Читаем без скачивания Пуля из дамасской стали - Сергей Зверев

Разъяренный бритоголовый тип выскочил на улицу.

– Что здесь происходит? – брызжа слюной, заорал он на своих подручных.

– Это, наверное, тот чертов мальчишка! – сообразил верзила с ножом. – Когда же он успел смыться?

– Идиоты! А вы быстро садитесь! Монашки тоже в кузов. Стоп! А все ли на месте? Здесь есть девчонка по имени Дана? Я спрашиваю, Дана здесь есть?

– Нет, она куда-то подевалась, – пролепетала сестра Марьям, выглянув из-под тента.

Бритоголовый тип выкрикнул что-то нечленораздельное, затопал ногами, навел на монахиню пистолет и злобно пролаял:

– Если через пять минут ты не приведешь ее сюда, то я прострелю твою башку! Быстро иди и не забывай, что я тебе сказал!

– Да, конечно!.. – дрожа от страха, закивала та, на подгибающихся ногах спускаясь из машины.

В этот момент в отдалении помимо гула набата послышались чьи-то голоса. К детдому спешили люди.

– Что здесь происходит?! – кричала какая-то женщина в черном платье и белом платке, остановившаяся в некотором отдалении от бандитов.

Следом за ней подбежали еще несколько местных жительниц. Чуть поодаль степенно шествовали трое стариков.

– Чего вам надо от детей? Вы зачем сюда приехали?! – требовательно кричали женщины.

Бандиты нервно озирались по сторонам. Они понимали, что если им придется открывать огонь, пусть даже над головами людей, то это в недалекой перспективе может грозить более чем серьезными последствиями. Чтобы откупиться от общественного мнения, большие боссы принесут в жертву именно их.

Тем временем сестра Марьям бегала по территории и жалобно ныла:

– Дана! Девочка моя! Пожалей меня! Выйди ко мне, умоляю тебя!..

– Да здесь я! – Дана вышла из беседки, где, судя по всему, пряталась под лавкой.

– Вот и замечательно! – Бритоголовый тип улыбнулся и мотнул пистолетом в сторону машины. – На посадку! Эй, Абдулазиз, запускай мотор. Ну, кажется, все…

Поигрывая пистолетом, он с самодовольной улыбочкой направился к спецназовцам, которых взяли на прицел два его автоматчика.

– Сейчас птенчиков увезут, и я займусь вами, – зловеще пообещал он и недовольно крикнул шоферу: – Абдулазиз, ты чего там копаешься?

– Мистер Хэнкс, она не заводится! – донеслось от машины.

– Это твой щенок что-то там напакостил? – Бритоголовый тип вновь побагровел.

– Он не щенок. – Сашка вызывающе усмехнулся. – Это настоящий мужчина, хоть еще и совсем маленький. А вот ты, поганец, – уже конченый шакал!

Почерневший от ярости мистер Хэнкс разинул рот, чтобы что-то сказать в ответ, как неожиданно где-то за стеной раздалось тарахтение мотоциклетного двигателя. Бандиты, державшие спецназовцев на мушке, всего на мгновение скосили глаза в ту сторону. Десантники заметили это и бесшумными тенями молниеносно ринулись на них. Бандиты нажали на гашетки. Володька Плужников схватился за простреленную руку, Федьку пуля полоснула по ноге.

В стихийном месиве человеческих тел, схлестнувшихся в яростной схватке, отморозкам выжить было не дано. За пару секунд их шейные позвонки были изломаны, и бандиты тряпочными манекенами остались валяться без движения. Почти одновременно за ограждением тоже началась автоматная стрельба.

Мистер Хэнкс опомнился, вскинул руку с пистолетом и, не разбирая, кто перед ним – свои или спецназовцы, открыл лихорадочный огонь. Ему тут же коротко ответил автомат, подхваченный Серегой Приберегиным. Бритоголовый тип, прошитый тремя пулями по линии диафрагмы, рухнул навзничь. Пуча глаза и мучительно выгибаясь, он хватал руками пучки травы, сдавленно мычал и дергал ногами.

– Володька, ты как? – кидаясь к Плужникову, с беспокойством спросил Серега.

– Да я ничего! – сказал тот, зажал рану ладонью и замотал головой. – Лучше глянь, что там с Саньком!..

– Твою дивизию! – яростно выкрикнул Приберегин, увидев Журбина, лежащего лицом вниз с кровавым пятном, расплывающимся на спине.

Одна из пуль, выпущенных бритоголовым, по диагонали насквозь пробила грудную клетку Сашки. Сергей что есть духу ринулся к зданию и менее чем через минуту примчался с несколькими вещмешками. Он лихорадочно вытряхнул на землю их содержимое, быстро нашел перевязочные пакеты, бросил один Володьке и перевернул Сашку на спину. Приберегин потрогал пальцами его сонную артерию и потерянно сел рядом на траву.

– Похоже, все… – Он стукнул по земле кулаком и скрипнул зубами.

