Конечно, существовал черный рынок. В машинах, более сложных, чем разрешал закон, нуждались бизнесмены, частные лица и даже само правительство. Люди, такие, как сам Уэйд и его партнеры, ввозили требуемую аппаратуру и ее комплектующие. Официальные лица обычно искали другой путь. С подобной идиотской ситуацией Уэйд сталкивался и в других местах. Он отхлебнул кофе.
И Джуна Бейл… Специалист ее ранга по системам обработки информации была здесь тоже персоной нон грата. Она могла бы отправиться в поездку туристом, но тогда бы пришлось подвергнуться тщательной проверке. Это могло бы сильно помешать Джуне выполнить весьма опасную работу, для которой ее и наняли – организовать и провести на Корлано специальные курсы. Уэйд вздохнул. Он привык к правительственному лицемерию. Когда-то он служил… Впрочем, было ли это вообще? Не стоит снова предаваться неприятным воспоминаниям. Позже дела действительно наладились. Еще несколько рейсов, подобных этому – и он сможет внести последние платежи для оформления развода, заняться судовождением на законном основании, стать респектабельным, может быть, даже процве… Зазвонил внутренний коммутатор. «Да?» – ответил Уэйд.
«Доктор Бейл просит разрешения провести тестирование мозга этой бесхозной штуковины», – сообщил Мак-Фарланд. – «Она хочет раскрыть некоторые панели и подключить оборудование к корабельному компьютеру.
Что скажешь?»
«А это не опасно?» – в свою очередь, спросил Уэйд. – «Что, если она спровоцирует его активность? Иметь дело с берсеркером и так не слишком приятно, а в случае…»
«Она говорит, что может изолировать мозг от системы вооружения», – добавил Мак-Фарланд. – «Кроме того, она не думает, что это берсеркер».
«Почему?»
«Во-первых, по нашим компьютерным данным он не совпадает внешне ни с одним из известных типов берсеркеров…»
«К черту! Это ничего не доказывает! Ты же знаешь, чертова машина может приспосабливаться, изменять форму – в зависимости от полученного задания».
«Во-вторых, она была в группе, занимавшейся изучением потерпевших аварию берсеркеров. Она считает, что этот мозг не похож на то, что встречалось ранее…»
«Хорошо, это ее работа, и я уверен, она хочет, как лучше, но… А что ты думаешь?»
«Мы знаем, она отличный специалист. Поэтому ее и ждут на Корлано. Дорфи все еще считает, что эта штука может пригодиться. А у нас есть права корабля-спасателя. Может, стоит разрешить ей немного покопаться? Уверен, она знает, что делает».
«Джуна сейчас с тобой?»
«Нет, она уже внутри штуковины».
«Похоже, что вы опять обошли меня на повороте? Скажи ей, пусть продолжает».
«О'кей!»
Возможно, это хорошо, что он отказался от своих полномочий, размышлял Уэйд. Всегда трудно принимать решение.
«Танец» Дворжака заполнил все его мысли, и пока он пил кофе, все остальное для него перестало существовать.
Долго дремавшая, скрытая в самых дальних тайниках памяти программа словно проснулась в недрах гигантского мозга берсеркера. В его процессор внезапно ворвался поток новых данных. Он немедленно начал подготовку к отклонению от курса на Корлано. Это не было нарушением добродетели в его понимании (то есть неукоснительного следования цели) а скорее, явилось реакцией на распоряжение Свыше…
Кто положил предел молитве?
С помощью чувствительного тест-оборудования Джуна проверяла совместимость систем. Она манипулировала трансформаторами и преобразователями энергии, добиваясь нужного уровня мощности и частоты напряжения для подключения чужака к корабельному компьютеру. Она заблокировала все линии связи, идущие от этого специфического мозга ко всем остальным системам странного судна. Кроме одной, что вела к его собственному поврежденному источнику энергии. Блок питания мозга был исключительно простым устройством, которое, по-видимому, могло работать на любом радиоактивном материале, помещенном в его небольшую камеру. Сейчас в этой камере содержались только тяжелые инертные элементы. Она освободила ее и очистила, затем снова наполнила топливом из запасов корабля. Она думала, что Уэйд будет возмущаться по этому поводу, но он только пожал плечами.
«Заканчивай», – сказал он, – «чтобы мы могли от него избавиться».
«Мы не сделаем этого! Он уникален!» «Посмотрим…»
«Ты действительно его боишься?» «Да».
«Но теперь он совершенно безопасен!» «Я не доверяю иноземным обломкам!» – воскликнул он.
Она зачесала назад свои тронутые сединой волосы. «Послушай, я знаю, почему тебя тогда уволили из капитанов – ты взял на борт минуловушку, замаскированную берсеркером под спасательную шлюпку», – сказала она. – «Возможно, любой поступил бы так же. Ты думал, что спасаешь человеческие жизни…»
«Я сыграл не по правилам того сектора», – произнес Уэйд, – «и в результате погибли люди. Меня отговаривали, но я поступил так, как считал нужным. Это очень напоминает…»
«Здесь – не зона военных действий», – перебила она, – «и эта штука не может нам повредить». «Ладно, продолжай работать!» Она замкнула цепь и села перед пультом. «Возможно, потребуется время», – констатировала она.
«Хочешь кофе?»
«Неплохо бы!»
Чашка остыла, и он принес ей другую. Джуна ставила вопрос за вопросом, комбинируя различные варианты. Ответа не было. Наконец, она вздохнула, откинулась назад и взяла чашку.
«Что, очень поврежден?» – спросил Уэйд.
Она кивнула.
«Боюсь, что да, но я надеялась, что смогу что-то из этого извлечь – какой-то ключ, намек…»
Она отпила кофе.
«Ключ?» – спросил он. – «Ключ к чему?»
«Нужно узнать, что за аппарат и откуда прибыл. Представляешь, он ужасно древний. Настоящий реликт. Любая сохранившаяся информация была бы просто археологической находкой!»
«Сочувствую», – сказал Уэйд. – «Вот бы ты что-нибудь такое обнаружила…»
Она повернулась на стуле и смотрела в чашку. Уэйд первым увидел сигнал компьютера.
«Джуна! Экран!»
Она развернулась, пролив кофе на колени.
«Черт!..»
Ряды непонятных символов проплывали по экрану.
«Что это?» – спросил он.
«Не знаю – пока», – ответила она.
Она подалась вперед, тотчас забыв о нем.
Уэйд, должно быть, стоял там около часа, прислонившись спиной к переборке, и зачарованно наблюдая за конфигурациями на экране, за движениями ее рук с длинными пальцами, набирающими на клавиатуре безуспешные комбинации. Потом он заметил то, чего не видела она, будучи целиком поглощенной символами.
На левой стороне панели светилась маленькая индикаторная лампа. Он не имел ни малейшего представления, в какой момент она зажглась.
Уэйд шагнул вперед: ведь это означало, что включился звуковой режим работы. Штуковина пыталась установить контакт сразу на двух уровнях! «Ну-ка, попробуем», – сказал Уэйд.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
