И ведь девчонка совсем не понимала своей силы и того, какое влияние кровь нимфы оказывает на все живое.
— Ты что?! Не здесь же! — вяло попыталась возразить Заря, но ее тонкие пальцы уже нырнули в распахнутый ворот мужской рубашки.
И Тихомир, зарычав, подхватил девушку и усадил на гладкую поверхность стола. Мягко вклинился меж разведенных ног, заставил Зарю прогнуться, прижаться теснее, а ладонями огладил изящную спину и бедра, согревая и обжигая полыхнувшим в крови огнем.
Зарета сама себя не узнавала. Ей хотелось кусаться и царапаться, как угодно, но оставить на теле любимого свои следы. Но это ведь неправильно! Разве ей, простой скромной девчонке, можно вот так поступать?
Заря мысленно рассмеялась. Простой девчонке, может быть, и нельзя. А вот ей — истинной паре вожака клана Вольных, нимфе, о которых слагались легенды еще в те времена, когда не было ни кланов, ни этого города, — ей можно все. И потому Зарета прижалась носом к крепкому мускулистому плечу. Хотелось заурчать от того, как приятно, терпко и знакомо пахла кожа Тима. Девушка сама не поняла, как все же прикусила смуглую кожу там, где татуировкой горела метка. И, наверное, Заря сошла с ума, но ей показалось, что метка немного увеличилась в размере. Из нескольких точек в форме укуса превратилась в затейливо сплетенные узоры.
Тихомир почувствовал, как ровные зубки вцепились в его плечо. Совсем не больно, пожалуй, даже щекотно. Но от этого Вольнова пробила такая сильная волна напряжения, желания и удовольствия, что мужчина не смог сдержать громкого рычания.
Хищник утратил самообладание, оголились инстинкты, и волк вырвался на свободу. Но не обезумевший хищник, а тот самый, мягкий и пушистый, которого так любила Зарета.
А девчонка рассмеялась, увидев огромную черную морду прямо перед собой.
— Красавец мой! — восхитилась Заря, тут же зарылась пальцами в мягкую шерсть.
А по волчьим глазам видела, что Тим слегка растерян. А клочки дорогого костюма и рубашки свисали с черной шерсти.
— Ничего, скоро ты обязательно научишься контролировать волка, — посочувствовала Зарета, а сама продолжала гладить мохнатую морду и посмеиваться.
— Вредная девчонка! — с наигранной обидой в голосе проворчал Тихомир, когда вернул обличие человека. Но, конечно же, одежда пришла в негодность. Зато и раздеваться теперь не нужно.
Вольнов не скрывал своих намерений, когда вновь крепко прижал податливое тело к себе.
— Я совсем не вредная! — возразила Заря, а от пронзившего все тело удовольствия голос осип, и по телу понеслась легкая дрожь предвкушения.
И теперь уже Зарету не смущало то, что она сидит попой на столе генерального директора «Волько», за дверьми их поджидают сотрудники, а сам Тихомир перед ней абсолютно голый и совершенный в своей мужской красоте.
Но вдруг дверь немного приоткрылась и в образовавшемся проеме появилась физиономия Добромира.
— Упс! — без особого сожаления произнес Дим, — Нет, вижу, что заняты. Но тут очень важный вопрос. Думаю, вам будет интересно.
— Отвали! — прорычал Тихомир, не оборачиваясь, а своим обнаженным телом закрывая Зарету.
Хотя, признаться, Заря была почти одета, разве что блузка на груди распахнута и волосы растрепаны. Теперь девчонка уже не напоминала строгую истинную пару вожака, а скорее — без оглядки влюбленную женщину.
— Дело срочное. Привезли профессора, — картинно прикрыв рукой лицо, но подсматривая сквозь пальцы, отчитался Вольнов-младший. — Нет, ну если у вас более важное занятие, я могу отвлечь старика. Чаю ему предложить, или яду. На выбор.
Тим зарычал еще громче. Но да, Дим прав. С доктором нужно встретиться и, наконец, выяснить все, что тот скрывал.
— У вашего руководства нет здесь сменной одежды? — невозмутимо поинтересовалась Зарета, — Или она закончилась в день нашего знакомства?
