ей определенно нужно сходить к нашему мастеру по изготовлению досок, — бормочет Кайри, выбрасывая обломки доски Мэл в мусорный пакет и зачарованно наблюдает за Малией.
Когда заплыв Мэл заканчивается, она подбегает к нам, довольная тем, что заняла первое место. Я заключаю ее в медвежьи объятия и кружу нас.
Замечаю, что Коа пристально наблюдает за нами через плечо, поэтому дерзко подмигиваю ему, и он в ответ закатывает глаза, прежде чем сосредоточить свое внимание на Элиане, оглядывая ее с ног до головы, проводит языком по нижней губе, заставляя ее покраснеть в ответ.
Я ненавижу, что другой человек может вызвать у нее такую реакцию.
Я не виню ее; Коа — симпатичный ублюдок, но мне все равно не нравится, как ее щеки продолжают краснеть под его вниманием. Быстро отпускаю Малию, прочищаю горло и бросаю на него неодобрительный взгляд, на что он смеется.
— Ты отлично справилась, Малипоп, — говорю я, приглаживая рукой ее мокрые волосы.
— Не называй меня так, — смеется она, отмахиваясь от моей руки и поправляет волосы, — я либо Мэл, либо Малия. Ты же знаешь это.
— Как скажешь, Малипоп.
Она по-дружески толкает меня, прежде чем отправиться на поиски своего полотенца, а Коа, проходя мимо, прожигает ее взглядом.
Оглядываюсь и замечаю, что Элиана уходит от нас в тень пальм, поэтому, когда раздается сигнал сирены, я оставляю остальных и отправляюсь на поиски Элианы. Не проходит много времени, как я нахожу ее прислонившейся к пальмам. Она смотрит на свой телефон остекленевшими глазами.
Ты самый большой засранец в мире. Она вот-вот расплачется из-за тебя.
Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, подавляя чувство вины, прежде чем снова сосредоточиться на ней.
— Земля вызывает Элиану, — говорю я, махая рукой перед ней, чтобы привлечь внимание.
Она вскакивает, удивленно смотрит на меня, затем ее губы опускаются, и она, покраснев, вытирает слезящиеся глаза. Я поднимаю руки, сдаваясь, и делаю шаг к ней.
— У меня был дерьмовый день, и я сорвался на тебе. Мне не следовало этого делать, — говорю я, останавливаясь перед ней.
Мои слова мало что значат, поскольку она продолжает сверлить меня взглядом.
— Мы можем поговорить об этом позже, но у меня следующий раунд, и я подумал, что ты не захочешь его пропустить.
Она ощетинивается.
— Почему, потому что я одержима тобой?
Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, прежде чем снова встретиться с ней взглядом. Она выглядит чертовски злой, и это справедливо.
— Нет, — говорю я, подходя к ней и упираясь предплечьем в ствол дерева у нее над головой, словно загоняя ее в угол, а другой рукой приподнимаю ее подбородок, чтобы она посмотрела на меня снизу вверх, — потому что я хочу, чтобы ты была там, и потому что у тебя есть работа, которую нужно выполнить.
Я наблюдаю, как ее розовые губы слегка приоткрываются, щеки краснеют, глаза расширяются, когда она смотрит на меня, и, хотя на улице адская жара, по ее рукам пробегают мурашки.
Мой взгляд прикован к губам, и я собираю все свои силы, чтобы не прижаться своими губами к ним.
Ее взгляд скользит вниз, ко мне, и я вижу, что в ее глазах тоже отражаются желание и жажда.
Я отталкиваюсь от дерева и разворачиваюсь, направляясь обратно к остальным, напрягая слух, чтобы расслышать ее почти бесшумные шаги позади меня. Когда мы подходим к остальным, она стоит чуть в стороне от меня и фотографирует Кайри, борющуюся в воде.
Кайри заняла первое место в своем заплыве, а это значит, что сегодня она сразится с Малией за первое место в финальном раунде.
Следующими выступают мужчины-серферы, и Зейл попадает в мой заплыв.
— Давайте не будем бороться друг с другом из-за волн. Я останусь в противоположном конце состава, — говорит Зейл.
— Звучит неплохо, — отвечаю я, прежде чем Зейл уходит и занимает свое место в другом конце группы.
Смотрю на океан, мысленно готовясь к тому, что выйду на сцену и приложу все усилия, но я не ожидаю, что Колтон подойдет и займет место рядом со мной.
Отказываюсь смотреть на него, хотя боковым зрением вижу, что его лицо повернуто к моему, тишина оглушает. Я не могу обещать, что не замахнусь на него, если мы встретимся взглядами, поэтому лучше всего смотреть прямо перед собой.
Когда звучит сирена, я бегу к берегу, Колтон не отстает от меня.
Как только мы достигаем воды, бросаем доски и начинаем грести изо всех сил. Неудивительно, что Колтон лидирует, поскольку я все еще не могу грести так же быстро, как он, не говоря уже о других серфингистах, но я стараюсь изо всех сил, чтобы быть уверенным, что не слишком отстану от него.
Когда мы, наконец, добираемся до места сбора, садимся на свои доски и смотрим на горизонт, ожидая второго сигнала воздушной сирены, когда волны начнут прибывать.
Первые три человека, включая Зейла, через несколько минут ловят мощные волны, но когда дело доходит до нас с Колтоном, волны становятся мягкими и неприступными.
— Приплыли, — слышу я стон Колтона, пока
