Читаем без скачивания Черный трафик - Кирилл Казанцев

Мужик напряженно смотрел на незнакомца в городской одежде и на замызганной «казанке».

– Тихо-тихо, ты че? – предупредительно сказал он, ухватившись за борт. – Че носишься?

– Тебя ищу, мужичок! – признался Антон. – И сети у тебя мокрые вон вижу, и улов в брезентовых мешках прячешь. Небось и в сетках за бортом рыбу тащишь. Или день был не очень удачный?

– Те че надо, ты кто такой, чтобы в лодку мне заглядывать? – неприязненно, но как-то суетливо спросил мужик. – Плывешь, вот и плыви мимо, а мне к берегу надо.

– Могу проводить, а то ты что-то на веслах мучаешься. Хочешь, на буксир возьму? А заодно можно звякнуть, чтобы полиция на берегу ждала. Так, мол, и так, добропорядочный гражданин задержал браконьера, который расхищает природные богатства нашей родины.

– Ты че? – изумился мужик. – Больной, что ли, на голову? Че к берегу-то? Вон, посигналь, вишь, катер Рыбнадзора идет? Вот и сдай меня, раз ты такой общественник! Че не семафоришь?

– Вспомнил, – объяснил Антон, – я же за тобой целый день в бинокль наблюдал и видел, что этот твой Рыбнадзор к тебе за день два раза подплывал. Интересно, зачем? Сети целы, рыбу ты продолжал ловить. А-а, догадался! Они у тебя улов забирали, чтобы толкнуть его по своим каналам. Так? Ты ловишь, они сбывают. А что, все равно по воде катаются, а так – приработок.

Мужик понял, что незнакомец глумится над ним, но никак не мог взять в толк, что этому типу надо.

– Ты че пристал? – стал он горячиться и попробовал оттолкнуть катер Антона веслом. – Есть документ – арестовывай. Нет – катись откуда приплыл.

Антон посмотрел на недовольное и немного все же испуганное лицо мужика. Пора было переходить ко второй части плана.

– А ты не толкайся, не толкайся! – Он попробовал поймать весло мужика, но тот его быстро отдернул. – Не хочешь в Рыбнадзор и полицию, тогда я знаю, к кому ты хочешь. Внедорожник тут по берегу частенько мотается, черный такой, большой. Какой у него номер? Дай вспомню. А, х004хх! Точно! Вот я к этим ребятишкам тебя и отведу. Вот, мол, хлопцы, мимо рта ложка проходит, а вы и не в курсе. Они мне спасибо скажут! А тебе? Что они тебе скажут, рыбак?

– Че ты хочешь? – Мужик побледнел, опустился на лавку и уставился на свои руки с увеличенными и деформированными суставами пальцев. Все же ремесло не проходит даром для здоровья.

– Для начала я хочу понять, почему ты прячешься, но работаешь на этих, – ткнул Антон в сторону реки, – а не на тех.

– Манул жадный, мало платит, – проворчал мужик. – И строго у него. Он там для своих какой-то план устанавливает. Если не уложился в дневную норму, то штраф накладывает. На хрен мне этот геморрой, кабала эта. Я понемногу.

– Понятно. А что сделает Манул, когда о тебе узнает?

– Убьет. Или покалечит. У него такие жлобы в машине ездят, что впору рельсы гнуть. Ты от него, что ль?

– Нет, не от него. Успокойся. А много по реке таких, как ты?

– Да откуда! Эти, что с Рыбнадзора, они ведь тоже рискуют. Их начальство узнает, так не меньше, чем от Манула, получат по шапке.

– Ладно, мужик. – Антон поднялся и схватился за борт покачнувшегося катера. – Давай условимся так: ты меня не видел, я тебя. Я ничего не спрашивал, ты мне ничего не рассказывал.

Мотор взревел, и его катер пошел по кругу, разворачиваясь в сторону чистой воды.

– Так ты че хотел-то? – донесся до него голос мужика.

– Че хотел, че хотел, – усмехнулся сам себе Антон. – Че хотел, я получил. Значит, на Манула я все-таки вышел. И эти все Боцманы, Лузы и Костыли – его бригада. Что-то легко я вышел на него. А с другой стороны, чего ему тут бояться? И кого? А почему не боится? Вот еще вопрос.

Две встречи с Мамаевым ничего Антону не дали. Управляющий рыбным хозяйством был калачом тертым, на словах его не поймать. И чувствовал он себя здесь уверенно, видимо, московская крыша у него было мощная. Антон на что-то особенное и не рассчитывал, просто он по «легенде» обязан был иметь и продолжать контакты с Мамаевым. Продолжать попытки заполучить поставку икры.

