Так же как и другие функции вентрального зрительного тракта, восприятие лиц можно представить градиентом обработки от задней части мозга кпереди. На ранних ступенях обработки в затылочной доле и в нижней части теменной доли складывается визуальный образ лица. По мере того как информация продвигается вперед, этот образ конструируется и связывается с представлением о личности человека. Поэтому повреждение в одном из этих участков пути может нарушить способность распознавать лица. Повреждение на ранних участках цепи, ближе к первичной зрительной коре, приводит к неспособности «сборки» образа лица, соблюдения пропорций, так что становится невозможно распознать, кому оно принадлежит. Повреждение на более поздних этапах цепи, дальше от первичной зрительной коры, приводит к трудности соотнесения между человеком и лицом. Это как старая рождественская гирлянда: если перегорает одна лампочка, вся цепь перестает работать.
Конечно, вентральный зрительный тракт участвует не только в распознавании лиц, он важен в распознавании многих других предметов. Как мы уже говорили, отдельные его участки реагируют на дома, пейзажи и прочее. Вентральный зрительный тракт специализируется на распознавании многих предметов, отсюда его название, путь «что».
Сейчас ученые заняты изучением того, как вентральные зрительные зоны (и другие зоны мозга) обучаются распознаванию разных категорий объектов: лиц, животных, инструментов. Более тщательное исследование его особенностей поможет объяснить другое странное расстройство, оптическую афазию, редкий неврологический синдром, когда людям трудно называть предметы, которые они видят. Эти пациенты могут хорошо различать лица, так что обработка информации о лицах у них не нарушена. Но покажите пациенту с оптической афазией рисунок ружья, и он не сможет сказать, что это. Однако, если дать ему в руки ружье, он легко сможет уложить приближающегося зомби. Считается, что проблема вербального определения объектов, так же как и другие типы расстройств понимания смысла конкретных рисунков и объектов, может быть связана с повреждением вентрального зрительного тракта. Но оказывается, что понимание того, как мозг что-то понимает, не так-то просто.
Тем не менее лица можно считать одним из многих типов объектов, которые распознает вентральный зрительный тракт. Так же как и все остальное, что вы видите, образ лица на вашей сетчатке проходит через градиент обработки от регистрации форм различных частей лица, таких как разрез глаз и форма носа, к пониманию личности человека, которому оно принадлежит. Так нам становятся понятнее, как повреждения вентрального тракта приводят к разного рода расстройствам, таким как прозопометаморфопсия, когда вы можете узнать человека, но он выглядит так, словно у него нет половины лица, и прозопагнозия, когда вы легко видите лица, но не имеете понятия, кому они принадлежат. Возможно, однажды будет открыто, как повреждение где-то на краю тракта с прозопагнозией приводит к бреду Капгра… Кто знает, все зависит от того, какая часть градиента нарушена.
![]()
Давайте еще раз вернемся к нашей дорогой юной зомби Джуди. Страдает ли она от какого-то варианта прозопометаморфопсии, прозопагнозии или бреда Капгра, когда перестает узнавать маму и видит в ней не родителя, а добычу?
Трудно сказать, потому что нельзя попросить Джуди описать, что она видит. Совершенно ясно, что она не слепа и способна отличать зомби от людей. Это значит, что ее видимый образ мира не очень искажен, если искажен вообще.
Возможно, сцена из «Зомби по имени Шон», которую мы описали в начале главы, дает лучшую подсказку о том, как зомби распознают объекты. Когда Шон и его друзья направляются к безопасному Винчестеру, они обнаруживают большую толпу ходячих мертвецов, стоящих между ними и пабом. Они придумали пробраться сквозь эту орду, измазавшись кровью и подражая поведению зомби. Они ковыляют, стонут, истекают слюной, проходя сквозь толпу мертвяков, и те не способны понять, что среди них люди (пока Эд не сглупил и не ответил на телефонный звонок).
