Дэми опустился в одно из больших кресел и кивнул на второе. Я послушно села: разговор будет долгим. Сердце то замирало, то пускалось вскачь в предвкушении… А в кончиках пальцев активно стучат ток. Чего я ждала? Понимания, почему же тот удачливый парень превратился в чудовище. Кто его так изуродовал?
— Но перед свадьбой на фирму наложили арест, — тихо продолжил Дэми. — Тогда ещё Криса не было, Макса охранял только я. — Он горько усмехнулся, и я увидела, как в глазах мужчины мелькнула боль, а губы искривились в гневном оскале. Видимо, он до сих пор не сумел себя простить за то, что случилось.
Я подалась вперёд, стараясь не пропустить ни слова. Даже дыхание затаила и сжала пальцы в кулаки.
— Незадолго до этого Максу удалось заключить выгодную сделку, выхватить несколько крутых спортклубов в центре города по дешевке, — сухо проговорил Дэми. Он откинулся на спинку кресла и бросил жёсткий взгляд на фото Дорогова. — Для конкурентов он стал молодым выскочкой, которому слишком везёт. Владимир намеренно угнетал эти клубы, давил их шантажом, подсылал бандитов, запугивал владельцев, чтобы потом выкупить за копейки и заполучить прибыльные места. Но Макс ловко утащил добычу из-под носа Дорогова, чем подписал себе приговор. Я тогда говорил, что все эти шальные игры аукнутся, но Макс не слушал. Смеялся. Вел себя неосторожно, доверял слишком многим, за что поплатился. Через несколько месяцев Дорогов размазал Макса во время тендера, выкупив через подставных лиц пятьдесят процентов акций фирмы. Он в наглую захватил помещения, запугал служащих и, когда Макс с Кариной приехали на работу в офис, их уже поджидали. Скрутили всех, обезоружили. Дорогову недостаточно было растоптать Макса, он захотел посмеяться ему в лицо, увидеть крах удачливого выскочки, что перешел ему дорогу. И сделал это: смешал Макса с грязью так, что даже думать нечего было о том, чтобы снова пытаться заняться бизнесом. Не в этой стране…
Дэми замолчал, а я смотрела, как танцевали на щеках охранника желваки, как мрачнел взгляд и понимала, что он подошёл к самому болезненному. Сердце пропустило удар от страшной догадки, когда мужчина проговорил ещё тише:
— Дорогов посмотрел на растерянную и испуганную невесту Макса и посетовал, что такой красивой женщине придётся умереть в нищете. А Карина вдруг бросилась перед ним на колени. Она просила взять её с собой. Унижалась, как последняя шваль, — Дэми сжал подлокотник, и под пальцами мужчины затрещала ткань. — Дорогов расхохотался и заявил, что если невеста хорошо отсосёт ему, то подумает над ее предложением.
— Нет, — ощущая, как немеют щёки, прошептала я.
Дэми кивнул:
— Она сделала это, Поля. Причём так умело, что ни у кого не осталось сомнений, что девушка лишь изображала из себя невинность. А потом Дорогов опрокинул её на офисный стол, задрал ноги, разорвал белье и… Это гадко вспоминать, — захрипел мужчина и потер лицо.
— Садист, — процедила я.
Сердце билось часто и гулко, во рту пересохло. От понимания, что наши с Максом судьбы переплелись так болезненно, так причудливо, так крепко, что никому не выпутаться без потерь, болезненно сжалось всё внутри. Я не собиралась оправдывать монстра, — он почти сломал меня, желая видеть во мне такую вот Карину, — но сейчас я знала, что под личиной монстра скрываются незаживающие раны. И мне было страшно, очень страшно даже представить, что Макс чувствовал в тот ужасный день.
— Ты спрашивала, почему он боится высоты? — горько проговорил Дэми — Ох, Поля, я не имею права тебе это рассказывать. Макс должен сам.
Он судорожно вдохнул и посмотрел на меня с яростью:
— Я был против того, что сделал Макс в казино, но не мог упрекать или мешать. Не потому, что он босс, а потому… — Дэми замолчал и откинулся на спинку кресла, закрыв глаза, глухо проговорил: — Прости, Поля. Ты просто попала под горячую руку.
Я перевела взгляд на стену, чтобы внимательнее рассмотреть девушку. Большие тёмные глаза, приятная улыбка, мягкие волосы, сногсшибательная фигурка. Мне стало интересно:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так она вышла за Дорогова?
