Мария глубоко вздохнула, зажмурила глаза и нажала кнопку «Пуск». Когда туман в телефонной будке рассеялся, она тяжело опустилась на пол, закрыла лицо руками и прошептала:
— Боже, что я натворила!
Из этого состояния её вывел радостный возглас Макаровского:
— Работает! Автоматическая система контроля временных версий работает!
Глава 13
1
После перемещения Ольга пришла в себя первой. Она огляделась по сторонам — какой-то тихий зелёный дворик, с одной стороны — ряд деревянных сараев, с другой двухэтажный кирпичный дом. Иван без сознания лежал на траве рядом. Лёха правильно предупредил — временной переход они осуществили голыми.
Иван зашевелился и открыл глаза. Его взгляд скользнул по облезлым сараям, кустам сирени, заброшенному автомобилю «Победа» и остановился на голой груди Ольги, после чего моментально сделался осмысленным. Ольга это заметила:
— Ванька, ты меня слышишь?
— Даже вижу, — подтвердил приятель. — И мне нравится то, что я вижу!
— Хватит прикалываться! — рассердилась Ольга. — Иди найди какую-нибудь одежду.
— Где я тебе её найду?
— Ты мужик или кто?
Иван поднялся с травы и осторожно заглянул за сараи. Там на верёвках сушилось бельё. Стараясь не обжечься об растущую у сараев крапиву, он стал придирчиво рассматривать развешанную одежду.
— Ванька, ты долго там? — из кустов позвала его Ольга.
— Иду уже.
Когда Иван вернулся, на нём уже были полосатые брюки и выцветшая рубашка.
— А мне что-нибудь принёс? — спросила Ольга. Иван протянул ей ситцевое платье.
— Ты что, издеваешься?! — возмутилась Ольга. — К тому же оно ещё не высохло!
— Там ещё была простыня, — сообщил Иван. — Белая. Принести?
— А обувь?
— Извини, распродажа уже закончилась. И давай отсюда двигать, пока местные жители свои вещички на нас не опознали.
Из двора они вышли на улицу.
— Это что за деревня? — озираясь по сторонам, спросила Ольга.
— Я думаю — так выглядел наш город в 1991 году, — предположил Иван.
— А мы точно в 1991-м году?
— Сейчас уточним.
Они подошли к газетному киоску. Иван стал разглядывать газеты.
— «Правда», «Известия», «Труд», «Московская правда»…
— Ты дату посмотри! — перебила его Ольга.
— Четверг, 25 июля 1991 года, — прочитал Иван, и, не дожидаясь ответа, стал читать дальше. — «Нанесён удар по демократии. Давайте защитим её! Подписан Указ Президента РСФСР «О прекращении деятельности организационных структур политических партий и массовых общественных движений в государственных органах, учреждениях и организациях РСФСР». Оль, а что такое «РСФСР»?
— Это наша родина, сынок! — сердито ответила Ольга. — В школе уроки прогуливал?
— Ты что, объяснить нормально не можешь?! — обиделся Иван.
— Что ещё пишут?
— Газета «Известия», — послушно стал читать Иван. — «25 июля в Кремле начал работу очередной Пленум ЦК КПСС. Главный вопрос повестки дня — о проекте Программы КПСС и задачах партийных организаций по его обсуждению. С докладом выступил Генеральный секретарь ЦК КПСС, председатель Комиссии по подготовке проекта Программы КПСС М. С. Горбачев. Прежняя модель социализма, на которую партия ориентировалась, оказалась несостоятельной, сказал он». Слушай, мы прям как в избе-читальне! Давай купим газету и почитаем нормально, а то я тут через стекло ничего не вижу. Газеты стоят копейки. «Московская правда» 10 копеек, «Известия» — 25 копеек.
— У тебя деньги есть? — поинтересовалась Ольга.
— Откуда?!
— Вот и у меня нет. Чего там дальше?
— «На заседании Президиума Верховного Совета Литовской республики утвержден состав делегации, которая отправится в Москву для подписания договора об основах межгосударственных отношений между Литвой и Россией». Так, дальше. «Кабинет Министров СССР 24 июля 1991 года рассмотрел общесоюзный минимальный потребительский бюджет и… отверг его… Выступивший с сообщением министр труда и социальных вопросов СССР В. Паульман назвал расчетную величину минимального потребительского бюджета — 210 рублей, количество включенных в него укрупненных групп товаров и услуг — около 300».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да, это действительно 1991-й год, — пришла к выводу Ольга.
