я пропала.
— Она или не она — скоро узнаем, — проскрипела старая, высохшая, сморщенная, как изюмина, гарпия.
Другая вытащила смартфон, провела пальцем по экрану, включила видео, повернула экран так, чтобы остальным было удобно смотреть, — посмотрела и я. Это были любительские съемки: кто-то снимал небо, стоя внизу, а в небе, над крышами небоскребов, рассекали воздух драконы. Алые, зеленые, золотисто-желтые. И обсидианово-черный… Огромные крылья тучей застилали солнце, тенью скользили по земле. Черного я узнала с первого взгляда и заледенела.
На видео слышались удивленные возгласы: «Что это? Что происходит?»
— Светопреставление, — хмыкнула госпожа Ашхасса, огляделась и удовлетворенно кивнула: — Все на месте. Начнем? Детка, будь добра, выйди к нам и расскажи свою историю. Только не пытайся что-либо утаить, мы чувствуем ложь. От твоей честности будет зависеть, захотим ли мы тебе помочь.
Гарпии все как одна повернулись в мою сторону и сопровождали немигающими глазами, пока я шла к небольшому возвышению у экрана. Выступать перед слушателями для меня всегда было непростым испытанием, наверное, поэтому, окончив педагогический институт, я не пошла в учителя, а предпочла стать фрилансером — работать дома, забравшись в норку.
— Я… — сказала я, и тихий голос рассеялся, едва слетев с губ. Гарпии подались вперед, вперив в меня острые взгляды.
Я вдавила ногти в онемевшие от страха ладони. Жаль, нет с собой монетки: монетка, сжатая в кулаке, всегда помогала отвлечься.
— Меня украл дракон и перенес сюда из моего мира, — так я начала свой рассказ.
Молодая гарпия, та, что показывала любительское видео, радостно встрепенулась и пробормотала: «Ага, так и знала!»
Оказалось, это сложно — вот так, вслух, рассказывать о своей боли перед равнодушными слушателями. Впрочем, нет, не равнодушными: моя история их заинтересовала, глаза заблестели, губы изогнулись в ухмылках. Вот только они ни капли не сочувствовали мне и моему горю. Они думали лишь о выгоде.
Я старалась излагать факты, оставив чувства при себе. Я случайно забеременела от Армана Райландера, он украл меня и не вернет домой, пока я не отдам ему сына, — вот и вся история. Глупая и трагичная.
Моя история взбудоражила гарпий сильнее, чем я ожидала. «Ребенок дракона, — доносился до слуха возбужденный шепот. — Теперь понятно, чего они взбесились. Но нет… Не получат… Они ребенка не получат…»
«Они не получат моего ребенка!» — возликовало мое сердце.
33
Меня выставили в смежную комнату, занятую под кладовку. Я тут же прижалась щекой к двери, пытаясь расслышать разговор, но до слуха долетали отдельные выкрики. «Ребенок», «эликсир», «получится выгоднее», «нет, с ними не договориться». Ничего не понятно.
Совещание продлилось недолго. Между тем, как Ашхасса выпроводила меня из зала, и тем, как дверь кладовки распахнулась, прошло всего несколько минут. Хороший знак? Или наоборот: гарпии решили, что с меня нечего взять, а с драконами связываться опасно?
Ашхасса с доброжелательной улыбкой, которая странно смотрелась на ее угрюмом лице, проводила меня к столу, где лежали распечатанные на принтере бумаги. Я взяла листы в руки, ощутив приступ отчаяния: читать я по-прежнему не умела, и строчки, заполненные иероглифами, слились в бессмысленный текст, в котором глаза вылавливали некоторые знакомые символы.
— Я ничего не понимаю.
— А зачем тебе? Договор стандартный, самое главное я скажу.
Я примостилась на оставленное для меня место. Гарпии окружили со всех сторон. Я словно очутилась в гнезде с хищными птицами: смотрят, молчат, не мигают. Такое чувство, что вот-вот набросятся и разорвут своими острыми когтями, если увидят, что я дала слабину.
— Я слушаю.
— Ты знаешь, мы просим за свою помощь услугу. Не всем человечкам есть что предложить нам. Но тебе повезло.
«Повезло?» Я немного приободрилась.
— Ты всего лишь должна отказаться от дракона, с которым ты близка, но которого ты видеть не можешь, — ласково произнесла Ашхасса.
«Арман? Она говорит о нем? Он единственный дракон, с которым я была близка, и, действительно, не могу и не желаю его больше видеть!»
— Отказаться? — переспросила я.
Вроде простое условие, но почему преследует ощущение, будто я не улавливаю суть?
Я снова взяла в руки документы, пристально всмотрелась, надеясь, что знакомые слова как-то подтвердят или опровергнут слова гарпии. «Кровь», «дракон», «забрать». Мороз пробежал по коже.
— Здесь так и написано? Я должна отказаться от дракона, с которым близка, но которого видеть не могу?
— Да-да!
— Но какой в этом смысл? — нахмурилась я. — Он сильный, влиятельный дракон. Какая выгода вам может быть в том, что я от него откажусь?
— Это уже наше дело, детка, — тонко улыбнулась госпожа Ашхасса. — Будешь подписывать или вернемся в цех, где тебя скоро обнаружат твои влиятельные друзья?
— Я смогу разорвать договор, если передумаю? — прошептала я.
Что я такое говорю? Я что же, беспокоюсь за этого отвратительного эгоистичного ящера? Лена, возьми себя в руки! На одной чаше весов его жизнь, а на другой — жизнь малыша.
Гарпия терпеливо указала на одну из строчек.
— Разорвать нельзя. Можно предложить равноценный обмен. Вот, здесь это написано.
Ничем равноценным жизнь Армана я заменить не могла. Что же делать? Соглашаться? Времени все меньше. Драконы пока не нашли меня на Дорине, но, судя по всему, это вопрос нескольких дней, если не часов.
— И вы меня перенесете в мой мир? — уточнила я, все еще не веря, что все может быть так легко.
— Конечно, детка. Как только ты выполнишь свое условие сделки.
— Л-ладно… — выдохнула я.
В конце концов, как гарпии сумеют навредить дракону? Где он, и где они? Пусть попробуют добраться. У Армана телохранители, да и сам он не лыком шит: любому откусит голову.
И документы, напечатанные на принтере, на обычных, совсем как в нашем мире, листах А4, не выглядели устрашающими.
— Где подписать? — Я осмотрела стол в поисках ручки, но не нашла ее.
За всех гарпий говорила одна Ашхасса, остальные затаились, молчали, будто боялись спугнуть мою решимость.
— Сейчас, детка, — ответила она.
Закатала рукав серой кофты, вытянула бледную тощую руку, больше похожую на птичью лапу. Я вздрогнула: прямо на моих глазах из кожи гарпии, словно росток, проклюнулось перо стального цвета. Ашхасса дождалась, пока оно полностью вытянется, и выдернула его — на предплечье из ранки проступила кровь, и на остром наконечнике пера поблескивала алая капля.
— Подписывать… этим? — спросила я с ужасом.
— Сначала нужна и твоя кровь тоже, — усмехнулась Ашхасса.
Сделала приглашающий жест, предлагая мне протянуть ладонь.
— Зачем нужна кровь? Что за дикий обычай? — попробовала сопротивляться я.
— Это условие сделки, детка. Слишком много желающих увильнуть от честного договора с