— Что? — распахнул глаза охранник и расхохотался. От его нехорошего смеха мне словно наждачкой провели по спине. — Скажешь тоже. Это Дорогов! У него в России жена, ты не знала? Он женился лет двадцать-тридцать назад на девчонке из какой-то деревни, а, когда она родила ему наследника, упрятал в психушку. Я слышал, что она умом тронулась, потому что ублюдок трахал шлюх при ней, а её в это время отдавал своим охранникам по очереди или вместе… — охранник покосился на меня и нахмурился: — Ох, что-то я разговорился, Макс меня прибьет. Скажу последнее — Дорогову жена не нужна. А вот любовниц у него десятки. И Карину, как я знаю, он до сих пор держит при себе. Хотя обычно меняет девчонок раз в месяц. — Дэми скривился и процедил: — Видимо, она оказалась особо… умелой.
Я не могла усидеть на месте. То, что обрушил на меня Дэми, оглушало до нечувствительности щёк, мне резко поплохело, перед глазами заплясали темные мушки. Охранник вскочил, помог мне лечь, принёс воды, долго извинялся и, потоптавшись, пробормотал, что будет за дверью. И вышел.
Я же, обхватив себя руками, дрожала всем телом и во все глаза смотрела на изображённое на стене чудовище. Нет. На двух изображённых чудовищ, которые растоптали сердце, искромсали душу, изувечили личность моего монстра. Даже самой захотелось метнуть в них пару ножиков. И от осознания той боли, которую пришлось пережить Маску, из глаз лились слёзы. Да, Честенер подло и низко поступил со мной, но… Могу ли я хотя бы посочувствовать? Не пытаясь понять, не думая простить, просто видеть его нескончаемую боль и помочь хоть немножко с ней справиться?
Я резко села в кровати и бросила опасливый взгляд на папку, которая всё ещё лежала на резном столике из красного дерева. Выглядело это так, будто от неё по витым ножкам стекали потоки крови. Так и будет. Лишь бы у меня хватило мужества сделать то, что собираюсь предложить Максу.
Глава 46. Поля
Весь день я ходила из угла в угол, нескончаемое число раз просматривая папку, с безразличием жевала то, что приносил Дэми, отмахнулась от привезённой курьером одежды.
Позже охранника сменили те самые молчаливые негры. Поначалу мне мешало их присутствие, а потом я их перестала замечать, будто они слились с терракотовыми стенами в гостиной.
Покусывая карандаш, я лежала на круглой кровати и правила чужие переводы. Мой план с каждым листком обретал более яркие контуры, я всё сильнее верила, что смогу это сделать. Но что скажет Макс?
Когда я успела намять себе ребра в кровати, пока изучала документы, почти стерла стопы, пока бродила по коридору и гостиной и прислушивалась к каждому шороху за дверями, а за панорамным окном пентхауса потемнело грозовое вечернее небо, вернулся Честенер. Макс был ещё мрачнее, чем раньше. Не глядя на меня, не отвечая на приветствие, он прошёл к барной стойке и, плеснув в стакан виски, замер ко мне спиной.
Заметив на рукаве его пиджака чёрную повязку, я всё поняла. Сердце болезненно сжалось, на глаза навернулись слёзы. Я приказала себе собраться и деловым тоном проговорила:
— Хочешь раз и навсегда уничтожить Владимира Дорогова? Я помогу.
— Дэми язык нужно подрезать, — проговорил он сухо и, повернувшись, сел на высокий стул. — Предлагаешь оттрахать девок Дорогова ради мести? У меня женилка отвалится, — он стиснул губы и, покачав головой, выпил стакан виски одним махом. Затем повернулся за добавкой.
Я заметила, как дрожат его руки, как горлышко бутылки ненормально цокает по краю стакана. Макс яростно выругался, отставил в сторону виски и сжал сильно край гладкой поверхности, отчего стойка скрипнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я в душ, — проговорил мужчина напряженно, — мне нужно смыть с себя мерзкую пыль кладбища, — он обернулся через плечо и всмотрелся в мое лицо мутным взглядом, а затем немного мягче сказал: — Не играйся в эти игры, По-ля. Они тебе не по зубам. Я придумаю, как защитить тебя, как спрятать от Дорогова, и тогда ты будешь свободна, — Макс развернулся и быстро пошел в ванную, хлопнув дверями так, что задрожали хрустальные люстры над головой.
