— Ты бы предпочла провести выходные за стиркой? — Он вертит головой туда-сюда между нами. — Даллас, она ведь несерьезно?
— Я не говорила, что не хочу идти на игру! Я сказала, что обычно провожу свои выходные за работой или стиркой — это не преступление!
— В этом доме — да, — бормочу я, копаясь в яичнице на своей тарелке в поисках кусочка мяса.
Она поворачивается на своем стуле, чтобы посмотреть прямо на меня.
— Ты хочешь, чтобы я пришла на твою игру?
Я пожимаю плечами.
— Это не повредит, если, знаешь, тебя там увидят. Я могу сообщить Элиасу, и он сможет, типа… организовать твое появление в кадре.
— Появление в кадре? — Кусочки головоломки не встают на место. — Что это значит?
— Камеры. Для телевидения. Игры показывают по телевидению…
Ее рука поднимается, чтобы прервать меня.
— Я знаю, что их показывают по телевидению, но почему я должна там появиться?
— Потому что, — вклинивается Дрю, чтобы объяснить, — когда известный игрок встречается с кем-то, СМИ любят делать из нее душку, если, конечно, она не ярая стерва, как невеста Бена Дэвенпорта Старла. Она уже спускает его деньги на дизайнерские сумки и туфли и выпендривается для фотографов, а его еще даже не задрафтовали. Бедный ублюдок.
Бен Дэвенпорт играет за другой университет «Большой десятки», и его, без сомнения, задрафтуют досрочно, как и меня. Он также помолвлен с бывшей чирлидершей, которая поставила перед собой цель стать звездой социальных сетей, пользуясь успехом и будущей славой Бена.
Мой брат прав — он бедный ублюдок.
— Как камеры вообще узнают, где меня искать?
— Его агент достанет тебе места, и сделает звонок. Так они узнают.
— Звонок кому?
— Сильным мира сего, — говорит ей Дрю.
— Хорошо, но кто эти сильные мира сего?
Он машет рукой вокруг.
— Ну, знаешь — медиа. Аппаратная. Они всегда знают, кто есть кто на стадионе.
Райан качает головой.
— Но я не знаменитость.
Дрейк смеется.
— Нет, но будешь.
— Я просто хочу сидеть в студенческой секции, — заявляет она. — Со всеми остальными.
— А, так ты все-таки хочешь прийти на игру! — Дрейк ухмыляется, довольный тем, что вписал игру в ее расписание.
— Нет, но если приду, то хочу быть безымянной и безликой. — Нога Райан ударяется о мою под столом.
— Но это противоречит цели, — снова бормочу я. — Смысл этого соглашения в том, чтобы все знали, что я встречаюсь с хорошей девушкой.
Факт от меня.
— Но ты никогда не упоминал, что это значит.
Факт от Райан.
— Могу я подумать об этом? — спрашивает она.
Я киваю.
— Да.
Глава 21
Райан
«Встречаться с ним было бессмысленно. С таким же успехом мы могли бы просто остаться незнакомцами».
— Райан Уинтерс
И вот так я оказалась на трибунах футбольного матча в Висконсине в одолженной толстовке, одолженных красных варежках и недавно купленной белой вязаной шапке.
У меня есть командный дух — да, есть. А как насчет тебя?
Нет.
Винни, Сэв и я нашли свои места с помощью консьержа стадиона — человека, о существовании которого я даже не подозревала, — после похода в торговую палатку и туалеты. Очередь в женские туалеты была длиной в милю.
— Это просто смешно, — жаловалась Винни, когда мы стояли в ожидании. — Я пойду в мужской туалет — там никогда нет очереди.
Сэв схватила ее за руку.
— Это запрещено.
Винни вскинула руки вверх.
— Они должны переделать мужской туалет в еще один женский и добавить крошечный мужской туалет. Там никогда нет очереди. — Она надулась.
Подруга права.
— Хочешь начос? — Она держит пластик, наполненный тортильей в морозном воздухе.
— Нет, спасибо. Сыр уже застыл.
Она копает чипсом в центре осадка.
— В этом вся прелесть начос.
