Читаем без скачивания Южный поток – forever! - Максим Шахов

Мало того, что любой магнитный замок можно было вскрыть, так для этого еще и не требовалось никаких сверхсложных отмычек. Большинство «невскрываемых» замков элементарно открывались при помощи банальной пьезоэлектрической зажигалки, правда, после пустяковой переделки последней.

Дверь каюты Фаниса Апостолакиса была снабжена как раз электронным замком. Даже самые крутые профессионалы довольно часто допускают ошибки. Как правило, из-за недооценки противника. Видимо, похитителям Фаниса просто не пришло в голову, что во всяких электронных запорах он разбирается не хуже начинающего «медвежатника». Иначе они ни за что не оставили бы ему практически готовую отмычку.

Апостолакис подобного шанса упускать не собирался. Стараясь не шуметь, он принялся под одеялом слегка модернизировать пьезоэлектрический элемент. Сделать это было не так просто из-за отсутствия каких-либо инструментов. Однако Фанис изловчился разломать браслет своих часов, в результате чего инструментов у него появился целый набор. Назвать их удобными было нельзя, однако дело сразу сдвинулось с мертвой точки, и после десяти минут напряженной работы Фанис наконец облегченно вздохнул…

94

Нырнув в надстройку «Гераклиса», Виктор прислушался, после чего пробежал на цыпочках по коридору к двери аварийного выхода машинного отделения. Жизнь, в том числе и работника спецслужб, полна случайностей. Заметь вовремя Логинов, что он находится на «Гераклисе», он бы не стал задерживаться на нем и нескольких секунд. Но теперь изменить ничего уже было нельзя.

Нырнув в дверь аварийного выхода, Виктор ступил на трап и начал осторожно спускаться. Оказавшись на верхней площадке обслуживания главного двигателя, он выключил фонарь и замер.

Высадившиеся на судно сотрудники греческих спецслужб старались передвигаться как можно тише. Однако на пустом и безжизненном «Гераклисе» каждый звук словно бы десятикратно усиливался. И Логинов, сидя в темноте, отчетливо слышал, как тут и там наверху вибрируют под ногами трапы и палубы.

Ощущение было такое, что на «Гераклис» высадилось по меньшей мере два десятка людей в черном. Однако Логинов хорошо знал, что у страха глаза велики. Он видел с мостика только пятерых человек. Может, потом на борт поднялась еще парочка, но семь человек для тщательного осмотра такого огромного судна было маловато.

Виктор ненадолго включил фонарь, чтобы не грохнуться в темноте, и осторожно спустился по трапу на машинную палубу. Пока никто не сунулся в машину, ему нужно было как следует спрятаться.

Сперва он хотел было нырнуть под какую-нибудь плиту настила, однако льяльные воды на заброшенном «Гераклисе» подступали слишком близко к палубе, и Виктор от этой идеи отказался.

Вспомнив схему эвакуации, он двинулся в заднюю часть машины, где имелись два входа в котельное отделение. Осмотревшись в нем, Виктор быстро распаковал водонепроницаемый футляр с сигнальными принадлежностями, который прихватил из мотошлюпки «Гераклиса»…

95

Возясь под одеялом с пьезоэлектрической зажигалкой, Фанис Апостолакис взмок до невозможности. Выключив подсветку часов, он высунул голову из-под одеяла, отер пот и отдышался, одновременно прислушиваясь. На яхте все по-прежнему было спокойно. Время давно перевалило за полночь, и Фанис Апостолакис решил, что пора действовать.

Осторожно выскользнув из-под одеяла, он перекинул ногу через штормовую планку, встал с кровати и на цыпочках прокрался к двери. Приложив к ней ухо, Фанис снова прислушался. В коридоре нижней палубы яхты не разносилось ни звука. Еще немного выждав, Фанис Апостолакис провел пальцами по краю двери. Нащупав место, где, по идее, располагался замок, он поднес к нему свою самодельную отмычку и нажал на клавишу.

Характерный треск раздался в тишине, но щелчка замка не послышалось.

– Черт! – едва слышно проговорил Фанис, отирая мокрый лоб.

Если кто-то продолжал бдить в комнате наблюдения, он наверняка услышал этот звук через микрофон и вот-вот мог поднять тревогу. А Фанис по-прежнему торчал перед запертой дверью каюты. Глубоко вздохнув, он слегка отодвинул зажигалку от края к середине двери и снова нажал на клавишу. На этот раз самодельная отмычка сработала, и замок приглушенно щелкнул. Фанис Апостолакис мгновенно распахнул дверь и на цыпочках выскочил в коридор.

