остаться до конца недели, но им пришлось пообещать ходить вместе с нами на уроки. Тикаани и Холли не мешало, что класс наполовину затоплен водой, а вот Караг, чтобы не намокнуть, забрался на спинку стула. Не проблема – мистер Гарсия косых взглядов на него не бросал.
Неподалёку сидела Иззи – наша новая одноклассница. Теперь она уже была в своей просторной пёстрой одежде, потому что вспомнила, в какой гостинице оставила багаж.
– Ну что? Выяснил что-нибудь про эти акульи бои? – шепнула она мне.
– Их действительно проводят – вот мерзость! – прошептал я в ответ. – Мы собираемся скоро…
У Карага был отменный слух.
– Что действительно проводят? – спросил он, и я спонтанно решил его посвятить.
– Мы слышали, некоторые делают ставки… – Я оборвал фразу, потому что мимо проходили Токо, Барри и Элла, и взглядом пообещал Карагу объяснить всё потом.
После математики у нас было звероведение – разумеется, начали с новенькой.
– Знаешь что-нибудь о своём биологическом виде? – спросила её мисс Уайт. – Или ты росла в человеческом обличье?
– В человеческом, – вздохнула Иззи, теребя разноцветные ленточки в волосах. – Я жила с отцом – он пластический хирург…
Эллу и её банду это невероятно рассмешило.
– Расскажи нам об увеличении груди, – ехидно предложила Элла.
– Хочешь увеличить свою? – невинно спросила Иззи, и класс взорвался от смеха. Но я заметил, что она стесняется профессии отца и жалеет, что упомянула о ней. Когда все немного успокоились, новенькая продолжила: – Я почитала о летучих рыбах в Интернете… кое-что выписала… минуточку… – Она стала рыться в сумке, а я начал рисовать в блокноте дельфинов. Ной написал Холли записку с сердечками и забавными цитатами, и та захихикала. Элла полезла под партой в телефон.
– Ладно, обсудим твой биологический вид и без твоих заметок, – вздохнула мисс Уайт. Мы узнали, что летучие рыбы взмывают вверх, чтобы спастись от хищников, и, разогнавшись, могут в несколько этапов преодолевать до четырёхсот метров.
– Тоже мне достижение, скажи? – повернулась Элла к Дафне, нашей озёрной чайке. Но хотя они дружили, Дафна ничего не ответила.
– Что-то Элла сегодня не в духе, – шепнул я Финни, которая сидела недалеко от меня.
– Я слышала, как она говорила по телефону с матерью… Та была недовольна, что мы слишком мало заработали на дне открытых дверей, – шёпотом ответила девочка-скат. – Элла возразила, что мы старались и гостям понравилось, но миссис Леннокс сказала, чтобы в следующий раз старались получше.
Мы только покачали головами. Что на это скажешь?
Ураган задним числом перетасовал нам расписание: вместо истории нам поставили человековедение, и мы учились заказывать товары в Интернете, потому что мистеру Кристаллу нужны были запчасти, которые поблизости не продавались. Ха, уж в этом-то я разбираюсь. На полученные в награду деньги я недавно заказал себе онлайн хорошую бумагу для рисования, потому что в наших краях таких магазинов не было.
Я объяснил, как оформлять и оплачивать заказы и оценивать продавцов.
– Очень хорошо, Тьяго, – похвалил меня мистер Кристалл и поставил мне «отлично». Ура! Хорошие оценки, пусть и заработанные без труда, мне пригодятся – ведь для стипендии средний балл у меня должен быть не ниже «хорошо».
Зато на превращениях я облажался. Нам нужно было сохранять звериное обличье, когда нам показывают наши человеческие фотографии. Я превратился в несуразное существо – акулу с двумя руками и двумя человеческими ушами (господи, почему именно уши?!) – и забился подальше в лагуну. Повезло, что мистер Гарсия был занят Ноксом и Шари, поэтому я отсиживался там, пока не услышал рог-ракушку, возвещающий конец уроков.
