Читаем без скачивания Любовь без репетиций. Неполоманная жизнь - Александр Гордиенко

Саша!

Я не хочу этого! Я не смогу без Вас!!!

Я не хотела рассказывать Вам о свой своей работе и о своем образе жизни. Я «тянула» с этим, сколько могла… Я сделала всё! Всё, что могла, чтобы Совет директоров «Русского ресурса» не принимал этого решения… Но я – не всесильна. Мне пришлось подчиниться. Я решила, что лучше сама Вам обо всем расскажу. Что это будет лучше, чем если Вы все узнаете обо мне «со стороны».

Саша! Поймите, в этом «круге общения» нет ни одного человека, с кем я могу поговорить так, как с Вами.

Мне не нужно, чтоб Вы были богатым и знаменитым. Мне нужно, чтобы Вы просто были. Я не так себя повела. Извините. Я никогда не скажу ни одного слова, которое могло бы Вас ранить или обидеть. Не бросайте меня, пожалуйста. Вы мне очень нужны.

Мне очень больно. Ваша Маша.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 15:11

Человек, который любит, никогда не поступит так с любимым человеком. Он не сделает ему больно, очень больно.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 16:12

Иногда в жизни надо менять свои решения, особенно если это нужно другому человеку. И я думаю, что Вы бы хотели поменять его, но Вам мешает Ваш твердый характер: «Железнов своих решений не меняет». Если Вы меня любите, поменяйте, пожалуйста, решение. И тогда я буду знать: «Железнов меняет решения только из-за женщины, которую любит, в других случаях – никогда».

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 16:17

Я стал чувствовать себя ущербным. Это унизительно. Это уже никогда не исчезнет. Я не могу.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 17:44

Саша! Вы очень умный, очень талантливый и необыкновенно добрый человек. Я таких не встречала. Вы действительно многого добились в жизни. Слушая Ваши рассказы о себе, я поняла, что Вам пришлось нелегко. Я просто считаю, что с Вашим умом Вы могли бы гораздо больше. Но, понятно, что обстоятельства складываются по-разному.

Извините меня, что я вообще начала про все это говорить. Видите, я не такая умная, как Вы говорили.

Картинка про мою жизнь, которая сложилась у Вас, не совсем правильная. Я самая обыкновенная и нормальная. У меня простая семья: папа – инженер-судостроитель, мама – врач.

Все в моей жизни дается очень тяжело. Мне один раз в жизни повезло – я оказалась «в нужном месте и в нужный час». Все эти «блага» – результат неимоверного труда, отказа от обычной нормальной жизни, всё это стоит безумных нервов.

Сейчас, оценивая ситуацию, я думаю, а с чего Вы решили, что мы разного круга? Это не так. Ну и что, что у меня такая работа и соответствующие ей и машина, и квартира… Разве этим определяется круг общения? Жизнь у меня такая же, как и у Вас: работа… работа… и еще раз работа. Моя жизнь отличается от Вашей, может быть, тем, что я иногда хожу в казино. Но я хожу туда только потому, что когда-то мне приходилось там бывать на встречах, по работе, и с тех пор это вошло в привычку. Максимум, который я проигрываю – 150–200 долларов. Это абсолютно не показатель какой-то «крутизны».

Извините меня. Я, наверное, неправильно все говорила. Я очень уважаю Вас и ценю. Вы замечательный человек.

Давайте попробуем еще раз, и Вы не пожалеете, что поменяли решение. Не бросайте меня. Я сейчас поняла, как Вы важны для меня.

Ваша Маша.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 18:19

Саша,

Не отвечайте сразу. Пожалуйста. Подумайте.

Если Вы опять ответите «нет», я не смогу больше писать. Я не хочу расставаться с Вами.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 18:34

Саша, напишите мне, пожалуйста.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 19:17

Меня не было в офисе.

Я подумаю обо всем – до понедельника. Саша

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 19:19

До понедельника я сойду с ума, думая о том, что Вы скажите «Нет».

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 19:32

Хорошо, давайте попробуем еще раз.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 19:34

Саша!

Вы сделали меня счастливой, вернувшись ко мне! Спасибо!

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 19:36

Я люблю Вас…

Если Вам не надоело слышать об одном и том же.

From: [email protected]

To: [email protected]

Time: 19:38

Не надоело!

Только больше не бросайте меня, ладно?

Вы мне очень, очень нужны!

*** (3)(12) Наказание (?)

Аппаратная. Прямой эфир

Рекламная пауза между вторым и третьим турами

– Юра, – Наум был «в образе», – на вас возлагается ответственейшая миссия, от которой, быть может, зависит… – увидев предостерегающий взгляд Железнова, – очень многое! Вы меня понимаете?

