Открыла дверь, ожидая увидеть бабушку, Эмили или, не приведи господи, Лилу.
— Привет! — весело сказала Одра.
Я вспомнила, о чем говорят наверху Лекси и Дилан, и замялась, не зная, можно ли вести туда Одру. В комнату, вытирая руки о фартук, вошла мама. Вот интересно — почему она сама не открыла, если в любую минуту могла бросить свою готовку?
Я торопливо представила гостью.
— Оставайся у нас на обед, — с лучезарной улыбкой предложила мама. — Знаешь, когда я уехала отсюда, я больше всего скучала по гостям, которые могут заскочить вот так, без особого приглашения. В Калифорнии всегда сначала звонят друг другу и договариваются.
— Наверное, потому что живут далеко друг от друга — предположила Одра.
— Или потому что у каждого есть мобильник, — буркнула я.
Мама строго поглядела на меня и вернулась в кухню. Нужно срочно придумать, чем занять Одру до обеда. Не хочется морочить голову единственной здешней подруге, но и на повторение «Повести о Взгляде» я сейчас тоже не способна.
— Меня Дилан вызвал, — сообщила Одра. — Они наверху?
— Они? — с ужасом переспросила я.
— Дилан и твоя сестра. Наверху?
Не ожидая ответа, она двинулась вверх по лестнице. Я покорно поплелась следом.
— Гадаешь, что они успели мне рассказать? — явно наслаждаясь моим замешательством, спросила Одра.
— Предположим.
— Всё! — радостно крикнула со второго этажа Лекси.
— Все твои заморочки, — подтвердил и Дилан, выглядывая из комнаты следом за ней.
— Ты разве до сих пор не знаешь, что я хакер? — беззаботно спросила Одра.
Я вытаращилась на нее. Эта общительная, чуть ироничная, неравнодушная к Тейту девчонка никак не совпадала с моим представлением о компьютерном пирате.
— Нет, ты мне об этом ничего не говорила.
— Наверное, просто забыла, — ухмыльнулась Одра.
— Дилан думает, она сможет вскрыть компьютерную базу больницы, — объяснила мне Лекси. — Поэтому мы ей все и рассказали.
Я уставилась на эту троицу.
— И ты им поверила? — недоверчиво спросила я у Одры.
Та только пожала плечами.
— Не то, чтобы я уверена, что Кисслер — преступник, слишком он для этого симпатичный, Дилану просто не понять, но мне всегда по душе интересное дело, а твоя сестра на редкость настойчива.
В душе я пожелала, чтобы у Лекс так и не прорезалось никакого Взгляда. Ее умение ладить с людьми гораздо лучше любого сверхъестественного дара, а мне почему-то кажется, что как только сестра получит Взгляд, она тут же потеряет общительность. Лучше бы оставалась Слепой.
Одра уселась за компьютер, пальцы запорхали по клавишам. Мы с Диланом и Лекси только молча наблюдали. Никто из нас не имел ни малейшего понятия, что она делает. Минуты через три Одра откинулась назад, чрезвычайно довольная собой.
— Готово! Ждем несколько минут, пока загрузится, и получаем доступ к любой инфе, которую они загрузили в систему с тех пор, как несколько лет назад обновили базу.
— А это законно? — насторожилась я.
Одра лишь невинно посмотрела на меня.
— На редкость незаконно, — ответил за нее Дилан.
— Надо же — какой говорун у нас нарисовался! — отметила Одра.
— Я тут ни при чем, это все она. — Я показала на Лекси.
— Давай, давай, вали все на младшую сестренку, — закивала та.
— Так это правда, что у Трейси есть какой-то шаманский наговор, чтобы Тейт ходил за ней, как привязанный? — с живым интересом спросила Одра.
Мы с Диланом хором застонали. Я вкратце повторила ей все, что узнала про Трейси, и тут компьютер радостно запищал.
— Что он говорит? — спросила я.
Одра рассеяно пробежалась пальцами по клавиатуре.
— Говорит, что все хорошо. Итак, что вы хотите найти?
Я посмотрела на Дилана, потом перевела взгляд на Лекси. Оба только плечами пожали.
— Что-то противозаконное? — предположила я.
Одра только молча глядела на меня. Я торопливо предложила новый вариант:
— А у них есть расписание работы волонтеров? Какие-нибудь архивы, чтобы узнать, кто когда работал?
Не прошло и минуты, как Одра вывела на экран нужный файл. Я потрясенно свистнула. Из расписания следовало, что мистер Кисслер последние три года работал в больнице по три дня в неделю, за исключением нескольких отпусков.
— И куда же наш злодей ездил отдыхать? — спросила я. — И чем он помогал больнице, когда только начинал работать?
— Ты выбери что-нибудь одно сначала, — заметил Дилан.
Я смерила его уничтожающим взглядом. Только что разговорился — и уже советы дает!
— Второе, — решила я.
Одра щелкнула мышкой по какой-то из строк.
— Санитар, — громко прочла Лекси.
— Обычные обязанности, — пояснила Одра. — Менял постельное белье, выносил судна, сидел с больными.
— А это что? — Я указала на одну из ссылок на странице.
Одра открыла ее.
— Документы. Список официальных документов, в которых он упомянут.
Она прокрутила страницу вниз и вдруг вытаращила глаза и прошептала:
— Свидетельство о смерти!
— Его же врачи подписывают, — заметила Лекси.
Одра попыталась открыть документ, но компьютер не послушался. Она в раздражении сдула с лица непослушную прядь волос и попробовала снова. Бесполезно.
— Наверное, он просто обнаружил, что кто-то умер, — предположил Дилан.
— Или сам его убил, — возразила я.
Мы посмотрели на Лекси. Она молчала.
Одра постучала еще немножко. Открылась новая страница, однако не та, которую мы искали. Одра в отчаянии запустила руки в волосы и застонала.
— Не пускает! — пожаловалась она. — Боюсь, туда можно зайти только с больничного компьютера. Я бы могла поколдовать с твоим, чтобы система приняла его за свой, но на это может уйти месяц, а то и больше.
— Знаешь, если Кисслер совершил то, что сделало его стертым, несколько лет назад, мы вполне можем подождать несколько месяцев. Теперь уж спешить некуда, — сказала я.
— Нет! — горячо возразила Лекси. — Нам надо торопиться!
Я обняла сестру. Вот кто все и всегда принимает близко к сердцу. Хотя сейчас я ее понимала, мне тоже хотелось разделаться с этой загадкой как можно скорее.
— Кстати, что там за страница выскочила?
— Личные данные пациента, — прочла я. — А вдруг это даже лучше, чем свидетельство о смерти?
— Думаешь, это и есть тот человек, который умер? — спросил Дилан.
— Это больница, — резонно ответила я. — Там все время кто-то умирает.
Мои слова повисли в воздухе, и я вдруг ощутила, как нелепо мы себя ведем. Кисслер целых три года работает в больнице, немудрено, что за это время он стал свидетелем смерти одного из пациентов. Ничего подозрительного.
