Между 1945 и 1950 гг. 420 тысяч человек в Европе стали получателями помощи «Джойнта». Посылочная программа для евреев Восточной Европы, включая СССР, существовавшая сорок лет, с 1951 г. имела кодовое название «Транзитная помощь»: ведь «Джойнт» рассматривал всех евреев Восточной Европы как перемещенных лиц, исходя из того, что они якобы только вынужденно и временно находятся в странах своего проживания, но уехали бы в Эрец-Израэль, если бы только могли. Всего в 1945–1952 гг. «Джойнт» истратил 342 млн долларов на нужды евреев-жертв Шоа. Эта помощь включала репатриацию польских и румынских евреев из СССР, устройство их на новых местах, а также дальнейшую эмиграцию. С конца войны до 1948 г. «Джойнт» сам отправлял посылки религиозным общинам и частным лицам в СССР. Потом он делал то же самое, но в обстановке полной секретности, через посредников, чтобы не ставить под удар получателей помощи.
В 1963 г. в СССР ежемесячно отсылалось по 1000 посылок — вещевых (верхняя одежда и обувь) и содержащих предметы еврейского религиозного культа. Посылки получали семьи «узников Сиона», «отказники» и активисты борьбы за эмиграцию, еврейские религиозные деятели, нуждающиеся семьи. Со временем «Джойнт» довел объемы «Транзитной помощи» до 84 тысяч посылок в год.
После того, как в конце 1952 г. в Израиле была создана секретная организация «Натив» (легальное название Лишкат ха-кешер — Бюро по связям) для связи с восточноевропейскими евреями и подготовки их к алие, ее возглавил уже знакомый нам главарь «Моссад ле-Алия Бет», один из основателей израильской разведки Шауль Авигур — Мееров. «Натив» занимался нелегальной, по сути дела разведывательной работой. Формально он считался отделением израильского МИДа, но фактически подчинялся напрямую премьер-министру. Именно служба Авигура руководила сионистским подпольем в Советском Союзе, поставляя туда с помощью «Джойнта» различными путями сионистскую литературу, а также паспорта для будущих иммигрантов (см. об Авигуре КЕЭ, том 1+Доп.2, кол. 16–17+4). С этой службой был связан и получивший за это в СССР срок Н. Щаранский, ныне один из израильских лидеров (см. его мемуары «Не убоюсь зла». Век, Олимп, 1991).
Мне довелось присутствовать на процессе Щаранского в июле 1978 г. Главным обвинением было то, что Щаранский собрал и передал на Запад списки 1300 лиц, которым было отказано в выезде из СССР под предлогом сохранения государственной тайны. На суде прокурор заявил, что эти списки содержали материалы о лицах, располагавших военными и иными секретами, и информацию о дислокации, ведомственной принадлежности и режиме секретности двухсот предприятий в разных городах Советского Союза. Щаранский, по словам обвинителя, делал все это по заданию иностранных разведывательных служб и передал эти списки «агенту американской военной разведки» Роберту Тоту, работавшему в Москве «под видом журналиста». Щаранского обвиняли и в том, что он привез в одну из деревень во Владимирской области, жители которой исповедуют иудаизм, но Тору читают по-русски, израильские паспорта, и склонял их к эмиграции. Шума вокруг этого протеста было много. К зданию суда приходил в окружении московских диссидентов академик Сахаров, у которого до ареста работал секретарем Щаранский. Охрана в зал суда их не пустила, завязалась потасовка. Все это снимали на пленку иностранные журналисты. В целом процесс поставлен был неудачно. Косноязычный прокурор все время путался в названиях сионистских организаций. Вызывал каких-то свидетелей совершенно не по делу. А Щаранский, надо признать, вел себя мужественно, отказался от адвоката и защищал себя самостоятельно, оспаривая все обвинения. И достаточно убедительно. В итоге коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР его все равно осудила на 13 лет лишения свободы. Отсидел он более восьми лет. В 1986 г. после многочисленных протестов по всему миру его обменяли на целую компанию разведчиков из СССР, Чехословакии, Польши и ГДР. Иначе сидел бы он во Владимирском централе вплоть до развала СССР. Понятно, в Израиле и в США встречали его на высшем уровне, как героя. В Израиле он даже создал собственную партию «Сионистский форум» и возглавлял ее до 1996 г. Осенью 2000 г. он посетил Москву для участия в открытии Московского еврейского общинного центра. В 2009 г. премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху выбрал Щаранского, как следующего председателя Еврейского агентства (Jerusalem Post, 19.04.2009). И в этом качестве он вновь побывал в Москве в 2009 г. Времена, как говорили древние, меняются, и мы меняемся вместе с ними.