Все зомби вокруг Шона и его приятелей были их соседями и собутыльниками, но ни один не признал в них своих. Пока люди изображают из себя зомби, мертвяки опознают их как зомби, несмотря на то что вы или я могли бы четко сказать, глядя на их лица, что это люди. Это значит, что зомби используют другие подсказки, такие как походка и стоны, чтобы отличить зомби от не-зомби (от вкусных людей). Звучит знакомо?
Мы утверждаем, что один из компонентов синдрома зомби – приобретенная прозопагнозия. Это значит, что инфекция каким-то образом повреждает функционирование вентрального зрительного тракта, ответственного за распознавание лиц. Самый подходящий кандидат на повреждение – веретенообразная извилина возле FFA.
Почему мы думаем, что повреждена именно FFA? Потому что есть свидетельство, что зомби трудно опознавать другие обычные предметы. Мы видим это в «Рассвете мертвецов» (1978) у зомби, который весь фильм возится с винтовкой М-16, держа ее неправильно, пялясь в дуло, словно это телескоп. Неделями этот зомби не может опознать, что объект, который он держит в руках, – ружье, и не способен верно его использовать. Зомби не могут распознать предметы, которыми они пользовались при жизни каждый день. Визуализация человеческого мозга предполагает, что области вокруг вентрального зрительного тракта распознают разного рода объекты, включая машины, дома, лица. Поэтому, учитывая, что мы наблюдаем в поведении зомби, можно предположить, что инфекция разрушительно повлияла на вентральный зрительный тракт, а именно на участки вокруг веретенообразной области, и ущерб не ограничился распознанием лиц.
Так что маленькая зомби Джуди не узнает свою маму, сколько бы миссис Купер ни пыталась ее урезонить. Это не вина миссис Купер, просто ее лицо больше ничего не значит для Джуди. Она для нее больше не «мама». Постарайтесь не принимать это близко к сердцу, миссис Купер.
Источники и дополнительное чтение
Caramazza A., Mahon B.Z. The organization of conceptual knowledge in the brain: The future's past and some future directions // Cognitive Neuropsychology, 2006, 23 (1), 13–38.
Code C., et al., eds. Classic Cases in Neuropsychology. – Hove, East Sussex: Psychology Press, 1996.
Ellis H.D., Florence M. Bodamer's (1947) paper on prosopagnosia // Cognitive Neuropsychology, 1990, 7 (2), 81–105.
Ellis H.D., Lewis M.B. Capgras delusion: A window on face recognition // Trends in Cognitive Sciences, 2001, 5 (4), 149–156.
Grill-Spector K., Malach R. The human visual cortex // Annual Review of Neuroscience, 2004, 27, 649–677.
Haxby J.V., Hoffman E.A., Gobbini M.I. The distributed human neural system for face perception // Trends in Cognitive Sciences, 2000, 4 (6), 223–233.
Martin A. The representation of object concepts in the brain // Annual Review of Psychology, 2007, 58, 25–45.
Nestor A., Plaut D.C., Behrmann M. Unraveling the distributed neural code of facial identity through spatiotemporal pattern analysis // Proceedings of the National Academy of Sciences, 2011, 108 (24), 9998–10003.
Parvizi, et al. Electrical stimulation of human fusiform face-selective regions distorts face perception // Journal of Neuroscience, 2012, 32 (43), 14915–14920.
Pyles J.A., et al. Explicating the face perception network with white matter connectivity // PLoS One, 2013, 8.4, e61611.
9. Как это я – не я?
Свобода воли – выражение, полностью лишенное смысла, и то, что схоласты называли безразличием воли, то есть волей без цели, есть химера, недостойная того, чтобы с ней боролись.
Вольтер. Философский словарь
В то время как полное превращение в зомби – неприятный опыт, порой даже частичное заражение вирусом зомби может быть весьма проблематичным. Представьте себе классическую сцену из «Зловещих мертвецов – 2» (1987), когда у главного героя Эша правая рука заражается демоническим духом, который управляет всеми его друзьями в хижине. Отчаянно желая вылечить укус, который привел к заражению, Эш ополаскивает руку водой из-под крана на кухне. Словно эта вода способна остановить овладение демоном. Когда он расслабляется и перестает быть настороже, все идет к чертям… вполне буквально.
