По спине Фиби пробежал холодок. Компания «Рудники Кью» и впрямь этим летом свернула работы на острове Мей. Она вспомнила, как прочла заметку об этом в «Дейли Курант». Теперь девушка знала о причинах этого. Правда, ее отец никогда не упоминал ни о какой аварии. Он просто обратил все свое внимание на другие принадлежавшие ему фирмы: «Пароходы Кью» и «Железные дороги Кью». Он закрывал и открывал компании вновь с быстротой модницы, меняющей наряды и перчатки.
По мнению Фиби, отец исходил из того, что на свете нет ничего постоянного. Он мечтал об аристократической жизни, но хотел купить ее на быстро заработанные деньги. Неужели он не понимал, что солидные семейства обязаны своим богатством только честному и основательному бизнесу?…
Девушка и понятия не имела о том, когда вновь увидит отца и что скажет ему после всего того, что случилось. Она даже представить себе не могла, как поведет себя папа, увидев это мертвое место, где его предприятие нанесло земле незаживающую рану и погубило восемь жизней.
Она посмотрела на все еще цветущие розы. Их было восемь, каждая в честь одного из погибших.
– Расскажите мне об аварии, – тихо попросила Фиби.
– Пятнадцать человек принялись за работу. Их подстегивали обещания больших заработков, премий и процентов от прибыли. Однако никакой прибыли не получилось. Восемь человек погибли во время взрыва. Среди погибших был и Кристиан… ему было четырнадцать.
«Кристиан, – подумала девушка, – французское имя. Имя, подходящее для древних королей». Ей стало дурно.
– Мистер Хосмен… Алекс… – прошептала она. – Мне очень жаль, что ваш сын погиб…
– Да, он действительно был моим сыном, но, к сожалению, приемным. Кристиан – старший сын моего брата Гилберта, который тоже погиб здесь. Я воспитывал мальчика с пяти лет.
Фиби поняла, что ее непреодолимо влечет к этому мужчине. Ей так хотелось пробиться сквозь стальную броню, сковавшую его сердце. Прежде девушка обвиняла Алекса в бессердечии, но теперь вспоминала моменты, опровергающие это. Честно говоря, она поняла это еще тогда, когда вместо того, чтобы убить ее отца, Хосмен бросился ей на помощь, оттолкнув от падающих балок…
– А как получилось, что мальчик стал вашим сыном?
– Мой старший брат очень рано стал отцом огромного семейства. Им просто не на что было существовать. И я взял Кристиана к себе.
– Сколько же вам было лет?
– Девятнадцать… Иного выхода не было, иначе мальчик мог серьезно заболеть. Он и так был слишком слаб.
– А где сейчас его мать? Она на острове?
– Нет. Она осталась в Нью-Касло с шестью детьми, а Гилберт приехал сюда заработать денег.
Наступила тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом травы и редким щебетом птиц. Девушке хотелось плакать от жалости. На лице Алекса были написаны все чувства, которые он испытывал в эти минуты. Фиби не могла полностью осознать его потерю, но чувствовала всю боль его души своим сердцем, в котором хранились осколки воспоминаний о собственной матери.
– Вы говорите, что мальчику было всего четырнадцать лет. В таком возрасте легкие деньги кружат голову, – первой прервала паузу девушка, прекрасно понимая, что слова ее не смогут послужить утешением. – Думаю, вы просто бы не смогли остановить его. Некоторые готовы отдать все, чтобы использовать подвернувшийся шанс…
Отец Фиби почти никогда не упоминал о своем прошлом, но она знала, что, будучи подростком, он уже сам зарабатывал себе на хлеб. Как-то раз в разговоре с ней отец заметил, что уже в шесть лет продавал яблоки и газеты на улице.
– Мне очень жаль, что мальчика заманила на шахту именно компания моего отца.
– Кристиан думал, что все это что-то вроде забавного приключения, – с горечью произнес Алекс. – Помощник Кью лично поговорил с ним, сказал, что тот будет работать наверху… качать меха для подачи в шахту свежего воздуха… Для парня это звучало, словно праздник, особенно после того, как он всю весну проторчал на берегу, промышляя рыбной ловлей. Им не удалось добыть даже унции меди, – продолжил он. – Поставленный Кью инженер даже не позаботился о том, чтобы укрепить ствол шахты.
Алекс остановился у края провала, с тоской глядя в черную бездну.
– В тот день я работал в фактории, но взрыв все равно слышал. Все, кто был на острове, поняли, что произошло, и побежали сюда… Говорят, Кристиан погиб первым, потому что был наверху… Его рубашка болталась на ветвях дерева…
Фиби слушала рассказ Хосмена, не замечая слез, катившихся по ее щекам.
– Просто не знаю, что и сказать вам. Она даже и подумать не могла, что станет сочувствовать этому суровому человеку. Сердце, казалось, вот-вот разорвется от сострадания, которое девушка испытывала в эту минуту.
– Вы прошли через ад, и я не знаю, как помочь вам.
– А я и не жду от вас никакой помощи.
– То, что вы держите меня в заложницах, тоже не поможет вам…
Алекс проигнорировал ее замечание.
– Ваш отец свернул бизнес компании «Рудники Кью». Его адвокаты так уладили дело, что никто не взял на себя ответственность за случившееся. Никаких компенсаций не было выплачено. Погибшие были похоронены наскоро, а их жены и дети отныне должны заботиться о себе сами.
– И именно поэтому вы хотели убить моего отца? Именно поэтому?
Молодой человек смерил девушку таким взглядом, что ей захотелось куда-нибудь спрятаться.
– Выкуп за тебя, скорее всего, его обанкротит.
Ветер высушил слезы на щеках Фиби.
– Вы совсем не понимаете моего отца, – сказала она, и девушке пришло в голову, что она точно так же не понимает своего родителя. Создавалось впечатление, будто они говорят о ком-то постороннем. Фиби думала об отце, как о красивом мужчине, угождавшем любой ее прихоти. Она видела его честолюбивым человеком, упорно взбирающимся вверх по общественной лестнице, хотевшим, чтобы весь мир лежал у ног его дочери, и готовым ради этого на все. После того, что девушка узнала о мистере Филиппе Кью, отец казался ей совершенно незнакомой личностью. Да, девушка имела представление о его честолюбии, но неужели отец был способен лгать и хитрить ради того, чтобы первым открыть здесь шахту?
– А вы понимаете его? – спросил Алекс.
Хосмен.
– Достаточно… для того, чтобы заявить, что вы его никогда не обанкротите, – вспыхнула Фиби. – Его бизнес слишком обширен. Я даже не берусь перечислить все принадлежащие папе фирмы. Кроме того, даже если вы и отберете у него последний цент, отец найдет возможность вновь сделать состояние. Такой уж он человек… Непотопляемый… – Она произнесла это без видимой гордости. – Папа достаточно богат для того, чтобы заплатить компенсации всем пострадавшим от аварии. В том числе и лично вам…
