сдерживаемой энергии, я бы и побежать была готова, а приходилось сдерживаться на грани терпения.
Но долго ломать комедию я не смогла. Город уже втягивал нас в свою орбиту, кругом шумно и суетно стало. До этого мы спокойно объезжали неспешно двигающиеся в сторону столицы повозки, но у самых ее стен этот поток уплотнился. Будто испытывая мое терпение, мы едва продвигались вперед. И тут пробки... На самом деле мы двигались, но со скоростью пешего, в моем состоянии взвинченном, все равно что стояли на месте.
Когда мы под арочный свод ворот въехали, я так в край сиденья вцепилась, что хрустнуло что-то под пальцами. Капита! Наконец-то!
Я жадно вдыхала воздух прохладный и смотрела вокруг, едва ли не с жадностью. Не изменилась, и изменилось все вокруг. Даже не ожидала, что такие мелочи, как цветы у лавки знакомой, цвет флажков на здании и тому подобные мелочи я так хорошо помнила и поэтому сразу замечала в них изменения. Что уж говорить о более крупных нововведениях. Толпа стала пестрее, вот что вторым пунктом я увидела. В основном за счет нарядов женщин, они более яркие стали и свободные. Даже мне по вкусу некоторые. Мы разминулись с повозкой, в которой ехала явно знатная девица, так вот ее платье и головной убор, очень напомнили мне фасоном то, что я раньше носила, когда фланировала весь город своими ненормальными вкусами в одежде. Ха! Неужели настолько прониклись и переняли? Законодательницей новой моды я себя не мнила, но чуть причастной чувствовала.
Я так увлеклась разглядыванием всего подряд, что даже не обратила внимания, куда меня везут, пока не поняла, что улица, по которой мы едем, мне более чем знакома. Во мне бурлило столько эмоций, что удивляться тому, что остановилась наша кавалькада у дома, в котором я раньше жила, мне уже сил не хватило.
Не сильно он изменился. Только народу что-то слишком много. Фейрин устроил тут базу? Расспрашивать, почему мы сюда приехали, я посчитала лишним. Провожать меня было не нужно, я сама знала дорогу. Выбралась из повозки и вошла в дом. Словно дежавю! Совсем все как раньше. Будто я только вернулась, закончив утренние визиты, переодеться и поработать немного, перед вечерними мероприятиями. Я заглянула в пару комнат - и чувство только усугубилось. Только в малой столовой обнаружилось новшество - большой портрет. Его я долго не рассматривала.
- Ну и пошлость, - фыркнула и закрыла дверь, будто что-то постыдное увидела смутившись. Щеки даже гореть начали. Хотя на портрете я была вполне одета, в красивое бальное платье. Вроде бы даже похожа, но это уж как-то слишком...
В свою спальню на волне смущения я как-то машинально проследовала. Открыла шкаф, одежда на месте... И только после этого я оглянулась. Комната не поменялась совсем. Даже книга, забытая на столике прикроватном лежала так, будто ее только что отложили. Я посмотрела на название, обычный учебник из тех, то тогда я пачками и взахлеб читала, жадно впитывая как можно больше знаний.
Я села на кровать, медленно оглядываясь. Все ясно. Фейрин - маньяк! Как еще этот мавзолей можно было объяснить? С другой стороны... Какое мне до этого дело? Если у него с этим домом настолько теплые воспоминания связаны, пусть играет. Лично мне даже удобней, не надо искать, где полотенца и ванная у меня тут была просто отличная.
Вспомнив о ванной, я тут же рванула туда. Помыться! Лобызать сантехнику не стала, но чувство благодарности к Фейрину точно испытала и самое горячее за последние дни. Пока ванна наполнялась я пошла поискать во что переодеться. Буду ждать ночи чистая, и как следует отдохнувшая. Дел намечено много, лишь бы успеть... Я, наконец, осознала, что действительно добралась конечной точки своего путешествия. Совсем немного осталось, совсем немного...
30 глава
Помлеть в горячей воде мне не дали. Я настолько успокоилась и расслабилась, что почти заснула, привычно уже линии светящиеся в полудреме видя.
- Кто посмел?! - крайне противно, потому как такие визгливые нотки в мужском голосе особенно раздражают, услышала.
Вопль донесся из моей комнаты, а потом источник влетел ко мне в ванную. Пена еще не осела, так что видом моих голых плеч и коленей только и можно было насладиться. Но эстетического удовольствия не получил никто.
- Что это такое?!
Я поморщилась. Вблизи и резонируя о кафель, голос у мужчины еще хуже был.
- Ванная комната, - не представляя, что тут еще он мог увидеть, сообщила я и велела: - Халат подадите?
Но пришлось самой тянуться. Задохнувшись, к счастью, от возмущения, он все же отвернулся. Я села у зеркала и паучка запустила в волосы, сама кремами себя побаловать решила. Все баночки и скляночки на месте, почему бы и нет? Даже флакон духов мой любимых нашелся.
- Прекратите тут все трогать!
- Это еще почему? Это мои вещи, я могу их трогать, когда захочу. Повышать голос прекратите. Раздражает.
- Что значит ваши?! Да вы хоть знаете, чей это дом?!
- Фейрина, - рассеянно ответила я еще и маникюром решив заняться, ногти совсем запустила, смотреть страшно. - Хотя для вас он, наверное, генерал Фейрин.
- Никто сюда не имеет права заходить! И ничего трогать!
- Это что музей? Почему я не могу трогать свои вещи?
- Вы сумасшедшая? Они не ваши!
- Это я купила у... - взяла я баночку ближайшую, но тут же передумала делиться интимными подробностями о своих давнишних приобретениях, и посоветовала вполне мирно: - Хотя, не буду вам объяснять. Спустись вниз в малую столовую для начала. А потом можете поговорить с перевертышами, что меня сюда привезли.
Попыхтев немного, мужчина ушел. Что за истерик новый управляющий? И где его Фейрин откопал? Не Ада, уж точно.
Больше меня никто не беспокоил. Видимо сверив портрет и удостоверившись, что я это я, управляющий поверил, и признал мои права.
Я, наверное, слишком перенервничала и почувствовала сонливость. Проспала и весьма хорошо пару часов. Потом поела, породила по дому. Никто не