– Глазам своим не верю! – донёсся до меня знакомый голос. Это был Эдвард Олбрайт по кличке Рокет, будущий инженер-ракетостроитель. Он грыз что-то, что когда-то было мороженым на палочке, и, вскинув брови, пялился на воду.
– Хочешь верь, хочешь нет – я и таким бываю. – Я смущённо превратился обратно, пошлёпал на пляж и натянул первое, что попалось под руку. Шмотки, наверное, принадлежали Ральфу, а может, старшекласснику Марису. – Хорошо, что ты снова смог приехать. У тебя всё нормально?
– Новое видео моей сестры набрало семьсот просмотров, и у неё сорвало крышу, а так всё отлично.
– Про конфеты спрашивали? – усмехнулся я, вспомнив нашу проделку.
Рокет кивнул и ухмыльнулся в ответ:
– Хочу попросить вашего мистера Кристалла поднатаскать меня по предметам для оборотней.
Мне в голову пришла идея.
– Возможно, сначала стоит попросить кое-кого другого, – сказал я и потащил его в школьную мастерскую.
Как я и предполагал, мистер Гарсия, который в свободное время любил что-нибудь ремонтировать, снова пытался собрать подвесной мотор катера «Турборыба». Прогресса пока не наблюдалось. Рокет с любопытством огляделся.
– Ну, свечи зажигания вы уже вставили, – сказал он, швырнув через плечо изгрызенную палочку от мороженого в сторону мусорного ведра. Немного промазал.
Мистер Гарсия выпрямился, отставил в сторону банку с маслом и повернулся к моему другу:
– Я слышал, ты разбираешься в технике, Эдвард… Тебя ведь так зовут, да? И хочешь брать у нас уроки, а школу менять не хочешь? Хотя мы здесь почти все морские оборотни, а ты во втором обличье – сухопутное животное?
– Пять раз да, – вежливо ответил Рокет, и я заметил, как он непроизвольно приосанился.
– У меня к тебе предложение, – сказал Фаррин Гарсия, вытер пот со лба и сделал глоток воды из бутылки. – Если сумеешь собрать эту штуку – можешь рассчитывать на любую помощь и советы с нашей стороны.
– Идёт, – кивнул Рокет, и они с учителем превращений ударили по рукам.
– Удачи, я на сегодня закругляюсь, – сказал мистер Гарсия и оставил нас в мастерской одних.
Я выжидательно посмотрел на Рокета и… обнаружил, что он волнуется. Вспотел он, видимо, не из-за погоды.
– Просто супер, – пробормотал он. – И зачем я только согласился! Я ни черта не смыслю в подвесных моторах. Таких, как я, в роскошные яхтовые гавани не пускают.
– О, – понурился я. – И что теперь?
– У тебя есть планшет? – спросил Рокет.
Я сбегал за своим школьным планшетом и уговорил миссис Мисаки дать нам на день доступ в Интернет. Мы забаррикадировались в мастерской, скачали чертежи и смотрели обучающие ролики на «Ютьюбе», пока не зарябило в глазах. После короткого перерыва на ужин мы снова вернулись в мастерскую. Вооружившись разными отвёртками, Рокет принялся за работу. Я восхищённо наблюдал за ловкими и точными движениями его рук.
Наконец, когда от усталости у нас уже всё плыло перед глазами, в дверь постучали. Мы подняли головы и увидели бабушку Салли, бывшую военную лётчицу. Улыбнувшись мне, она спросила:
– Поедем домой, Эдди?
– Какой дом, ба?! – От усталости голос Рокета был писклявым. – Я только-только продвинулся с этой чёртовой штуковиной. Если я сейчас всё брошу…
Его бабушка, у которой мы снимали квартиру, оглядев кучу масляных деталей на верстаке, пожала плечами:
– Ну ладно. Я могу вам чем-нибудь помочь?
– Да, позвонить в школу и сказать, что я заболел. И забрать