За время своего неподвижного выжидания он успел отшлифовать план побега до мелочей, поэтому действовал не наобум, а очень продуманно. Первым делом Фанис быстро, но без хлопка закрыл за собой дверь каюты, после чего метнулся к санузлу. Нырнув в него, Апостолакис бесшумно прикрыл дверь, прислушался и осторожно повернул внутренний запор.

– Ф-фух! – облегченно вздохнул он.

Теперь, даже если его хватились, у Фаниса в запасе было некоторое время. И он бросился к иллюминатору санузла. Топота ног в коридоре по-прежнему не было слышно. Фанис Апостолакис быстро отвинтил резьбовое крепление штормового колпака и поднял его. За стеклом проглянул дальний рейд Пирея – щедро усыпанный огоньками множества стоящих на якоре судов.

Фанис принялся быстро отвинчивать запор самого иллюминатора, продолжая вслушиваться в каждый звук за спиной. Топота ног по-прежнему слышно не было, и Фанис невольно вздохнул. Его бегства явно не заметили. Торопиться теперь было бы глупо.

Апостолакис очень осторожно отвинтил и откинул запор. В отличие от штормового колпака, поднимавшегося вверх, сам иллюминатор открывался в сторону. Фанис потянул его на себя и провернул к стенке санузла.

Сразу выглядывать он не стал, просто подался к проему и замер. Откуда-то издали доносились едва слышные звуки. На самой яхте стояла полная тишина. Наконец Фанис решился и осторожно высунул голову наружу. Посмотрев по бортам и вверх, он не заметил ничего подозрительного. На отражающейся в воде скошенной мачте яхты, в соответствии с правилами, горели стояночные огни, но людей нигде видно не было.

Это, конечно, не означало, что все находящиеся на борту спят. Фанис Апостолакис как-никак был эллином, а это нация мореходов. И любой греческий мальчишка из портового города знает, что на каждом судне есть вахта. Причем вне зависимости от того, идет судно по морю, стоит на якоре или лежит в дрейфе.

По идее вахтенный должен был находиться в рулевой рубке, чтобы видеть с высоты обстановку и слышать рацию, но, поскольку речь не о настоящем судне, а о яхте, он вполне мог околачиваться где угодно, периодически выглядывая на палубу.

Фанис Апостолакис решил пока что вопрос с вахтенным отставить в сторону и принялся оглядывать море. Доплыть до берега в принципе было можно. Но только вода была уже слишком холодной, а потребовалось бы на это Фанису не один и не два часа. Поэтому Фанис Апостолакис и всматривался в ближние к яхте огоньки. Ночь выдалась безлунной, однако близость огромного мегаполиса Афин давала о себе знать. Несколько минут спустя Фанис уже определился, куда он поплывет.

В стороне кормы, примерно на расстоянии полумили, дрейфовало небольшое судно. Скорее всего это были любители ночной рыбной ловли, вроде сержанта Родоканаки из дорожной полиции Афин. Определившись с целью, Фанис Апостолакис снова попытался понять, где находится вахтенный…

96

Осторожные шаги приблизились к левому входу в котельное отделение «Гераклиса» и замерли. Логинов приподнял к узкому водомерному стеклу зеркало и затаил дыхание. Зеркало было из комплекта сигнальных средств мотошлюпки «Гераклиса». Предназначалось оно для подачи сигналов летчикам поисковых самолетов. Логинов сигналов искавшим его следопытам в черном подавать не собирался. Зеркало он использовал для скрытного наблюдения.

Впрочем, оно оказалось практически бесполезным. Вскоре Логинов расслышал шаги и у правого входа в котельное отделение. Потом следопыты в черном синхронно вошли. При этом в зеркале Логинов на миг увидел только едва различимый зеленоватый отблеск инфракрасных очков.

Виктор тут же опустил зеркало и замер. По идее инфракрасные лучи должны были отражаться в зеркале точно так же, как и обычные. Поэтому рисковать не стоило.

Следопыты в черном медленно двинулись навстречу друг другу по котельному отделению. Они не произносили ни слова, явно пользуясь знаками. Логинов, прижавшись спиной к металлической стенке, напряженно вслушивался в каждый звук. В отличие от искавших его сотрудников греческих спецслужб, он в кромешной тьме мог ориентироваться только на слух.

Осмотр машины длился уже около двадцати минут. За это время несколько человек в инфракрасных очках методично прочесали огромное помещение от носа к корме. То, что котельное отделение было одним из последних пунктов программы, было очень хорошо. Чисто физиологически человек не может долго находиться в полной концентрации. Именно поэтому вахта на судах длится не более четырех часов, часовых же на ответственных постах умные командиры меняют вообще каждый час.