точно увязла в milieu по самые уши.
— В чём? — нахмурившись переспросила Клер.
Ферос не хотел пускаться в объяснения и просто ответил:
— Как только люди мэтра увидят тебя, они тебя убьют.
— Почему Вы помогаете мне?
Этот вопрос больно резанул Фероса. Она и правда не узнала его. Он помнил её все эти десять лет, а она не узнала его, даже когда его подсунули ей под нос и повертели из стороны в сторону. Она не вспомнила того, в чьей постели провела несколько недель. Видимо, он произвёл просто неизгладимое впечатление.
Ферос отвернулся, не желая показывать, как его задели эти слова. Он и сам не знал, почему он ей помогает. Тогда, давно, когда он отчаялся найти Клер, в его душе вскипела обида. Обида пополам с яростью.
Ему хотелось найти Клер и убить её собственными руками за то, что она так жестоко обошлась с ним. Годы он лелеял эту мечту, взращивал её в себе. Он распалял эту ненависть и думал, что она давно перевесила его любовь. Ничуть не бывало, и из-за этого Ферос чувствовал себя слабым.
— Почему Вы молчите? — настояла Клер.
— Куда мы едем? — сменил тему Ферос.
Клер недовольно поджала губы, но всё-таки ответила:
— Здесь, в Подмосковье, есть небольшой парк с деревянными домами, которые можно арендовать. Они находятся в лесу. Нас там вряд ли станут искать. Да и подъехать незамеченными туда просто невозможно.
Ферос кивнул, не поворачивая головы. Она не стала дальше его расспрашивать, и Ферос был ей за это даже благодарен. Он не был уверен, что сможет выдержать допрос сейчас. Хлестать её яростью было бы гораздо проще, чем объяснить свой порыв, а она точно спросит. Это бы слишком обнажило его душу.
— Как Вы? — спросила вдруг Клер.
— Что?
— Как Вы себя чувствуете? Я всё ещё настаиваю, что Вам нужно показаться врачу, — сказала Клер, но уже не так уверенно.
Ферос нахмурился. Его никто и никогда не спрашивал о самочувствии. Никто и никогда. Он был лишь оружием, лишённым чувств. Но её забота… Ему хотелось, чтобы Клер заботилась о нём. Одна проблема — её такую сложнее было ненавидеть. Гораздо проще было, когда Клэр была грязной предательницей.
— Я зажал рану. Кровь почти остановилась, — буркнул Ферос.
Клер вздохнула, всем своим видом выражая несогласие, но промолчала. Она вскоре свернула с окружной, и вправду вокруг дороги скоро вырос густой хвойный лес. Закатное солнце давно коснулось горизонта, а под кронами деревьев стало совсем темно. Ферос уставился за окно и считал ёлки, только бы не поворачиваться к Клер лицом.
Лес в этой стране был другим, тёмным, неприветливым. По обочинам вместо привычных дубов, буков и остролистов росли мохнатые ели и сосны. Феросу казалось, что он попал в декорации к фильму ужасов, и скоро между стволами замелькают фосфоресцирующие глаза и послышится призывный волчий вой.
Ферос посмотрел на Клэр в отражении, она вела машину уверенно, не оглядываясь по сторонам. Что за люди могут свободно дышать в такой чаще? Только сумасшедшие русские!
Через каких-то полтора часа Клер свернула с трассы на однополосную дорогу, уходящую в хвойный тоннель. Вскоре они оказались у небольшого домика. Клер, попросив Фероса не выходить из машины, чтобы не пугать местную фауну кровавыми ранами, выбралась из-за руля и исчезла в избушке. Как только она открыла дверь, в салон ворвался густой непривычный хвойный запах.
Она вернулась почти сразу же, сообщила Феросу, что арендовала какую-то хибару, и снова завела мотор. Клер вывела машину на грунтовую дорогу и углубилась в лес ещё дальше. Машину подбрасывало на ухабах так сильно, что Ферос невольно шипел сквозь зубы. Он почувствовал, что на его лбу выступил пот. Похоже, рана открылась снова. Клер бросала на него извиняющиеся взгляды, пыталась ехать аккуратнее, но молчала.
Через десять минут сущей пытки свет фар наконец выхватил фасад какой-то избушки. Клер была права — подъехать к этому домику незаметно и быстро будет невозможно. Избушка со всех сторон была окружена густым ельником, единственную дорогу к нему они только что перегородили. Фероса это вполне устраивало.
Клер уже отперла замок и с усилием пихнула плечом чуть разбухшую деревянную дверь, когда Ферос приблизился к крыльцу. Двигаться ему было больно, и он делал вид, что просто никуда не торопится. Вслед за Клер он вошёл под крышу дома и застыл в крохотной комнатке, отделявшей вход от других помещений. За ними закрылась дверь, и Ферос остро ощутил, что они в избушке остались наедине.
— Покажите мне, что с Вами! — тут же непререкаемым тоном потребовала Клер.
Она развернулась к нему лицом и уперла руки в бока, решительно демонстрируя намерение не позволить ему сойти с места, пока она его не осмотрит. Ферос посмотрел на Клер с высоты собственного роста. Она была забавной, как сердитый хомяк — хмурое выражение на её личике не делало её более угрожающей. Ферос хмыкнул, но не стал спорить.
Клер, увидев его капитуляцию, сняла обувь и прошла в дом, то и дело оглядываясь на Фероса. Он последовал за ней, скинул пальто и одним движением сбросил с себя футболку. Чёрт! Отдирать присохшую к ранам ткань было неприятно.
Когда Ферос едва слышно зашипел сквозь зубы, Клер вскинула на него обеспокоенный взгляд. Ферос с удовлетворением заметил, что Клер окинула взглядом его обнажившийся торс и заметно покраснела.
К её чести, она довольно быстро справилась с собой и подошла поближе, сосредоточившись только на ранах. Клер потянула его к столу и заставила усесться на деревянную скамью. С решительным видом она подтащила поближе настольную лампу. Ферос на секунду оторвался от лица Клер и взглянул на себя. Рана на боку почти не беспокоила Фероса. Та, что на груди, была немножко хуже, но и она не представляла никакой опасности. Он бы вообще не стал их трогать.
— Надо обработать это, — пробормотала Клер себе под нос.
Она взяла одну из двух сумок, которые прихватила с собой. Ферос с удивлением увидел, что это была аптечка. Неплохое качество — хватать с собой аптечку, когда куда-то улепётываешь. Большинство обычных людей просто теряется.
Клер достала из сумки какие-то бутылочки и скляночки и начала с сомнением их рассматривать. Когда она застряла над лекарствами слишком надолго, Ферос с любопытством спросил:
— Что не так?
— Я… — Клер покраснела ещё сильнее. — Я по ошибке схватила аптечку, с помощью которой лечила свою кошку,
