Читаем без скачивания Лена Сквоттер и парагон возмездия - Леонид Каганов

— Вам холодно? Могу закрыть окно… — Мужчина удивленно повел бровями в сторону обломанных рукояток, и параллельно зашевелились усы, словно внутри черепа они были связаны с бровями проволокой.

— Грешно ездить простоволосой под крышей авто, — сообщила я кротко.

Мужчина ничего не ответил, хотя, как мне казалось, должен был. Несколько минут мы ехали молча.

— Вы не спросили, куда я еду, — наконец вымолвил он.

— Вы едете в город. Я помолила Господа, чтобы он мне послал попутное авто, идущее в город, и чтобы водитель оказался человеком верующим, и взял недорого. И вот я здесь. Спасибо вам. Спасибо Господу.

— Девушка, так вы верующая? — удивился водитель.

— Разумеется, верующая. А вы разве нет? — Я приняла изумленный вид. — Как же так? Разве же может человек существовать без веры? Без веры человек слеп, никчемен и ничтожен. Помните, как сказано в Евангелие от Иакова? "Да воздаст Сущий по вере, ибо не вера греха ведет в геенну огненную, но безгрешность веры есть поводырь твой и пастырь, ибо такова воля Отца небесного и Сына его…" — Первые минуты после входа в образ импровизации обычно давались мне без необходимой легкости.

— От кого Евангелие? — переспросил водитель.

— От Иакова, одного из двенадцати апостолов. Это апокрифы, которые не все признают. Но как можно отвергать писание одного из апостолов?

— Вы сектантка? — наконец догадался водитель, глянув на меня с подозрением и любопытством.

— Это не имеет никакого значения. Я обиженно поджала губки. — Господь сделал нас равными и дал нам веру. Я верую в Иисуса Христа Спасителя Единого.

— А почему вы не носите крестик? — начал было водитель, но я перебила:

— Понимаете, Бог— это спасение. Это очень просто, я сейчас объясню. Наша жизнь коротка и полна страданий. Она кончится, но душа бессмертна! Впереди нас ждет жизнь вечная, полная либо блаженства, либо страшных мук в Аду. Бог хочет, чтобы мы пришли к нему. Бог любит нас и хочет сделать так, чтобы мы спаслись! Но не все дают ему этот шанс. Я ведь тоже когда-то была неверующей, как вы! Я тоже когда-то полагала, будто труд сделал из обезьяны человека, лень сделала из обезьяны свинью, беготня сделала из обезьяны коня, и так далее по Дарвину. Я родилась в семье атеиста, коммуниста, секретаря райкома… — Я поймала в зеркале его изумленный взгляд и осознала промах: на возраст райкомовской дочки я никак не тянула. — Лишь благодаря Господу я выгляжу на тридцать лет моложе. К тому же я была очень поздним ребенком, — добавила я. — Послушайте дальше. Мои строгие родители не позволяли мне думать о Боге. Знаете, как говорил мой отец? — Я сделала паузу, с удовлетворением почувствовав, что вошла в форму и полностью контролирую это несчастное авто со всем его содержимым.

— Как?

— Мой отец говорил: Бога нет, дочь моя. Если бы он существовал, наш мир бы не выглядел так ужасно. Все свидетельства существования Бога недостоверны.

— Недостоверны?

— Так говорил мой отец. Если бы Бог существовал, он бы не проявлял свою волю столь редко и по таким пустякам. Умный человек, говорил мой отец, не может быть верующим. Лишь закон природы, случайный слепой закон природы действует над нами! Мы все появились вовсе не Божественной волей, а в результате векового естественного отбора, в жестокой конкурентной борьбе, где выживал самый приспособленный. Вовсе не божественная десница подарила человеку разум, а лишь умение прогнозировать и смотреть в будущее, чтобы выжить. Так говорил мой покойный отец.

— Ваш отец умер? — спросил водитель.

— Ему примотали скотчем колени ко лбу, вставили в задницу семидесятимиллиметровый снаряд от пушки и сбросили капсюлем вниз на бетон с третьего этажа… — Определенно я чувствовала прилив вдохновения.

— Почему?! — изумился водитель, начиная нервно топтаться волосатыми пальцами по баранке, обмотанной мерзейшей изолентой.

— Люди не ведают, что творят. В начале девяностых он занимался большим бизнесом. Очень большим. Что-то с торговлей оружием. Теперь я сирота. Поверите ли, у меня нет ни копейки.

— От отца совсем ничего не осталось? — участливо спросил водитель.

— Нашли только нижнюю челюсть.

Водитель открыл рот и закрыл. Искусству давать не те ответы, которых ожидает собеседник, я научилась еще в школьном классе информатики, впервые попав в чат.