Но вернемся к «Джойнту». На одном из израильских правительственных сайтов в октябре 2010 г. была опубликована посвященная ему статья Максима Бельского. Бельский рассказал о «многолетнем сотрудничестве “Натива” с “Джойнтом”, в частности об их совместной программе “Транзитная помощь”, согласно которой евреям в соцстранах оказывалась “помощь посылками, денежными переводами, предметами религиозного культа, а также материалами по еврейской истории и иудаизму”». «На евреев за “железным занавесом” и “Натив” и “Джойнт” продолжали смотреть как на беженцев или перемещенных лиц, которые не эмигрируют лишь потому, что “граница на замке”, — пишет М. Бельский. — “Джойнт” обеспечивал финансовую поддержку посылочной программы. Значительные средства на это “Джойнт” получал от “Клэймс Конференс” (The Conference on Jewish Material Claims against Germany), т. е. деньги еврейских репараций с Германии. Только с 1954 по 1964 г. “Клэймс Конференс” перевела “Джойнту” 44 млн долларов на эту программу. В годы, когда “Клэймс Конференс” не могла обеспечить достаточное количество средств, основное бремя ложилось на Объединенный еврейский призыв (The United Jewish Appeal) — “крышевую "(обратите внимание на термин, используемый Бельским. — В.Б.) фандрейзинговую организацию американских евреев, которая передавала “Джойнту” часть собранных ею средств. Поскольку статус “Джойнта” не позволял ему напрямую финансировать израильское правительственное учреждения, деньги переводились в специально созданное в 1953 г. в Женеве Общество помощи и спасения (Societe de Secours et d’Entr’aide), у которого позднее образовался израильский филиал — Общество содействия нуждающимся евреям в диаспоре “Азриэль”. С израильской стороны непосредственно с программой более всего были связаны Шайке Дан и Мотке Янай, со стороны “Джойнта” — ключевой фигурой, до своей гибели был Чарльз Джордан, руководитель Европейского отделения “Джойнта” в Париже, который был убит в Чехословакии в 1967 г. при невыясненных обстоятельствах».
«Госдепартамент США, — отмечает М. Бельский, — был, по-видимому, не против поддержки преследуемых за “железным занавесом” меньшинств; это делали и украинцы, и немцы, и баптисты, и это укладывалось в концепцию холодной войны». Поэтому «Джойнт» получал всестороннюю помощь в этом деле со стороны американских властей и спецслужб.
Бельский так описывает характер деятельности израильских спецслужб на этом направлении: «Люди “Натива”, работая под дипломатическим прикрытием в израильских посольствах Москвы, Будапешта, Бухареста, Варшавы, входили в контакты с евреями и собирали адреса нуждающихся в помощи. “Натив” вел Генеральную картотеку и осуществлял текущую административную работу по составлению списков на получение посылок, закупке товаров, организации отправки посылок и контролю их доставки. Посылки посылались через рассылочные фирмы, имевшие соответствующие лицензии Внешпосылторга. Часть посылок, финансируемых “Джойнтом”, отправляли Движение Любавичских хасидов “Хабад”, Объединение балтийских евреев в Великобритании и Всемирная Федерация евреев венгерского происхождения (Лондон). Маца, кошерное вино, этроги — нередко отправлялись от имени Главного раввината Израиля. Программа проводилась в обстановке секретности и потому, что предполагалось, что советские евреи могут пострадать, если будут открыто получать помощь от зарубежных организаций. Поэтому миллионные расходы в годовых отчетах “Джойнта” упоминались одной туманной строкой: “Расходы на географически не определенную транзитную помощь”. “Натив” же вообще предпочитал держаться в тени».
Программа «Транзитная помощь» предназначалась для евреев всего социалистического лагеря. При этом доля средств, выделяемых на советских евреев, составлявших около 87 % всех евреев Восточной Европы (по переписи 1959 г.), долгое время оставалась небольшой — 2,4 % в 1955 г., 14 % в 1961 г. В 1955 г. только 184 посылки были отправлены в СССР, в 1962 — 12 200 посылок. После восстания в Венгрии (1956) активизировался сбор фамилий, адресов и фотографий советских евреев, а также евреев из других стран Варшавского договора. В «Нативе» и «Джойнте» их скопом зачислили в потенциальные эмигранты, и, значит, в число граждан Израиля. На этом «основании», как показал процесс Н. Щаранского в Москве, выписывались израильские паспорта, которые доставлялись через посольства Израиля в СССР и других соцстранах. Эта работа шла повсеместно, как свидетельствует Бельский. «Объединение балтийских евреев собирало свои списки, которыми оно делилось с “Джойнтом”. Люди “Натива” в Москве собирали свою долю, офисы “Джойнта” в Нью-Йорке, Париже и Женеве — свою. К 1963 г. в Главной картотеке было уже более 27 тыс. адресов советских евреев! (Выделено мной. — В.Б.)».
