его движения были хаотичны и неуклюжи.
Быстро сокращаю дистанцию между нами и, усилив свои физические параметры, наношу сбоку мощный удар мечом по его колену. Великан упал на землю, истошно вопя. Он начал бессистемно размахивать руками, пытаясь меня достать. Встать у него уже не получалось.
Разорвав дистанцию, я, спокойно сосредоточившись, начинаю забрасывать его разными заклинаниями из школ земли, воздуха и огня. Пришлось убить несколько сирен, которые бросились ему на помощь, но они больше мешали, чем могли реально помочь.
Спустя пару минут, израненный и прожаренный великан вяло подёргивался на земле, тем не менее, подавая признаки жизни. Накладываю на него паралич. За время боя его аура потускнела и уже не давала ему никаких преимуществ. Его морда исказилась в гримасе бессильной злобы и ненависти. Не желая затягивать и ещё больше мучить даже такую тварь, я аккуратно, ожидая подлянки, подошел к нему и нанёс сильный удар мечом в шею. Кровь из разрубленной шеи ударила фонтаном, а великан вскоре испустил дух.
Я стоял над мёртвым телом великана, тяжело дыша, а моя одежда была пропитана потом и запахом гари. Остальные члены отряда начали спускаться со скал. Лютик на редкость был тих, явно поражённый увиденным.
* * *
Хьялмар спустился первым, с грохотом перепрыгнув через камни. Его глаза горели восхищением, смешанным с воинственным азартом.
— Вот это удар! — закричал он, оглядев труп великана. — Ярл Анджей Великанья Смерть из клана Тордаррох! Ты заслужил это прозвище! Никто на Скеллиге не сможет усомниться в твоей силе!
— Хорошая работа, — похвалил Геральт. — Ты отлично сражался.
Лютик, спустившись одним из первых, выглядел ошеломлённым. Он несколько секунд молча смотрел на великана, потом повернулся ко мне, с воодушевлением воскликнув:
— Это было невероятно! Я уже представляю, как опишу это в своей следующей балладе. «Чародей, сразивший великана». Впрочем, о названии ещё надо подумать! — его голос полнился вдохновением, словно он уже сочинял строки в голове.
Керис подошла чуть позже, оценивающе посмотрев на мёртвое чудовище. Она нахмурилась, а затем взглянула на меня. В её глазах читалось одобрение.
— Не думала, что получится так быстро, — призналась она, слегка улыбнувшись. — Но ты справился. Ты будешь хорошим ярлом.
— А меня спросить никто не хочет? — недовольно спрашиваю я.
— Боюсь, что слухи о сегодняшнем дне быстро разойдутся по всему Скеллиге. А люди клана Тордаррох уже не примут никого кроме тебя, мой ярл, — произнёс подошедший Торфин.
Торфин подошёл ко мне ближе, опустившись на одно колено и склонив голову, как того требуют древние обычаи. Он держал в руках свой лук, уперев его в землю и обхватив обеими руками, словно готов был принести клятву верности.
— Мой ярл, — произнёс он. Его голос звучал торжественно и немного хрипло. — Я, Торфин Вороний Глаз, клянусь служить тебе верно и честно, как моим предкам было угодно. Буду защищать клан Тордаррох и его честь до последнего вздоха. Пусть предки услышат мои слова и примут эту клятву.
Он поднялся и протянул мне свой лук — это был символический жест, означавший, что он признаёт мою власть и готов отдать свою жизнь за своего нового ярла. Обычай требовал, чтобы я коснулся оружия и принял клятву.
Я наклонился и сжал лук в своей руке. Что ж, отступать мне уже некуда.
— Клянусь быть достойным твоей верности, Торфин, — ответил я. — И приложу все усилия, чтобы возродить клан Тордаррох и вернуть ему былую славу.
Когда я отпустил лук, Торфин поднялся и снова встал прямо. Позади него другие выжившие из клана Тордаррох начали подходить, чтобы также отдать клятву.
Вокруг нас царила тишина, нарушаемая лишь шёпотом ветра и клятвами, что отдавали люди клана Тордаррох. Это был древний ритуал, который не изменялся веками. Теперь Ундвик мой. Не думал я, что, отправляясь в путешествие на острова, обзаведусь новым домом.
Когда все присутствующие закончили, я поднял руку и произнёс:
— С этого дня мы вместе. Мы возродим эти земли и великая слава клана Тордаррох снова засияет, как прежде.
Харальд, который до этого стоял в стороне и наблюдал за происходящим, шагнул вперёд. В его взгляде смешивались усталость и какое-то странное облегчение. Он выглядел так, словно сбросил с плеч непосильную ношу.
— Хм, — пробормотал он, опершись на свой треснувший меч. — Ну что ж, вот и всё. Поздравляю тебя, ярл Анджей… Теперь ты тут хозяин. — Он горько усмехнулся. — А мне остаётся надеяться, что ты справишься лучше, чем я.
Он бросил взгляд на своих бывших людей, которые теперь присягнули новому ярлу, и добавил с ноткой грусти:
— Не подведи их. Тордаррохам пришлось через многое пройти… Им нужен кто-то, кто сможет дать им новую надежду. Но у ярла должен быть и символ власти. Боевой молот Тордаррохов — символ нашего рода. Когда напал великан, я спрятал его у старого маяка, что у Дорве. Возле южной стены, слева от ступеней, я закопал его в сундуке. Найдите его.
Торфин кивнул и повернулся ко мне с уважением в глазах:
— Мы найдём его, мой ярл, и принесём тебе. Символ рода Тордаррохов вновь окажется в руках того, кто достоин его носить.
Я взглянул на тех, кто окружал нас, — лица суровых воинов, переживших утрату и разруху. Они смотрели на меня с надеждой, ждали моих слов. Я сделал шаг вперёд и сказал:
— Я приму вашу присягу и возглавлю клан. Нам предстоит тяжелый путь, но я сделаю всё, чтобы клан Тордаррох вновь восстал из пепла. Мы вернём наш дом.
Воины ответили одобрительным гулом, поднимаясь на ноги. Харальд посмотрел на них, затем снова на меня. Его взгляд был уже спокойнее:
— Может, у тебя и получится, — проговорил он тихо. — Уж постарайся.
— Торфин, возьми пару ребят и отправляйтесь к маяку. Мы же разведём сигнальный костер. Пора возвращаться, — отдал приказы я.
Глава 21
Возвращение в Каэр Трольде
(Бечено)
К ночи корабль причалил в уже относительно безопасном порту, а команда очередями ходила смотреть на труп великана. Для многих это было что-то вроде маленькой победы — увидеть, что эта тварь сдохла и остров в безопасности. В силу того, что я теперь ярл целого клана, мне и уже моим людям требовалось хотя бы приблизительно оценить, что сейчас есть на Ундвике и что мы будем восстанавливать в первую очередь.
На
