она и тут же посмотрела вправо.
Полкан оглушительно лаял на кого-то в кустах, а Михалыч крутился рядом.
– Что случилось? Как он? – выпалила Марина Дмитриевна.
– Без сознания, – всхлипнула Инна, почувствовав, что может немного расслабиться. – Это я виновата! Это я!
– Прекрати истерику! Займись делом! Ты в скорую позвонила?
– Нет. У меня с собой нет телефона.
– Кто-нибудь в скорую сообщил? И полицию?
– Я. В скорую, – разревелась Маша.
– Сергей, осмотри парня! – приказала Марина мужчине и, поймав удивленный взгляд Инны, пояснила. – Это мой друг Он хирург.
Мужчина наклонился над Сашкой, потрогал пульс.
– Хорошо, что нож не трогали. Парень жить будет, но его надо срочно доставить в больницу. А сейчас надо обездвижить нож в ране. Нужна длинная ткань.
– Я сейчас, – вскинулась Инна и помчалась опять к домику сторожа. – Клавдия Ивановна, дайте чистую простыню и ножницы.
Перепуганная повариха выскочила на крыльцо.
– Как же так? Это же лагерь! Инна, как же так?
Но Инна ее не слушала, она выхватила из ее рук пакет и помчалась обратно. Хирург осторожно отодвинул ткань футболки вокруг раны и залил кожу перекисью водорода. Потом осторожно обработал края раны йодом. Он разрезал простыню на широкие лоскуты и с помощью Марины зафиксировал нож на ране.
Первые капли дождя ударили по асфальту.
– Его надо перенести в медпункт, но он такой тяжелый! Нам одним не справиться.
Со стороны озера раздался крик. Все невольно посмотрели туда. Инна увидела, как из кустов показались Света и Леша. Девушка увидела рядом с собой Полкана и закричала. А где-то рядом опять плакала девочка. «Откуда здесь ребенок?» – мелькнула у Инны мысль, но она тут же о ней забыла.
– А может, оставим его на асфальте? Закроем брезентом?
– Он замерзнет. Сейчас как ливанет! Позвоните в скорую, когда они приедут?
Диспетчер скорой помощи сообщил, что машина уже в пути и нужно подождать пятнадцать минут.
– А если отнести его в дом к Михалычу? – предложила Инна трясущимися губами. – Лешка, Света, бегите сюда!
Она опять бросилась к домику и вместе с Клавдией Ивановной они нашли широкий лист отделочной панели, легкой и достаточно прочной, чтобы тащить тяжелого раненого по асфальту.
Сашку окружили, осторожно приподняли над землей и положили на лист. Кое-как дотащили его до калитки домика сторожа, снова приподняли и положили на доски крыльца: все же под навесом, защищен от дождя, который припустил не на шутку. На горизонте сверкали молнии, раскаты грома раздавались неожиданно над головой, и тогда все вздрагивали и прятали голову в плечи.
Инну трясло. Рядом тихо плакала Света. Где-то в лесу лаял Полкан. Михалыч, промокший насквозь, метался вдоль дороги. Марина Дмитриевна в беседке во дворе разговаривала с другом. В кухне повариха отпаивала чаем Лешку, который все время рвался к брату, но его не пускали.
Сашка так и не пришел в сознание. Кожа побледнела, глаза провалились. Повязка на животе окрасилась кровью. Лед, который хирург положил в пакет и пристроил поверх повязки, растаял. Его дыхание раненого было хриплым и поверхностным.
Инна взяла друга за руку и нащупала слабый пульс.
– Слышишь? – встрепенулась Света.
– Что? Опять девочка плачет?
– Какая девочка? Ты, о чем? Сирена скорой.
Инна прислушалась: действительно издалека доносился пронзительный звук сирены. Медсестра сжала холодные пальцы Сашки, слезы снова покатились по щекам.
Наконец приехала скорая помощь, а следом за ней – полиция, и все завертелось. Сашку увезли, но сопровождать его отправился друг Марины Дмитриевны: остальным следователь приказал оставаться на месте.
Где-то в стороне пляжа лаял Полкан. Он то взвизгивал и скулил, то снова заходился заливистым тявканьем. Следователь приказал Алику собрать всех причастных к событию сотрудников лагеря в беседке для дежурных и не отпускать, пока он не разрешит.
Инна окинула взглядом присутствующих: Алик, Света, Леша, Марина Дмитриевна, Маша и она. Они стояли плотной кучкой, наблюдая, как оперативники бегут на голос собаки. Прошло несколько минут, и вот они уже идут обратно, держа за руки Вадима. Маша бросилась под проливной дождь к жениху.
– Господи! Как ты мог?
– Уйди!
Инна наблюдала за происходящим будто издалека. Все ее мысли и чувства были с Сашкой. Он так и не пришел в сознание, а это был тревожный знак.
– Есть внутреннее кровотечение, – тихо сказал Марине Дмитриевне хирург, когда раненого положили на носилки и понесли к машине.
Его слова вызвали истерическую дрожь во всем теле Инны. Они с доктором шли рядом, закрывая носилки от моросившего дождя зонтами. Скорая отъехала, Инна вернулась под крышу, но дрожь только усилилась. Медсестра так громко стучала зубами, что этот звук слышали окружающие.
– Ну, что ты! Не надо! – обняла ее крепко за плечи Света и заплакала. – Это все случилось из-за меня.
Скорая уехала, Вадима посадили в полицейскую машину. Услышав возбужденный голос сторожа, который тоже прибежал под крышу беседки, Инна сконцентрировалась на происходящем.
Михалыч привязал Полкана к столбику, но тот не захотел стоять под дождем. Он вспрыгнул на пол беседки, встряхнулся хорошенько, обдав сжавшихся людей брызгами воды, и улегся в уголок, ни на кого не обращая внимания. Во влажном воздухе запахло мокрой шкурой. Свидетели забились в уголок и были напуганы, зная злобный характер собаки.
– Михалыч, ты не мог бы отвести овчарку домой? – тихо спросила Марина Дмитриева.
– Да, ладно вам. Он сейчас со мной, поэтому не бойтесь, никого не тронет. Вы только послухайте, что я скажу. Представляете, – рассказывал Михалыч, – мы нашли этого парня почти сразу.
– Разве он не убежал в лес? – поинтересовался Лешка. – Мы со Светой шли со стороны пляжа, но никого не видели.
– Да, знаете, как я испугалась, когда увидела, как здоровенная псина мчится на меня! – Света вытянула руки. – Смотрите, до сих пор руки дрожат.
– Убежал, только кто-то неизвестный его поймал и привязал к дереву.
– Как?
– Вот так! Брючным ремнем. Он стоял на цыпочках, едва дыша, потому что кожа ремня врезалась в живот, и скрипел зубами от ярости.
– Погодите, длины ремня не хватит, чтобы человека пристегнуть к дереву, – воскликнул Алик.
– А ты замерял? – повернулся к нему Михалыч?
– Нет.
– Вот то-то и оно, паря. Хватило, а вот длины рук не хватило, чтобы ремень сзади расстегнуть. Уж как этот женишок выворачивался, ничего не вышло. Я едва удержал Полкана, чтобы тот его не покусал.
– Надо было не держать! – резко сказал Лешка.
– Зачем вы так? – расплакалась Маша. – Вадим неплохой парень.
– Да-да, защищай его, девонька, а потом он и тебя ножом пырнет. Ежели осмелился поднять руку на человека, не думая о последствиях, значит, и на другого замахнется.
– Ладно тебе, Михалыч. Хватить
