Муррка бесплодна, а значит, проблем в том чтобы моя Момохо стала твоей второй женщиной нет. Сделай с ней ребёнка — своего наследника, желательно несколько. Объедени наши рода и я поделюсь с тобой секретами, клянусь кровь своих предков.
— П-подожди…
— Матвеем, твоя кровь незапятана родственными связями, в твоих идеях я вижу светлое будущее. Будущее не только для себя, но и для своих внуков, и всего народа Кролли. А потому, если ты не враг нам, то согласишься стать мужчиной для моей дочери. К тому же, я не прошу даже её обеспечивать. С этим я сама справлюсь, просто сделай детей, с остальным Момохо сама управится.
Взглянув на совершенно безэмоциональную словно вещь девушку, я невольно пожал плечами. Фигуру её невозможно разглядеть под плотной, редкой среди кролли одеждой. Лицо пусть и молодое, симпатичное, но бледное будто у мертвеца. С какой стороны на неё не взгляни, холодная словно ледяная принцесса. Когда мать говорила о родах, она даже ухом не повела, словно той вообще поебать кто её будет пялить и от кого ей придётся рожать. Такое отношение к жизни и к окружающим мне совсем не нравилось. К тому же, одна мысль, что мать моих детей через месяц-другой будет натягивать кто-то ещё, вызывала рвотный рефлекс. Нет, такие легкодоступные не в моём вкусе. О, и о доступности, об этом следует предупредить и Муррку, не приведи господь узнаю, всё село спалю!
— Причин отсрочивать ваше соитие я не вижу, моя дочь многое умеет и…
— Я отказываюсь… — От моих слов, поперхнулась не только Хохо, но и её безэмоциональная дочурка. Впервые на её похуестичиском личике появились хоть какие-то эмоции.
— Ты что, совсем что ли? — В ответ на удивлённое молчание матери, вспыльчиво выдала та. — Ты хоть понимаешь кто такая Хохо, какая она важная кролли в поселении, ты должен уважать меня как её….
— Хохо бесценна, вопросов нет. К тому же, твоя мама спасла мне жизнь, за что я ей безмерно благодарен и признателен. Но ты… Ты вообще кто такая, и за какие такие заслуги я должен уважать тебя, хоть на грамм так же, как уважаю Хохо? Теперь я точно отказываюсь. — Обрезав зазнавшуюся девчонку, полностью разочаровавшись в отпрыске целительницы, поворачиваюсь к той спиной.
— В Хохо, твоей матери, в разы больше изящности и женственности. Лучше бы я заключил союз с ней чем с тобой…
Косясь, замечаю, как, поставив клетки на землю, со смеху, в кулак прыснул сын знахарки. Мать, в очередной раз налилась красками от смущения и удивления, а дочь от ярости и негодования. Сынишка Хохо уже зубами губу прикусывал, казалось, вот-вот его разорвёт от положительных эмоций. Стоя в сторонке, тот с наслаждением наблюдал за словесной перепалкой, и с нетерпением ждал продолжения развития событий. Засранец лучше остальных знал о характере своей сестры и кажется, полностью поддерживал моё решение. Мда… В этой семейке к моей персоне никто не останется равнодушных.
— Ах ты, мерзавец… Помёт пик-пика, да как ты смеешь, да я… Да ты! — Вскинув руки, кинула в меня одной из шкур девчонка, а после, пылая яростью, пальчиками впившись в свои толстые, знатные одеяния, укатилась восвояси.
— Вот это да, так её ещё никто на место не ставил. Слушай, а ты мне нравишься! — Усмехнулся паренёк.
— Мне мамка твоя тоже нравится. Ну что, станешь мне пасынком?
— Пасынком? — Пропустив мои первые слова, переспросил парень. — Я не против. — Усмехнулся тот.
— МАТВЕЕМ, хватит, это ведь некрасиво! Вы ещё молоды, а я слишком стара для ещё одного ребёнка! — Так же как и дочь, покрывшись краской поспешила ретироваться Хохо. Отчего, мы с пареньком вместе рассмеялись. Сын Хохо хорошо чувствовал где я шучу, и с чего можно смеяться. Более того, он казался точной копией меня. Такой же худой, низкий, беззаботный и безобидный. В общем, человек со своими тараканами.
Подойдя поближе, он поставил клетки у моих ног и поглядел в сторону удалявшихся девушек.
— Ловко я их? — Так же глядя, спросил у того я.
— Ага… Сестру давно так никто не злил. Кстати, я и вправду не против.
— Против чего?
— Не против того, чтобы ты стал новым мужчиной Хохо. — Шокировав меня, произнёс пацан. Я думал тот шутит. — Мама ещё довольно молода. К тому же, последние дни говорит о тебе чаще чел о любом другом мужчине. Ты ей явно интересен.
Та-а-а-а-к… Неужели я нашёл себе тайную милфу поклонницу? Приятно конечно слышать такое, но блять… Не от сына же.
— Ясно… Если не секрет, а с последним мужчиной её что было?
— Ой, да там всё странно. Говорят отравился.
«Говорят? То есть может быть и ещё какая-то другая причина смерти?» — Нервно сглотнув, решил отступить. Лучше бы засранец соврал, сказать что волки съели, мол на небо улетел, или за хлебом ушёл. Всяко спокойнее было бы будущему ухожору. Ну да ладно. Взгляд пал на принесённые детьми Хохо вещички.
Распросив про шкуры и клетки, узнаю что это дары. В этот раз дары принесённые Хохо, были лишь за одно право рассмотреть предложенную для соития деву. Подобное подношения для кролли являлось актом небывалой щедрости. Причиной тому стала чистота моей крови, и личная заинтересованность целительницы. О роде Человече, здесь никогда не слышали, и, от подобного союза могли родиться очень сильные, здоровые, а самое главное обладающие даром отца дети. Воспитание и выращивание коих легло бы на плечи матери и рода Хохо. Из чего следовало, что чадо, любило бы, и заботилось, исключительно о вырастившей их мамочке, а на папу, хер бы они клал, причём законно. Не, хуйня затея, мне такое неинтересно.
— Слушай, не знаю как у вас Человече, но, у нас не обязательно любить того с кем сношаешься. — Глядя на мою скривившуюся физиономию, попытался встать на защиту сестры паренек.
— И? К чему ты это? — спросил я.
— К тому что ты нанёс сестре оскорбления. Пусть она и дура, но всё же это слишком жестоко. Ты ведь шаман, а если шаман от женщины отказался, значит порченная, или чего хуже прокажённая или проклятая… Когда в племени узнают, не один мужчина даже под угрозой смерти с такой дело иметь не будет.
— Раз всё так плохо, чего она тогда убежала? — Уж жизнь девчонке я ломать точно не собирался. Стоило извиниться, или хотя бы прояснить ситуацию.
— Удивилась как и мама. Но, ты не переживай, скоро вернуться… Обе.
Сидевший на пне мальчуган, развесив уши, глядел за всем происходящим вокруг с широко раззинутым ртом. Едва не забыв о том, попросил Обба (так звали сына Хохо) оглядеть пострадавшего. Целитель ответил естественным согласием. Мать велела Обба приглядывать за мной, по возможности помогать и учиться у меня «шаманскому ремеслу». Как учить тому чего
