Читаем без скачивания Дети вечного марта. Книга 1 - Вера Огнева

Я уже тогда начала подозревать, что затевается что-то нехорошее. Но приехал папа, и все изменилось: Эро больше не рвал на мне одежду, не насиловал меня по ночам. Он послушно ходил на занятия, слушал, даже делал вид, что ему интересно. А папа увлекся. Он отмахивался от моих страхов.

Лариссу ему подослал сам Ольрик. Прости, если тебе неприятно это слышать, она была кошкой. Папа мне рассказывал о своем студенческом увлечении. Та девушка тоже была кошкой. Папа, наверное, вспомнил молодость. Я его просила, давай уедем, давай сбежим. Дядя Влад примет нас в любом случает. Нет, он хотел и Лариссу забрать с собой. А она не соглашалась.

Конец истории знает все герцогство: папу уличили в несанкционированном обучении. Она сама на него донесла в Клир. Папу пытали. Он подтвердил. Его вывели на площадь и сняли кожу.

Голос у медвежушки стал ровный, безжизненный. Саню пробрало холодом. Она, что, видела?

— Ты там была?

— Да.

Эрику трясло. Чуры мои и Пращуры, понадумал себе всякого, а выходит — дурак непроходимый. Девочка, оказывается, успела за свою коротенькую жизнь хлебнуть полной ложкой.

— Тебя отпустили? — спросил он, чтобы не молчать.

— Нет. Ольрик, как и обещал, бросил меня в казарму.

— Что?!

— А Эро сидел и смотрел. Меня спасло только то, что охотников нашлось немного. Меня хотели привязать…

— Не рассказывай! Забудь! — Санька до боли прижал ее к себе.

— Я вырвалась, — упрямо продолжала девушка. — Я разнесла казарму. Я — медведица! А мозгляку, который полгода меня истязал, я оставила особую отметину. Он теперь ни на ком не сможет жениться.

Они не ожидали бунта. Легат Клира и Ольрик сидели в парадной зале, праздновали. Половина гарнизона валялась в стельку, даже замковый мост не подняли. Я ушла, убив по дороге всех, кто попался под руку. Потом я еще год добиралась до границы.

Саня представил, как молоденькая девушка, знать не знающая, что значит, скитаться, кралась по лесам: мерзла, голодала, боялась каждого куста. Он по сравнению с ней — кум герцогу, сват председателю Клира. А туда же — приставать.

Кот решительно поднялся и, не спуская ее с рук, пошел вверх по лестнице. Дальше — коридоры и переходы, пока не встал на пороге ее комнаты.

— Прости меня.

— Ты ни в чем не виноват.

— Все равно, прости.

Эрика высвободилась, опустила голову и пошла на свою лежанку. Сане стало тошно. Лучше бы она ничего ему не рассказывала. Лучше бы просто в лоб дала. Перешагнуть образовавшийся барьер он уже не мог.

Глава 5

Эд

Разбудило неистовое щебетание. Пичуги орали, будто последний день живут. Откуда они только взялись? Во внутреннем дворе крепости деревья по пальцам можно пересчитать, зато птиц на добрый лес хватит. Или их Цыпа подманила? Ловко она тогда на границе устроила дождик из дерьма. Мастерица! Жаль только, болеет потом. А так бы: приехал на заставу, только начинаешь представляться, а с неба уже капает. Пограничники — по норам, ты — на ту сторону. Будь у Цыпы дар посильнее, с армией можно было бы справиться.

Эк, куда меня занесло. Или куда нас всех занесло? Меня — понятно — в пустые мечтания. Бывает. Лечится здоровым образом жизни. Это когда по пояс в снегу толкаешь телегу на перевал, а в спину летит шквальный ветер, ругань Шака и хныканье девочек. Доберешься до седловины, сядешь, свеся ручки, и никаких тебе мечтаний. Не сдувает с камня — уже счастье.

Теперь о том, куда нас всех занесло… не побоюсь признаться: в полное дерьмо. Прошу простить, дамы и господа, за несколько приземленный стиль, но из песни слов не выкинешь, как любят выражаться люди. За тысячелетия совместного существования их словечки и даже привычки накрепко впаялись в наш быт. Сами они тоже к нам приноровились. До смены власти в стране, никто особо уже и не задумывался о разнице культур…

…опять понесло, теперь в другую сторону… его Ученость, Камибарам Мараведиш, так ни разу мне отлично по своему предмету и не поставил. Хотя, что я придираюсь, другие тоже из неудов не вылезали. Старый змей считал, что на отл знает только он сам. Ну, может, еще ректор и Тутанх. Но хор я от него получил таки.

Эд сообразил, что до конца так и не проснулся. Только вынырнет, его утаскивает назад, в слоистую ойкумену неосознанного. А надо ли ему просыпаться? Вроде, да. А с другой стороны: ни перевала сегодня не предвидится, ни мокрой переправы. Пупок рвать не надо. Тяжелее ложки Влад ничего не даст в ручки взять. А с третьей точки зрения, исключительно его, Эда, точки: лучше на перевал под ледяным ветром телегу вместе с поклажей и пассажирами толкать, нежели изобретать лоцию, способную провести их маленькую семью по хитрым проливам и фиордам Пелинорова царства.

Раз пошли связные мысли о насущном, значит, уже проснулся. Эд глянул на ту сторону широченной кровати. Там калачиком свернулась девушка. Можно дотянуться и пощекотать. Потянется, муркнет и расстелется под ним. У-у! Красота. Жил бы так и жил. Влад, широкая душа, самую изящную дворняжечку ему подставил. Гуляй, собака-арлекин — не хочу. Медведи, они медведи и есть. Пелинор умен, ничего не скажешь, только свои мысли в жизнь он претворяет настолько топорно, что не разберется, разве, такой наивный мальчишка как Санька. Однако сюзерен наш, его рыжее сиятельство, отсидев в пограничье пять лет, забыл, что другие это время провели в непрерывных странствия да скрупулезном анализе. Спасибо тому же Камибараму покойничку за то, что научил систематизировать накопленные знания. А лабильная, агрессивная среда, потом доучила: в кратчайшие сроки, расставь все по полочкам да сделай вид, что тебя тут не бывало, полки чужие, и цацки на них впервые видишь.

Девушка сделала вид, что проснулась; действительно, муркнула, потянулась и распахнула светлые, чуть навыкате глаза. Эд поощрил ее молчанием. Тем более, забыл, как зовут. Она выгнула спинку, встала на четвереньки поползла в его сторону. Эд ждал.

Анализ на некоторое время можно оставить. Когда в постели с тобой не пламенная, живая как сама жизнь Фасолька или закомплексованная, неповторимая Цыпа, напрягаться — ломать всю игру.

Девушка подобралась, несмело потрогала его пальчиками, потом губками: от плеча по груди вниз. Живот дрогнул в легком спазме. Затяжелело в паху.

Он, пожалуй, вообще не станет шевелиться. И говорить ничего не станет, девушка уже сама догадалась, чего от нее ждут. Влажный теплый язык скользнул вокруг пупка. Живот еще раз легонько дернулся. Руками она только слегка прикасалась, дразнила. Исследовала всего, перебралась и устроилась у него между ног. Ласки горячего рта прогнали все мысли. Осталось простое и, самое мощное от Сотворения чувство — животной похоти; желание финала, когда колючие сладкие молнии разбегутся по всему телу, и наступит освобождение.

Эд придержал ее голову, пока ни отгремело окончательно. Только тогда отпустил, полежал, справляясь с дыханием, поднялся.

— Спасибо, маленькая.

Действительно маленькая — ростиком ему, невысокому, по плечо. На лице — ни тени обиды или недовольства. Лишний штрих к портрету хозяина: подложил и научил, выполнять все, то есть абсолютно все, желания почетного гостя. Авось, наскитавшись, да натерпевшись, тот соблазниться легкой жизнью и даровым удовольствием. А там, глядишь, щенок на свет появится. Как отказаться от собственного ребеночка? Бедный Влад. Ради своей цели Эд откажется, практически, от всего, кроме самой жизни!

А друзья? Пойдешь по их головам?

Ведь пойдешь, сухо проскрежетало внутри.

Но это потом когда-нибудь… если это потом вообще наступит. В крепости старинного знакомого, родного брата Ваньки Пелинора, задача состояла в другом: как сообща выбраться из ловушки.

Эд еще полюбовался ладненькой фигуркой девушки. И грудь — ничего. Она лишний раз вильнула бедрами, походя, коснулась рукой его живота. Нет, пожалуй, не только наущения хозяина, и самой интересно, заарканит загадочного гостя или нет. В умишке уже, поди, повышение статуса сложилось.

— Тебя как зовут? — остужая, спросил Эд.

— Сабина.

— Иди к себе. Вечером встретимся.

Девушка, безропотно, удалилась. Эд пошел в ванную и со всей забытой негой забрался в, наполненную горячей водой кадку.

Он бы остался в пограничье. Он бы помог Владу собрать армию, он даже возглавил бы ополчение против герцога. А дальше? Конфликт с самим Пелинором неизбежен. Но не это главное. Влад не представляет, с чем имеет дело. Сам Эд только недавно начал догадываться, в чем сила нынешнего правителя. Нужно время, чтобы отыскать его уязвимое место. Время, пожалуй, единственное, что у Эда есть в достаточном количестве. Жизнь аллари длинна. Раза в три длиннее человеческой. При условии, что тебя не убьют, не поймают, не устанешь сам, не продадут. Нет, последнее маловероятно. Друзья — второе, что у него есть.