— Вы не подумайте, — произнесла я, выдержав необходимую паузу, — мой отец был очень хорошим человеком.

— Я и не думаю…

— Он всегда был добр ко мне. Он был замечательным отцом. — Я всхлипнула. — Все эти годы я молю Бога за упокой его грешной души. Мне больно думать, что он обречен на вечные муки лишь потому, что не встал на путь спасения, который предлагал ему Господь… Вы понимаете, почему я стала верующей?

— Теперь да…

— Нет, не понимаете. Я вам сейчас расскажу, и вы поймете. Мой отец был очень умным человеком. И он был абсолютно прав во всем. Но он был продуктом своей неудачной эпохи и не умел прогнозировать последствия — чем и поплатился, утеряв жизнь земную и жизнь вечную. Человек отличается от животного тем, что умеет рационально думать о последствиях. Ваше авто застраховано?

— Что? — встрепенулся он.

— Я спрашиваю, ваше авто застраховано? Вот это вот, ваше, на чем вы тут ездите?

— От гражданской ответственности, само собой…

— Нет, от разрушения, порчи, угона — от всего, что может случиться именно с ним.

— Ну… э-э-э…

— Очень плохо. Я понимаю широту ваших provincial нравов, но что лично мешает вам сделать страховку? Не отвечайте! Я отвечу за вас: вы не думаете о последствиях. Ладно, идем дальше: ваше имущество и жизнь застрахованы?

— Что?!

— А я вам отвечу: нет. Ваш дом застрахован от пожара и наводнения? Нет. Потому что вы — неверующий в пожар. Пожара нет и не может быть, рассуждаете вы. Пока он не случился у вас. Ладно, дом. А если завтра вам потребуется пересадка почки? Вы об этом тоже не хотите думать. А вдруг не понадобится, рассуждаете вы, чего бояться раньше времени? Да? Но ведь сделать хорошую медицинскую страховку стоит не такого уж обременительного бабла. Что мешает? А мешает вот это ваше советское воспитание, вбитое в голову с детства. Пожара нет, река на уровне, почки исправно жмут мочу, чего бояться? Так?

— Но…

— Не «но»! Так вот послушайте: разве вы человек? У вас нет ни души, дарованной Богом, ни разума, вылупившегося в процессе эволюции! Разума, который способен заранее прогнозировать любые последствия — и вероятные, и маловероятные. Вы рассуждаете так: я практически уверен, что Бога нет. Вера — глупость, рассуждаете вы.

— Но…

— Не «но»! По-настоящему трезвомыслящий человек не допустит, чтобы что-то пошло на самотек без его контроля. Если ты садишься в машину к человеку, который может оказаться маньяком, — ты просто обязан принять эффективные меры, чтобы маньяк был раздавлен и морально парализован раньше, чем проявит себя. Даже если твои предположения ошибочны, даже если такая вероятность мизерна. И в этом отличие человека разумного, который действительно умеет приспосабливаться и выживать в любых условиях. Ясно? Теперь посмотри на себя. Вот ты не веруешь. Такие, как ты, если и приходят к Богу, только после пожара: умирая в реанимации от ожогов с отказавшими почками, исповедуясь в грехах перед скорбным взглядом усталого больничного попа. А это все равно что пытаться выбить компенсацию, впервые в жизни постучавшись в страховой офис с фотками дома, каким он был до пожара. Как думаешь, выплатят страховку в этом случае?

Усы водителя дрожали. Казалось, дрожало и само авто, хотя, возможно, дело было в прогнивших рессорах.

— А теперь, внимание, что я тебе скажу. Я тебе открою глаза на то, что до самой смерти не понял мой отец. Слушай внимательно: умный атеист не может не быть верующим. Ясно? Вера не иррациональна. В жизни не существует ничего, что было бы рациональней веры, поскольку рационализм веры выходит за пределы жизни. Вера — это та самая страховка, которую мы платим в течение всей жизни на тот случай, если Бог все-таки есть. Понял?

— Э-э-э…

— Я повторю еще раз: вера — это страховка, которую обязан платить любой здравомыслящий атеист на случай, если окажется, что Бог все-таки есть! Это тест на недальновидность, который проваливают все homo ydiota атеисты и проходят все homo sapiens advanced. Неужели ты до сих пор не догадался, что вера в Бога — это тот же самый естественный дарвиновский отбор? Только он отбирает не приспособившиеся к жизни тела, а приспособившиеся к смерти души! Души тех, у кого хватает расчетливости и дальновидности вовремя озаботиться страховым полисом и соорудить себе пристойную credit history на случай бытия Бога — фантастический случай, который кажется еще менее вероятным, чем пожар в твоей freaking однокомнатной квартирке в кирпичной пятиэтажке!