– Нет! – Юра пожирал глазами «живого» гения.

– Неважно… – Наум сделал небрежное движение, «отметая лишнее». – Ваша задача – передать это сообщение, – Наум поднял руку со сложенным пополам листком, – в руки Анастасии Бородиной, которая сейчас находится в гримерке № 12. Посмотрите на этот монитор – это Анастасия. И не просто передать. Обращаясь к Анастасии, вы должны практически дословно сказать ей следующее: «Анастасия, вам записка от руководства телеканала. Прочитайте и подпишите!» Запомнили? Повторить?

– Не нужно. Я понял. Сейчас сделаю, – Юра резко развернулся к выходу.

– Юрий!

– Да, Наум Сергеевич, – в глазах Юрия читалась решимость одного из трехсот спартанцев.

– Юрий… – значимая пауза в исполнении Наума. – Юрий, как вы понимаете, выбор посланника руководством канала не был случаен. Очень важно, Юрий, чтобы никто! Повторяю – никто, в том числе и вы, Юрий, не были ознакомлены с текстом этого послания. Именно учитывая вашу порядочность, был сделан выбор… – Наум оторвал взгляд от глаз Юры и наконец-то увидел яростно жестикулировавшего Железнова – Хватит! Быстрее! – Спешите, Юрий! Да пребудет… – этого Юра уже не слышал.

Железнов обвел взглядом свою команду: лица насупленные, недовольные, никто не хочет решать чужую судьбу.

– Ну, что, насупились? Все будет хорошо! – Железнов решил не перекладывать ответственность на ребят. – Кто не хочет, не высказывается. Я – сам. Наум, выставляй камеры на ее гримерку, пока не опоздали. Юра, он у нас шустрый.

– Внимание, «Пентагон», девятая, десятая. Внимание! Особый заказ – крупный план участницы под номером 12 – Анастасии Бородиной.

– Рекламная пауза же! – подала голос «девятая». – Что случилось?

– «Кино» по заказу спонсора. Оплачиваемое. Сейчас к ней подойдет герой-любовник с запиской. Так вот – ни он, ни записка нам не интересны. А интересно ее лицо во время чтения записки. Понятно? Чем крупнее, тем лучше. Всё, выставились, мастера.

Буквально сразу же после этих слов на мониторах девятой и десятой у входа в гримерку Бородиной появился Юра с листочком в руках. Остановился.

Вызвал Настю. Боднул головой, озвучил текст: «Вам записка от руководства…» и вручил листочек.

Железнов прильнул к девятому монитору, с которого удобнее было наблюдать Настино лицо, и уже через три секунды довольно рассмеялся: он, да и все окружающие с большим удовольствием наблюдали недоуменные Настины глаза, международный жест пальцем у виска, продемонстрированный Юре, возвращение листочка и не вызывающий сомнения жест: «Иди отсюда, не мешай!»

– Ну, что?!. По-моему, Настя вне игры своего администратора. Или у кого-то есть сомнения?

– Да-а, «Кино» – великая сила, – протянул Андрюха. – Ну, и слава Богу! А то – шкурки банановые… поскользнулся…

– Вот и хорошо! Проехали, – Железнов широко улыбнулся. – Андрюха, нам с тобой еще анализ по второму туру выкатывать. Давай-ка, за работу.

*** (1)(21) Маша

Офис телекомпании

За 7 месяцев и 12 дней до выхода в эфир финальной игры «Она мне нравится».

Первая половина мая. Четверг. Утро

Железнов решил завершить проветривание кабинета и закрыл окно – хотя на улице днем было уже достаточно тепло. Саша неукоснительно соблюдал две вещи из-за своего маленького зеленого друга – во-первых, не допускал, чтобы температура в кабинете опускалась ниже двадцати градусов – для того, чтобы Оберст, как существо очень теплолюбивое, не испытывал дискомфорта (зимой, когда были очень сильные морозы и система отопления не справлялась с холодом, Железнов по нескольку дней безвылазно жил и ночевал в кабинете вместе со своим любимцем, нагревая пространство всем, чем только можно было придумать – от глубокого дыхания до обогревателей и утюгов) и, во-вторых, следил за тем, чтобы Оберст не сидел на сквозняке – вещь для него очень опасная с точки зрения простуды.

– Ну что, значит, ты решил поддерживать видовую корпоративность – и говорить «Курица – не птица» категорически отказываешься… – Железнов просунул руку в клетку и погладил Оберста под крылом, тот моментально «вспушился». – Ну что ж, имеешь право… джентльмен… хотя, заметь, попугаек я не имел ввиду.