— Я нахожу красоту во многих вещах, но точно не в стадионных начос.
— Твое упущение.
Точно нет.
Сэв, наша подруга с первого курса, которая время от времени подменяет нас в закусочной, была более чем счастлива пойти с нами, поскольку билеты, которые мы получили, были горячим товаром в кампусе.
— Как, черт возьми, ты получила места на пятидесятиярдовой линии, так близко к месту действия?
Винни отвечает за меня, жуя.
— Она лучшая подруга Далласа Колтера.
— Ты серьезно?
Я пожимаю плечами.
— Наверное, да.
— Подожди, и почему я только что об этом узнала? Ты от меня это скрывала?
Да и нет.
В основном — да.
— У нас совместное занятие, и он начал сидеть рядом со мной. — Что немного раздражает, так как он никогда не замолкает. — Он едва помещается за столом.
— По какому предмету занятие? — спрашивает Сэв.
— Деловое общение.
Она скривила лицо.
— Фу, у меня это только в следующем семестре! Если бы я знала, что он там учится, я бы перешла.
Я хочу закатить глаза, но воздерживаюсь.
— Ты бы перевелась, чтобы иметь возможность пялиться на затылок Далласа Колтера?
— Пялиться на его затылок, вести светскую беседу, пытаться заставить его пригласить меня на свидание.
Пригласить ее на свидание?
Господи, только не говорите мне, что она одна из тех девушек, которые бегают за парнями, основываясь на их статусе. Сэв? Она кажется такой… такой… приземленной. И… порядочной. И вот она говорит о том, как заставить Далласа пригласить ее на свидание, когда я привела ее на игру за его счет!
«Она думает, что вы просто друзья…»
Ну, после сегодняшнего вечера, когда меня будут крутить по всем чертовым спортивным каналам, и Бог знает где еще, она поймет, что мы не просто друзья. Она поймет, что все по-настоящему.
Настоящая фальшивка.
Мне приходится прикусить язык, глядя вниз на поле, вооружившись биноклем, который папа сказал мне взять с собой. Он так завидовал, когда я ему сказала; поскольку я не очень люблю спорт, мы никогда не ходили на игры, когда он приезжал в гости. Когда узнал, что я проведу день на игре (после того, как мне пришлось поменяться сменами с другим сервером на работе), он сказал мне взять с собой бинокль.
Я подношу его к глазам и перемещаюсь взглядом по боковой линии, выискивая четырнадцатый номер.
И сразу же замечаю Далласа — он перебрасывается мячом с каким-то парнем не в форме. Через некоторое время кто-то подходит и брызгает ему в рот водой, затем берет мяч из его рук. Другой парень подходит с планшетом; на этом парне надета гарнитура, он держит рупор, и я понятия не имею, что происходит.
На стадионе шумно и наэлектризовано, громче и волнительнее, чем я могла себе представить, как человек, который никогда не представлял, что будет здесь смотреть, как мужчины в обтягивающих штанах бегают по полю, бросая кожаный мяч друг другу, но вот мы здесь.
Я не знаю правил.
Не знаю, как проходит игра.
Понятия не имею, что такое позиции и в чем заключается их работа, но к третьей четверти я прыгаю вверх-вниз и кричу вместе с остальной толпой, когда наши парни в красном ловят мяч в конце поля возле стойки ворот.
Все теряют рассудок.
Я задыхаюсь.
— Вот дерьмо! Это был Даллас?
Винни шлепает меня по руке, потрясенная моей невнимательностью.
— Ну конечно Даллас — разве ты не обращала внимания на своего мужчину?
Своего мужчину.
Я краснею, испытывая искушение сказать ей, что он не мой, но также помня о своем обещании не говорить об этом ни единой душе. В любом случае, пока нет. Может быть, никогда.
— Я была внимательна, клянусь! Но все произошло так быстро. Я только на секунду оторвала взгляд от поля.
Серьезно, кто может сосредоточиться при всей этой суматохе? Играет марширующий оркестр, болельщики кричат, люди одеты в костюмы или разрисованы. Пьяные, трезвые. Это настоящее море красного цвета, и я тону в нем, решив не отставать от всех.
