Леха пытался подколоть Тимофея, сказав, что тому не дают даже простолюдинки. Тимоха злился и кричал, что у этой нет родинки. А та что с родинкой на груди даст ему без проблем.
Потом Тима вспомнил, как Леха спал с теткой, которой сейчас тридцать пять. На что Леха пошутил про возраст и вкус вина. Кстати я с ним согласен. Ведь Лиля Павловна, например, несмотря на свой возраст… Черт, да какая вообще Лиля Павловна? Тут надо данные выпытать.
После бокала пива стало немного туманно. Молодое тело Данила было, что называется, не очень-то проспиртовано. Я вспомнил, что скоро инициация, к которой я еще не готовлюсь.
И чтоб не терять время зря спросил у парней, что почем.
— О, я не знаю, — ответил Леха. — У меня состояние здоровья того. В общем, мне нельзя всяких лишних нагрузок. Но ярлык о прохождении инициации есть. Так что я полноценный наследник, просто не проходил…
— Так, все понятно. А ты, Тим, чего? — обратился к рыжему другу.
— Че? Я ни че? Ты башкой что ли грохнулся, бро?
— Эээ, если честно, то да. Меня ж тогда похищали.
— А, точно, чувак. Ну не знаю, не знаю. Мы ж с тобой договаривались, что шлем подальше наших старперов и живем, как нам хочется. Инициации-хренации. Вон, у меня старший брат. Он — наследник. А я так, бабки трачу, да баб топчу.
— Хех, заметно, как топчешь, — ухмыльнулся Леха.
— Че сказал? Да эту холопку тупую уволят сегодня! Вот так! Я ей покажу, как представителю рода Ждановых хамить!
— Погоди! — оборвал его я. — Но у меня в семье нет наследников. Ну, в смысле, чтоб дела передать. Тем более, это нормально. Инициацию пройдешь, сильней станешь.
— Ахаха-хаха-ха! — взорвались смехом друзья. Леха даже пива носом хлебнул по случайности.
Потом были байки о том, что инициация — это зашквар. Там надо бегать и отжиматься, препятствия преодолевать. В лесу тоже, вроде охотиться. Еще фехтовать, драться и все такое.
Нафига оно нужно парням, если денег и так навалом. Мы новое поколение аристократов. Нам пережитки прошлого ни к чему и так далее.
Не знаю, что сказать. Может, верно. Мы — взрослые вечно тянемся в прошлое. Развитие для нас, как по яйцам серпом. Но с другой стороны, в чем проблема?
Покорячиться пару недель, потом сдать норматив. Разве это большая запара? В свое время, в армии двушку служил и ниче. А тут, веселых стартов каких-то бояться.
Не, даже слушать не стану. Пройду все, как надо, а там видно будет.
— И вот, когда ты проходишь эту инициацию, на тебя сразу ответственность возлагается. Типа ты теперь должен все соблюдать. Честь аристо держать. Короче, если вдруг накосячишь, то совет специальный разбираться начнет. В общем, гемор конкретный, — твердил мне Леха.
Тут его весело толкнул Тима, сказав:
— Слышь, аристо, идем. А что-то мы заржавели.
— Ааа, ну да, надо! — хихикнул пухляш.
Я не понял, в чем дело, но сделал хитрый хлебальник. Мол, мы у мамки те еще заговорщики. Стало немного не по себе. Не люблю, быть не в курсе событий. Но ладно.
Мы встали из-за стола. Вышли на крыльцо и принялись ждать. Наша охрана спустилась, после чего зашла за угол. Минуты через две, мужики к нам вернулись. Сказали, что «будут рядом».
Тогда Тимоха довольно хихикнул, а Леха потер руки. Мы бодро обошли здание бара, оказавшись на заднем дворе.
Там была лавка, небольшая беседка и мусорный бак. А чуть дальше начиналась полоска кустов, переходящая в чащу деревьев.
«Так, и что мы будем делать втроем? Мысли не самые светлые… Может, ну ее на…»
Пока я мучился догадками, насилуя память Даниила, Тимоха достал камень, завернутый в тонкий пакет. Пацан вытащил штуку оттуда, потер ее с деловитым видом, и та загорелась зеленым.
От камня пошел легкий пар, разнесся запах какой-то едкой травы. Тимоха поднес артефакт к лицу и вдохнул чертов дым.
Наркота! Ну конечно. Чем еще могут заниматься мажоры, у которых все есть? Надеюсь, это хоть нечто легкое. А то придется им вместо баров продолжить отдых в могиле.
— Опа, кайф, забористый камень попался, — рассмеялся Тимоха.
— Хорош, дай сюда, — сказал Леха и тоже вдохнул дымка.
Парни предложили и мне, но пришлось отказаться. Во-первых, для меня всегда лучше хлопнуть стакан, чем пихать в себя разную хрень. Во-вторых, дурь может нарушить тело Даниила, мою душу или наш чертов дар.
Так что дымить я не стал. Сказал, что последствия травм, полученных при похищении. Лекарь запретил употреблять все, кроме пива и кваса.
Звучало, конечно, не очень. Но парни тут не настаивали. Им было, что называется, в кайф.
Вскоре мы уселись на гнилой лавке и уставились на кусты, будто там шел интереснейший фильм.
— Листья, вот это красиво. Природа такая прикольная. Если б мог, стал бы деревом, блин, — радостно промямлил Леха.
— Дебил, как пыхнешь, сразу гнать начинаешь, — усмехнулся Тимоха. — Деревья твои — все фигня. Меня вот бедность прикалывает. Не люблю, когда все идеально. Когда жрать на подносе приносят, носки стирают, полы за тобой тоже моют. Вся эта тема аристо офигительно скучная. Я даже выбрал Акулу для наших тусовок. Такая дыра, если так. Но здесь как раз самая жизнь. Без этих дворцов и прислуги.
— Хах, жизнь, ну капец! — не выдержал я. — Вон, грузчиком в магазин устройся. Тогда поживешь прям по полной. У нас полстраны в дерьме возятся. А ты, нищета, нищета! Я вон из нищей семьи и чего? Ни черта хорошего в детстве не видел.
— Что??? — одновременно выпалили друзья.
— Эээ, ничего! Это я представляю. Ну, как бы на твои слова серый отреагировал, — промямлил, понимая, что чуть не спалился.
— Э, Дань, я не понял, кто из нас камень нюхал? Ты, видно, больше нас надышался! Аха-ха-хах! — рассмеялся Тимоха.
Леха же вдруг затих, уставился вдаль и стал тыкать пальцем.
— Пацаны, поглядите! Что там такое шевелится? — тихо произнес он.
Я услышал шорох и заметил,