Тем временем события на улице продолжали развиваться. Горяев и Еремин, подлетевшие на мотоцикле, не успели даже спешиться, как шофер высунулся из кабины и с левой руки стал палить в них из пистолета. Петр схватился за простреленное плечо и повалился на землю. Борька тут же вскинул автомат и послал короткую очередь точно в голову шоферу.

Еремин услышал стрельбу во дворе, спрыгнул с мотоцикла и поспешил к воротам. Но ему тут же пришлось уходить от очереди, выпущенной в его сторону. Двое бандитов, карауливших детей, полоснули по спецназовцу из автоматов и попытались скрыться. Еремин вскочил, чтобы броситься за ними в погоню, но его опередил Федька Антохин

Он срезал обоих прямой кинжальной очередью и крикнул:

– Это вам, суки, за Санька!

– А что с Саньком?! – встревоженно спросил Борька.

– Наповал!.. Лысый, гнида, его убил… – Федька тягостно вздохнул.

Они говорили по-русски, поэтому их понял только один человек из всех тех, кто находился в кузове.

– Что?! Саша?! Са-а-ш! – Сестра Анна торопливо выбралась из-под тента и побежала во двор.

Увидев Журбина недвижимым, с окровавленной грудью, она с душераздирающим воплем упала перед ним на колени, прижалась к его щеке.

Затем молодая монахиня посмотрела в небо и отчаянно закричала:

– Саша, не уходи! Господи, верни его к жизни! Господи, за что же так?! Разве мало того, что ушла моя мама?! Теперь еще и он! Господи, если не можешь вернуть его, то забери и мою жизнь! Если его не будет, то не нужна она мне! Не нужна!..

Спецназовцы, опешившие от этого монолога, изумленно переглянулись. Неожиданно Сашкины веки дрогнули.

– Смотрите, он вздохнул! – Отойдя от оцепенения, к Сашке бросился Володька Плужников. – Е-мое! Сережка, быстро доставай промедол, сердечные, антибиотики! Боря, помогай! Эх, ну ты молодец!.. – Он восхищенно взглянул на Аню, которая, все так же стоя на коленях, гладила Журбина по голове.

– Дочь моя Анна, подойди ко мне, дитя мое. – У ворот стояла сестра Марьям, сложив перед собой руки. – Я так понимаю, твоего пострига в инокини теперь уже не будет. Господь вернул к нам этого юношу. Значит, тебе надлежит остаться с ним. Что ж, на все воля Всевышнего. Я прошу вас простить меня. – Монахиня виновато взглянула на спецназовцев.

Те бинтовали раны, делали Сашке уколы, но отвлеклись и озадаченно переглянулись.

– Я проявила позорную слабость, испугавшись за свою жизнь. Спасая ее, я едва не погубила душу. – Сестра Марьям понурилась. – Я сама обо всем доложу нашей матушке, готова понести самую суровую епитимию.

– Да бросьте вы казниться! – Приберегин махнул рукой. – Тут и иной мужик испугался бы. Мы ничего никому говорить не собираемся. Сестры тоже пусть особо не распространяются. К чему эти разборки?

– Спасибо, я ценю ваше великодушие. – Сестра Марьям грустно улыбнулась. – Но дело ведь не только в людях. Да, от них можно что-то утаить. А от Господа ничего не спрячешь.

Глава 14

Поскольку состояние Журбина было критическое, его положили на заднее сиденье джипа. За руль сел Федька Антохин, имевший опыт управления легковушками с автоматической коробкой передач. В джип посадили и Аню. Теперь уже всем было понятно, что ее присутствие рядом с Сашкой – в известной степени гарантия его выживания.

Грузовик имел мощный дизель и два огромных бака, заправленных очень даже плотно. Рабочий не опустел и до половины, а резервный был залит до краев. За руль сел Борька Еремин. Джафар прибежал с площади, проволочным крючком проворно вытащил из выхлопной трубы свою затычку, и мотор сразу же заработал ровно и уверенно. Федька дал газу, и джип направился к западной окраине города, откуда начиналась дорога на Алеппо. Следом, выбросив синий клуб дыма, покатил и грузовик.

Горяев, получивший серьезную рану в правое плечо, заведомо знал о том, что в дороге стычек с бандами не миновать. Рядом с Борисом он посадил Сергея Приберегина, обеспечив его сразу тремя автоматами. Детей и женщин, находящихся в кузове, Горяев предупредил о том, что по команде «ложись» они без промедления должны оказаться на полу. Даже и без таковой, если где-то раздались выстрелы.

По его прикидкам выходило, что до Алеппо они доберутся часа за три, если все сложится нормально. Правда, все окраины города и территория, прилегающая к ним, переполнены мятежниками. Эти места нужно будет проскочить с ходу, потом свернуть в южном направлении и гнать до Идлиба, откуда идет прямая дорога на Хаму. Идлиб находился под контролем правительственных сил. Там можно было найти какое-то приличное пристанище детям и вызвать авиацию для срочной переправки Журбина в Дамаск.