2
Они шли по улице, размышляя над тем, что же делать дальше.
— Я бы пожрал! — высказался Иван.
— Денег нет, — отозвалась Ольга.
— Интересно, сколько сейчас времени?
Следом за приятелем Ольга посмотрела на витрину промтоварного магазина, где был отдел часов, и вдруг воскликнула:
— Какой ужас!
— Мы куда-то опоздали? — не понял Иван.
— Да ты погляди, как мы выглядим! — Ольга показала на своё отражение в витрине.
— Да нормально выглядим, не хуже других, — Иван кивнул на прохожих.
— А вон та парочка? — Ольга кивнула на парня и девушку, идущих навстречу.
— Ничего девочка, — кивнул Иван. — По фирмЕ одета.
В это время встречная девушка, не стесняясь, показала на Ольгу и сказала своему парню:
— Смотри, колхозница какая-то!
— Понаехали тут всякие! — согласился с ней парень.
Они пошли дальше, а Ольга осталась стоять с разинутым ртом.
— Ты чего? — окликнул её Иван.
— Не, ты слышал, что эта овца про меня сказала?
— Я думал, это они между собой чего-то перетирали.
— Нет, она на меня показала! — Ольга никак не могла прийти в себя.
— Сейчас разберёмся! — пообещал Иван и торопливым шагом стал нагонять парочку.
— Эй, пацан!
— Ты меня, что ли? — удивлённо оглянулся парень.
— Тебя, тебя! — Иван подошёл к нему вплотную.
— Послушай, колхозник, ты хоть знаешь, кто мой папа? — свысока спросил парень.
— И кто у нас папа? — поинтересовалась подошедшая следом Ольга.
— Второй секретарь райкома! — гордо заявил парень.
— Круто! — оценил Иван и оглянулся по сторонам. — Пойдём-ка отойдём!
Сын секретаря райкома пожал плечами и шагнул в сторону подворотни.
— Слышь, ты! — Ольга окликнула его девушку. — Тебя тоже касается!
Они зашли во двор какого двухэтажного дома. Сын секретаря нагло ухмыльнулся и спросил:
— И чего дальше?
Иван уже начал замахиваться, чтобы ударить правой, но вдруг опустил руку.
— То-то! — усмехнулся парень. — Знай своё место, колхозник!
Иван ещё раз оглядел его с ног до головы и спокойным голосом произнёс:
— Мне нужна твоя одежда и обувь.
Сын секретаря переглянулся со своей девушкой, они засмеялись, и парень ответил:
— Ты забыл сказать «пожалуйста»!
— Успели уже посмотреть! — кивнул Иван, и резко ударил парня под дых. Парень согнулся и застонал, его девушка закричала:
— Вы не знаете его папу! Теперь вы сядете!
Иван молча схватил парня за волосы и ударил коленом по лицу. Парень отлетел к стене двухэтажки и стал торопливо расстёгивать рубашку.
— А ты чего стоишь? — Ольга ткнула кулаком девушку. — Тоже раздевайся!
Иван с Ольгой надели трофейную одежду и, оглянувшись по сторонам, вышли из двора на улицу.
— Я начинаю не любить коммунистическую партию! — призналась Ольга.
— Ничего штаны! — Иван подтянул джинсы. — А тут у нас что?
Он достал из заднего кармана пачку купюр и пересчитал.
— Восемьсот пятьдесят рублей. Это много или мало?
— По местным меркам это дофига! — ответила Ольга и тоже подтянула джинсы. — Великоваты! Вот толстая корова!
— Где тут у них пожрать можно? — спросил Иван, оглядываясь по сторонам. — Ни одного кафе не видно. Слышь, чувак!
Он остановил какого-то парня в рабочей спецовке.
— Где тут ближайшее кафе?
— Вон там за углом кооперативное, — показал парень.
— А что значит «кооперативное»? — шёпотом спросил Иван. Ольга пожала плечами.
В кафе посетителей не было, хотя приготовлено было вкусно. Поев, Иван по привычке спросил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Сколько с нас?
— 56 рублей, — ответила подошедшая девушка.
— А вы карточки принимаете? — попытался пошутить Иван, но официантка только поглядела на него с недоумением. Когда вышли на улицу, Ольга недовольно сказала:
