— Разве я его там найду? — упрямо спросил маркиз, устремив на нее такой взгляд, что Анжелика едва не потеряла равновесие.
— Почему Же нет?
— Потому что он исчез… — говорю я вам, — вместе со своим слугой.
— Черт возьми, да он уже, наверное, вернулся в Квебек со своей баркой и со своим слугой.
— Нет, потому что барку нашли.., пустой. — Он указал в сторону горизонта, на другой берег Сен-Лорана. — Там, в бухте Криоз-уа (Птичий Крик). Но от них никаких следов.
Анжелика сделала неопределенный жест.
— Меня, во всяком случае, это мало трогает?. Вы меня предупреждали, что он был нашим врагом. Хорошо и ч о, что мы его наверное встретим в Квебеке…А теперь, дорогой маркиз, что вы намерены делать этим утром? Я должна пойти по приглашению в дом священника.
— Как вы можете поддерживать знакомство с этим самогонщиком?
— Мне хочется помочь Аристиду улучшить его ром. У кюре заготовлены листья и недозрелые плоды дикой вишни. Они придают своеобразный вкус и делают безвредным напиток. Мы сейчас попробуем это. Как видите, мы и в Тадуссаке верны своим привычкам…
Виль д'Эвре колебался. Но вдруг он увидел Жоффрея де Пейрака, который возвращался на «Голдсборо», и решил присоединиться к нему. Кроме того, у него была идея, для осуществления которой наступил подходящий момент.
Он оставил Анжелику и побежал к шлюпке. Он сразу же заговорил с графом:
— Дорогой друг! Вот уже несколько дней меня занимает один вопрос. Я убедился, что на борту «Сен-Жан Баптиста» находится курьер мадемуазель Урдап.
Глава 19
Жоффрей де Пейрак смотрел с берега на Тадуссак. Поселок разворачивался, как картина, которую постепенно растягивали перед глазами, чтобы можно было полюбоваться ее просторами: от возвышенности у реки Сегеней до другого конца, где лес, казалось, плавал в воде. Можно было рассмотрен» определенный порядок в расположении домиков и хижин. Слева виднелся форт. Над ним развевался флаг с лилиями. В центре — церковь. Внизу портовые склады-магазины; большая ферма, обнесенная забором из серого камня, возвышалась на косогоре на фоне леса.
К ней-то и направлялась Анжелика. Он увидел, как проворно она шагает в сопровождении мадемуазель Бургуа и Жюльенны. За ними шел Куасси-Ба. До сих пор он не покидал судна, чтобы не напугать местных жителей своим видом. Когда же его представил Маколле, его товарищ по зимовке, он был радушно принят на берегу.
Гуськом шествовали девушки Короля с послушницами матушки Бургуа.
В этот день появился на берегу и Кантор со своей росомахой, что случалось редко.
Шлюпка отчалила, и удаляющийся поселок стал похож на забавного зверя. Казалось, большой блестящий ком готов скатиться, подпрыгивая, забавляясь испугом детей. В кристальном воздухе эхо разносило голоса женщин, смех детей.
— Вот какое дело, — продолжал Виль д'Эвре — Мадемуазель Урдан — моя соседка в Квебеке Она будет и вашей соседкой, поскольку я уступаю вам для размещения свой дом.
Она вдова известного офицера, который десять лет назад прибыл сюда с полком из Кариньяк-Сальер, и очаровательная женщина. Он был убит в кампании, которую вел прошв ирокезов маркиз де Траси.
Она такая же, как и я. Ей нравится Квебек. А иначе, в чем бы она нашла мужество предпринять новую поездку по морю? Есть много людей, подобных нам. Они готовы рисковать своим скальпом, оставить свою шевелюру ирокезам, или умереть от голода и холода, лишь бы вновь увидели места, и поэтому совершают обратное плавание на корабле но океану Вы слышите меня, дорогой граф?
— Очень внимательно.
— Нет, вы смотрите туда, на Нее. Ах, вот она исчезла за поворотом дороги. Я могу продолжав. Я уже сообщил вам, что мадам Урдан живет в Канаде. В настоящий момент она совсем потеряла силы, очень редко встает с постели, но мною пишь ее главный корреспондент — вдова польского короля Казимира V. Нет, речь идет не о Луизе-Марии де Гонзата, ею первой жене. Та умерла, как вы знаете, десять лет назад Это повергло короля в такое отчаяние, что он отрекся от короны и нашел прибежище в религии — стал аббатом в Сен-Жермен-де-Пре. Та, о ком я говорил, подруга мадам Урдан, ею вторая жена. Он бы женился на ней официально если бы не запрещал церковный закон. Ее называют красавицей Гербьерой, потому что когда-то она торговала травами. Травами, да и еще кое-чем. Она много раз выходила замуж за знатных мужчин, последовательно наследуя их богатства. Так — от вдовства к новому вдовству — она приблизилась ко Двору, добралась до польского короля, который, в свою очередь, оставил ее вдовой. На этот раз она оказалась на вершине славы. Вся эта история показывает что она не глупа, и поэтому мадам Урдан поддерживает переписку с этой дамой Они пишут друг другу раз в неделю. За зиму накапливается сундучок писем, и эту почту пересылают на кораблях. Boт и сейчас шкатулка с письмами у капитана на судне «Сен-Жан-Баптист».
А так как капитан Дюга отъявленный плут, то меня беспокоит судьба писем. Если я приведу шкатулку сам и вручу ее Клео, та очень обрадуется.
— Если я вас правильно понял, вы хотели бы отправиться на шлюпке на судно, чтобы выручить шкатулку с письмами?
— Точно! Я хотел бы посостязаться с этими крепкими молодцами, которые нас сопровождаю!
— Конечно! .Пейрак отдал приказ матросам. Они развернули шлюпку и дружно заработали веслами Пейрак засмеялся, глядя на удаляющуюся вторую шлюпку с маркизом де Виль д'Эвре.
Румяное лицо маркиза излучало улыбку.
— Доверились! Вы им дали полную свободу действий? — крикнул марки.
— Да, дорогой маркиз. Но без кровопускания.
Пейрак продолжал смотреть на берег. Он взял подзорную трубу.
Был тихий час. Только что закончилась генеральная инспекция всех кораблей. Можно отдохнуть. Он мечтал о ней, как путник в знойный день мечтает о тенистом дереве. В его тайной памяти наступали минуты, когда он как бы отправлялся в разведку в новую область, немного удаленную, немного опасную и пугающую.
«Нужно нам все-таки поближе познакомиться друг с другом, любовь моя. Время проходит жизнь течет, а среди ее тягот и сокровищ, посланных мне, ты рядом здесь. Ты вновь появилась. В моей памяти ТВОЕ лицо проходит мимо и вновь возвращался в мою жизнь, переполненную приключениями, как с сон, украшенный наслаждениями и опьяняющей болью. Любовь моя!»
Он сбавлялся, рассматривая большой дом на косогоре, где находилась Анжелика. Он радовался, как юноша, когда видел ее издали. Он любовался ее летящей походкой, грациозными движениями.
«Даже с такого далекого расстояния она может свести с ума мужчину Зачем ей налаживать отношения с ЭТИМ винокуром-кюре? Чтобы улучшить водку Аристида! Ты не сомневаешься ни в чем, душечка! — Он усмехнулся про себя — Тем не менее, вес возможно. Свет моей жизни, ты — моя». Прошло некоторое время.
