поспевая за майором, отрицательно покачал головой и тихо предложил:
– Давай ее с собой заберем?
– Ты чего? С ума сошел, что ли? – буркнул Игорь, не оборачиваясь.
– Да, погоди…, она волей или неволей должна многое знать. «Наедем» на нее, глядишь и заговорит.
– Что, она может знать? – со злостью спросил Захаров останавливаясь. – Ты посмотри на нее, на кого она похожа. Ее же так шарахнуло, что она еще очень долго не оклемается. Да, и где ее поселять? А, самое главное на каком основании?
– Да, решим мы этот вопрос, подлечим маленько… Ну, что-то же она нам расскажет!
– Может быть, ты и прав конечно, – озадаченно пробурчал Игорь. – Ладно сажай ее в машину, надо линять отсюда.
– Во блин! – воскликнул Смирнов, таращась внутрь вещевого мешка.
– Чего там еще не так? – спросил Игорь, озираясь по сторонам.
– Да, тут денег зеленых не мерено, – прошептал тот растеряно.
– Хрен с ней, с зеленью, давай отсюда ноги «делать».
Погрузив тело товарища в багажник, на собранное в доме оружие, новенький Мерседес медленно покинул двор, шурша щебенкой. Огонь в доме добрался уже до третьего этажа, яростно пожирал внутреннее убранство, треща от удовольствия, сметая на своем пути все, начиная от паркета начищенного до блеска, кончая подвесными потолками и дорогими портьерами. Когда машина с нарушителями спокойствия вырулила на центральную трассу, дом Валета уже был весь объят пламенем, а густые клубы дыма яростно клокотали с языками пламени, из оконных проемов.
– Не рви сердце, Игорь Владимирович, – посоветовал Смирнов. Глядя в зеркало заднего вида, на хмурое лицо майора. – Мы же хотели как лучше…
– А получилось как всегда! – перебил его тот, нервно дымя сигаретой. – Такого человека погубили, из-за того, чтобы на морду этого Валета посмотреть. А что толку? Один хрен сдох, ничего не сказал, волчара!
– Я, все понимаю, но ты, же сам видел, что у этих сволочей даже гранатомет был, со снайперской винтовкой. Добавь сюда кучу Калашниковых и пистолетов. Это же целый арсенал! Все, это осиное гнездо нужно было разорить еще раньше, – с остервенением пробурчал товарищ, переключая передачу. – Страшно представить, если бы эта мразь вылезла с этой кучей железа на улицы города. Вот отстреляем все стволы, по пуле – гильзотеке проверим. Уверен, что-то да накопаем. Может и эта куколка зачирикает, – капитан кивнул на закутанную в кусок брезента блондинку. Которая все еще не отошла от взрывов и теперь глупо улыбалась, глядя по сторонам. – Не зря мы этот гадюшник ковырнули, в любом случае, – пробормотал Смирнов. Зубами доставая из пачки мятую сигарету.
Вскоре ночную тишину разорвал вой милицейских сирен, а по встречной полосе, на большой скорости промчалось несколько грузовых машин.
– Вовремя мы оттуда «нарезали», – пробормотал Шура. Провожая машины тревожным взглядом.
– Да, оперативно они среагировали, – поддакнул капитан закуривая.
– Мне очень плохо, – вдруг тихо проговорила женщина, морщась! – Меня сейчас вырвет.
– С чего это вдруг? – уточнил Смирнов. Подозрительно глядя на пленницу.
– Голова болит страшно. – выдавила хрипло женщина. – Меня сейчас вырвет, остановите…
– Чего будем делать? – спросил Шура. – Контузило наверное…
– Сейчас поворот будет справа, дорога к реке ведет, – проговорил Захаров, напряженно всматриваясь. – Мы там, когда-то с Рафиком рыбачили! Давай туда, место там тихое, пускай отлежится, да и мы перекурим.
Прохладная ночная тишина, с чистым до головокружения воздухом, действовала успокаивающе.
