взгляд на лицо кавалера, пытаясь по глазам определить верит ли он ей. И вдруг громко ахнула, ругнувшись:
— Вот я — тормоз! Это же ты?
— Что — я?
— Твои проделки! Ну, точно! — почему-то обрадовалась она. — Ты меня заколдовал! Теперь я это знаю!
— В смысле?
— В коромысле! Ай да пройдоха! Я тут весь мозг себе сломала, пытаясь понять, откуда у меня такой дар, а это ты постарался! А ну признавайся! Колдовал вчера на меня, пока я без сознания лежала? Говори, колдовал?
— Ну не то, чтобы колдовал, — засмущался Титов. — Так… просил вирус помочь мне в дополнительной защите и тебя заодно прикрыть. Я его немного о другом просил, типа — дать мне силовое поле, а тебя чем-то магическим наделить или оберегать. Но опять же, в целях безопасности.
— Ха! Что и требовалось доказать! — победоносно хмыкнула Гагарина. — Вирус тебя услышал и выполнил просьбу. Теперь мы с тобой одна парочка, или как любит добавлять моя бабуля: «Гусь да гагарочка»! Ты умеешь летать и лечить людей, а я стала вроде экстрасенса. Вижу, когда и кто врёт! Нас теперь фиг обманешь!
— Да уж, — задумался Титов, понимая правоту спутницы. Вирус наделил её полезным умением, но вот до сих пор ему не понятно — как насчёт защиты? Никакого силового поля он пока не видел и не ощущал.
«Эй! Вирус? — мысленно закричал он. — Ты меня слышишь? За Танюшку мою — спасибо, но как по поводу нашей защиты? Это сегодня по нам не стреляли, видимо ошалели от увиденного. Но всякое может случиться! Наши тела очень уязвимы. Ты там подумай, как нас лучше оберегать? На тот свет мы не торопимся, хотелось бы пожить ещё — лет сто как минимум! Я же просил дать силовое защитное поле? А ты? Забыл, что ли? Ви-и-рус⁈» — прокричал он в манере бабули, исполняемый артистом Андреем Рожковым из «Уральских пельменей», когда она звала Игоря…
И хотя во время полёта в ушах людей постоянно шумело от ветра, Сергей сумел расслышать очередную скороговорку, напоминающую стихотворную строчку: «Если же наоборот, то коловорот вам в рот».
«Ага!» — обрадовался он и вслух протараторил так быстро, как смог:
— Если-брод-то-кол-рот! — и… ничего не произошло.
Он повторял скороговорку ещё несколько раз, пока удивлённая Таня его не переспросила:
— Ты чего там бурчишь?
— Да так, пытаюсь защиту активировать, но что-то не получается.
— А от кого?
«Хм… — задумался Титов. — А Таня-то права! Какое силовое поле я жду, если на нас никто не нападает?» — но вслух ответил немного иначе.
— Пробую… тренируюсь пока…
Джип, за рулём которого сидела Ирина Владимировна, они дождались на трассе ближе к вечеру, дежуря на выезде из станицы Журавская, преодолев перед этим по воздуху более ста пятидесяти километров. Не сказать, что Сергей от такого продолжительного полёта особо устал, но они оба пришли к новым выводам — для перелётов требовалась другое одеяние. Вот как тут не вспомнить героев зарубежных комиксов в обтягивающих всё тело одеждах, шлемах и очках? Сопротивление атмосферы строго пропорционально скорости перемещения. Как там видел и дышал Супермен в полётах без шлема и очков, никто толком мне знает, но у них обоих слёзы сочились постоянно. Да и ветер сильно трепал причёску. Погода в Краснодаре стояла плюсовая, но не летняя жара, поэтому тело периодически от ветра подмерзало. А если не дай бог — дождь или снег? Промокнешь и простудишься запросто! Сергей мог бы по воздуху преодолеть всё расстояние до Оренбурга, но не с такой одеждой. На Урале ещё полно снега. Поэтому пришлось ждать машину.
Татьяна села за руль, предоставив маме отдых, и в поездке выдала ей откорректированную версию произошедших событий: без встречи с ФСБ, перелетов по воздуху и «прекрасно» проведённого времени. Насчёт рассказа соседки, выдала версию о том, что та, видимо перебрала с самогоночкой, увидев то, чего на самом деле не было. А они ждали возле станицы, потому что посещали местного знахаря. От него удобнее и ближе было добираться к Журавской, чем возвращаться в Краснодар. Таня восхищалась дедом Михасем и его талантами, описывая его моложаво-странный облик, дом и кучу людей, приезжающих на приём со всех уголков России. Она с упоением рассказывала, как их хорошо принимали и как Станислав Никитович уговаривал Сергея стать его учеником, говоря о потенциальных задатках Титова. Мама периодически задавала разные вопросы, но дочка отвечала так уверенно, что поймать её на лжи, не зная истины — было невозможно. Ирина Владимировна передала Сергею обещанный презент от бабули. Им оказался армянский коньяк, горлышко и пробка которого прятались под сургучом. Имя «Двин» с десятью медалями на этикетке и надписью о выдержке более десяти лет — впечатляли. А дата розлива в 1982 году — просто удивляла! Бутылка на самом деле оказалась раритетной! Особенно когда Ирина Владимировна пояснила, что именно этот коньяк очень любил пить сам Уинстон Черчилль! Она рассказала занимательную историю о том, что якобы британский премьер ежедневно выпивал бутылку этого легендарного напитка. Но однажды политик обнаружил, что «Двин» утратил былой вкус. Он высказал своё недовольство Сталину. Оказалось, что мастера Маргара Седракяна, который занимался купажом «Двина», сослали в Сибирь. Специалиста вернули на производство и восстановили в партии. Черчилль стал опять получать любимый «Двин», а Седракяну присвоили звание Героя Социалистического Труда. Так коньяк спас человеку жизнь. Сама мама не знает, истинная эта история или её придумали, но клятвенно обещала неповторимый букет и вкус, таящийся в этой бутылке. Мол, у Натальи Семёновны в закромах хранится почти целый ящик подобного коньяка со времен Советского Союза. И под новый год её мама открывает очередную бутылочку, растягивая удовольствие в употреблении напитка почти на год. Говорит, что вкус коньяка до сих пор не изменился! Так за разговорами о жизни в СССР они и путешествовали…
Когда начало темнеть, путешественники остановились перекусить в кафе, а затем Таню за рулём сменил Сергей. У него зрела очередная мысль, но, чтобы её проверить, требовалась темнота. Женщины, разморённые едой — быстро уснули. А Сергей, съехав с трассы, выбрал проселочную дорогу и принялся настраиваться на полёт. По идее — раз он смог лететь с девушкой, то что мешает ему поднять в воздух и БМВ? Тем более, в салоне было тепло и плевать ему на погоду.
Поднять тяжёлый джип в воздух оказалось не просто. Пришлось вновь