А вот Суюнов снова к Антону переменился. Хитер был Артур Робертович, хотя глаза имел очень честные. Когда Антон по телефону назвал ему объемы предполагаемых ежемесячных закупок, он взвился так, как будто сел на иголку. Такие объемы потребуют от него пересмотра плана производства и сбыта, а подобные вещи с лету не решаются. И Артур Робертович пригласил Антона на презентацию нового портвейна, после которой он вручит ему подготовленный «Протокол о намерениях». Вещь важная, но, по мнению Антона, бестолковая, потому что никого ни к чему не обязывает. Но Суюнов настаивал и на самом документе, и на том, чтобы партнеры из Самары его обязательно подписали. Без этого он серьезно решаться на изменения не собирается. Антон с готовностью пообещал, что сей документ в Самаре обязательно подпишут.

В предвкушении приятного вечера он уселся на лавку в тени и немного посидел. Выждав несколько минут и убедившись, что слежки нет, достал телефон и набрал номер Вероники. Он звонил ей на мобильный впервые и с ее разрешения. Номер она ему дала еще в тот вечер, когда они после празднования Дня города напились пива.

Вероника ответила почти сразу. По ее голосу Антон понял, что женщина была звонку рада. Пыталась скрыть, но рада. Такое всегда чувствуется, когда отношения переходят из разряда шутливого ухаживания в спокойные дружеские. Вроде и в любви никто никому не признается, о чувствах не говорит, а звонят, встречаются, проводят вместе вечера. Так вот, по-взрослому.

– У меня есть предложение, – сказал Антон. – Ты сегодня вечером не занята?

– Если предложение хорошее, могу и освободиться.

– А я могу предложить тебе что-то плохое? – сделал вид, что очень удивился, Антон.

– Плохое не можешь, а вот неприемлемое – не знаю.

– Ладно, сдаюсь, в словесных спорах ты непобедима.

– А то! – хмыкнула она. – Так в чем суть? Три дня от тебя ни слуху ни духу, а тут сразу предложение.

Вероника все-таки была обычной женщиной. Удержаться, чтобы не упрекнуть, оказалось выше ее сил.

– Я приглашаю тебя стать моей спутницей на сегодняшней презентации у господина Суюнова. Он выбрасывает в свет какое-то новое чудо.

– О-о! Я и забыла, что ты человек деловой. А какова программа вечера?

– Презентация как таковая, фуршет с дегустацией новых вин, равно как и старых, концертная программа силами какого-то приглашенного из областного центра коллектива.

– Платье для коктейля обязательно?

– Думаю, что форма одежды свободная, – предположил Антон. – Я что-то не заметил за господином Суюновым склонности к светскому образу жизни. Простоват он, как и его гости.

– Как и наше захолустье, – продолжила Вероника.

– Прости, – сразу понял свою ошибку Антон. – Я не это имел в виду. Да и я тоже не из столицы.

– Принимается. У тебя водительское удостоверение есть?

– Есть, – удивился Антон.

– Захвати с собой. Повезешь даму на машине.

Антон подошел к зданию администрации ровно в семь, как они с Вероникой и договаривались. Женщина вышла все в том же деловом костюме, в котором обычно ходила на службу, и была чем-то расстроена. Сюрпризом оказалось то, что она велела Антону садиться за руль своей служебной «Волги». Что ж, глубокая провинция, более свободные правила и порядки. А может, Вероника настолько близка главе, что ей все можно. Близка? А интересно, она не в любовницах его ходит? Хотя тогда бы она так свободно не разгуливала по вечерам с заезжим коммерсантом.

Антон уверенно вел машину в сторону ликеро-водочного завода и искал способ выяснить причины плохого настроения своей спутницы. Он попытался рассказать несколько анекдотов, но Вероника отреагировала на них слабо. Потом стал рассказывать смешные истории из своей армейской службы. По большому счету, это были байки, но в данной ситуации приврать было можно. Женщина с удивлением переспросила его по поводу того, что он был десантником, и снова впала в апатию. К счастью, в этом городе все было близко, и капот машины уже уперся в стену, ограждающую завод.

Винодел если и удивился, увидев Антона под руку с Вероникой, то виду не подал. Не знать Веронику и место ее работы он просто не мог. Наверняка сделал какие-то свои выводы. Вечеринка, несмотря на провинциальность, удалась. Не было тут высоких чиновников из местных, не было даже Мамаева, зато присутствовали человек десять гостей с дамами из Астрахани, которые, видимо, слыли бизнесменами, да еще столько же из местных, которых Антон считал мелкими «чебуречниками» и «шашлычниками». Видимо, он ошибался в объемах реализации этой ходовой продукции и истинных доходов хозяев.

Художественная программа тоже порадовала. Не было никаких поп-групп, а был приятный тенор из областной филармонии, который удивил репертуаром. И был потрясающий мужской армянский дуэт. Портвейн оказался довольно заурядным, это единственное, что несколько омрачило вечер. Вероника почти сразу оказалась в центре внимания, и, кажется, настроение у нее улучшилось. Многие приглашали ее танцевать, но отвечала согласием она редко и неохотно. Наконец, когда на улице совсем стемнело, дама намекнула Антону, что пора бы и откланяться.