– Хорошо то здесь как! – вздохнув пробормотал Смирнов. Глядя на темное небо, усыпанное россыпью звезд. Слушайте, я тут, бутылочку виски прихватил в доме покойничка. Давайте по глотку употребим, чтобы стресс снять.
– А заодно посмотрим, пока девка в кустах, чего ты там в сейфе забрал, – задумчиво пробормотал Игорь.
– Давай, – ответил тот, делая глоток из бутылки, – Фу! Ух, гадость! Не виски, а одеколон гольный. Ну, что тут у нас? – пробормотал он, вытряхнув содержимое из вещевого мешка прямо на песок.
– Ничего себе…! – прошептал тихо подошедший Шура, – А, мы чего, подпольный банк грабанули?
– Вот это да! – еле выговорил Смирнов, судорожно. Рванув рукой ворот рубашки. – Баксы, акции, наркота, шприцы… Сколько же здесь денег? Я, никогда столько денег не видел.
– Что же это…, что же это такое? – шептал инструктор. Стараясь рассмотреть при свете луны, содержимое мешка.
– Это? По всей видимости…, по всей видимости – это «общак» воровской, – заключил майор, нервно чиркая зажигалкой. – Мы, конфисковали воровские деньги. Теперь, друзья мои у нас образовалась куча кровников.
– Да, плевали мы на этих убогих! – выпалил Смирнов, с остервенением. – Выходит, мы выдрали у них жало? Они же без денег и оружия – пустое место.
– Да, с размахом работают ребята, – пробормотал Игорь. Качая головой, перебирая при этом пачки долларов. – Акции ведущих предприятий страны, доллары в банковских упаковках. Конечно это часть «общака», другая где-то в банках на депозитных счетах наверняка, может и за «бугром»… Можно предположить, какие у них обороты!
– Вот это да! Вот это деньжищи! – шептал Шура, проверяя настоящие это банкноты, или нет.
– Что же будем делать с этим богатством? – спросил капитан, отхлебнув из бутылки, – понятых не было. Может возьмем понемногу, а то – зарплату нач. фин, опять на пару месяцев задержит?
– И мне жене с дочкой сапоги нужно покупать, – пробормотал Шура.
– Хватит болтать! – рявкнул Игорь. – Дай хлебнуть глоток. Шура, глянь девку, а ты собери все. Она видела, что ты сейф «колол»?
– Да, хрен ее знает, – пожав плечами, отозвался тот, собирая бумаги, – вроде как нет. У нее сейчас свои проблемы, со здоровьем.
– Значит, могла и видеть, – подытожил Захаров.
– Эй! Быстрей сюда, девке совсем стало плохо, – донеслось из кустов.
Лариса Ситникова, так величали любовницу Валета, потеряв сознание, упала на мокрый песок, уткнувшись в него лицом. Столь резкое изменение в ее жизни, было для нее ужасным потрясением. Вся эта стрельба, в результате которой получил смертельное ранение в живот, хоть и не любимый, но близкий человек. Лопнувший почему-то череп, у стоявшего рядом с ней гостя, брызги его жирного мозга, кровь от его рук, словно обожгли, опалили и перевернули ее сознание. Все это происходило словно в каком-то кошмарном, ужасном сне. Из-за стрельбы и грохота взрывов в замкнутом помещении она потеряла слух и теперь, вместо привычных звуков, в ушах у нее стоял тяжелый звон, который то усиливался, то уменьшался, а рвотный спазм от контузии, запаха горелого человеческого мяса мешал дышать.
– Сердце работает через раз, – заключил Смирнов, проверив на шее пульс. – Кровь из носа хлещет. Что делать будем?
– Вот напасть! – чертыхнулся майор, садясь рядом на корточки. – Довезем?
– Ей бы отлежаться маленько. – ответил капитан.
– Ладно, есть тут недалеко сараюшки, от летнего лагеря пастухов, поехали.