Дим рассмеялся, но, слава богам, исчез из кабинета, прикрыв за собой дверь. Тим, пусть нехотя, но выпустил жену из крепких и жадных объятий, и отошел к огромному шкафу, скрытому панелями в цвет стен. Распахнув его, принялся торопливо одеваться. А Заря, приведя в порядок блузку и волосы, улыбалась, наблюдая за мужем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не прекратишь, и я пошлю всех профессоров нахрен, — проворчал Вольнов, не оборачиваясь, но прекрасно чувствуя на себе взгляд Зареты.
— Просто ты очень красивый, — смущаясь, произнесла истинная.
Тихомир сбился и начал криво застегивать пуговицы, которые не хотели лезть в петли. Пришлось шумно выдохнуть.
Заря приблизилась и, поднырнув под руку Тима, встала к нему лицом. Ловкие девичьи пальцы накрыли крупные мужские, мягко отстраняя от крохотных пуговиц.
— Это самый лучший комплимент, который я слышал, — хрипло признался Вольнов, глядя на красивое и нежное личико жены. А так хотелось вновь заграбастать ее тело в свои объятия и позабыть обо всем.
— Это правда, — пожала плечом Заря, повязала галстук и подняла взгляд выше, к янтарным глазам.
— Я думаю, не стоит тебе и профессору пока встречаться, — решительно проговорил Тихомир, перехватил ладонь Зари, коротко поцеловал ее и повел к стене.
Там нажал на потайную кнопку и панели разошлись в стороны, открывая небольшое темное помещение.
— Побудь здесь и не выходи, — приказал Тим, и Заря подчинилась.
Тихомир закрыл дверь и подошел к столу, поднял изорванную после оборота одежду и выбросил ту в урну. А Заря, находясь в полумраке, поняла, что все прекрасно видит. Стеновые панели на самом деле были полупрозрачными. И если посетитель не знал о тайной комнате, то Зарета останется незамеченной.
Глава 19
Вольнов занял свое место в кресле хозяина кабинета. Заря не сводила глаз с темноволосой макушки и широких плеч мужчины. И даже на расстоянии девушка понимала, как изменился Тихомир всего за секунду. Теперь от вожака клана веяло силой, властью, могуществом. А по спине девушки промчались ледяные мурашки. Стало немного зябко от мысли, что Вольнов — не тот мягкий и пушистый волк. Теперь он хищник, зверь, безжалостный и жестокий. Сейчас он был тем Вольновым, которого Заря встретила впервые и которого боялась.
Тихомир, словно ощутив изменения в Заре, обернулся. На секунду во взгляде мужчины промелькнули тепло и нежность. Он словно утешал Зарю.
Зарета понимала, что он не видит ее, но на всякий случай кивнула. Да, она все понимала. Вольнов — вожак целого клана, глава города, сильнейший среди хищников, и, да, единственный оборотень, способный менять облик. И Заря гордилась мужем. И прекрасно осознавала, что у него есть свои обязательства. И ни в коем случае ему нельзя показывать свою слабость. А Заря и была его слабостью.
Дверь вновь распахнулась. Добромир прошел вперед, а за ним — профессор.
Мужчина выглядел несколько иначе, чем на приемах, куда ходила Зарета. Мягко сказать, был слегка потрепан. Всегда идеально отутюженная одежда теперь была измята, волосы всклокочены, а очки на старческом лице исчезли, и теперь доктор щурился, пытаясь рассмотреть кабинет.
— Я решительно не понимаю, по какой причине меня притащили сюда! — в запале начал говорить врач, но тут же осекся, когда Вольнов медленно поднялся из своего кресла и убрал руки в карманы брюк.
В кабинете повисла гнетущая тишина. Даже Дим напрягся, ощутив волну силы, исходившую от вожака.
А Заря не сводила взгляда с морщинистого лица профессора. Было заметно, как сильно тот трясся от страха.
— Вы лечили Зарету Иртанову. Почему? — произнес Тихомир низким, рокочущим голосом.
— Я… Я все бумаги показал вашим людям, Тихомир Светозарович. И результаты обследований. Девушка очень больна. У нее крайне редкое заболевание. И если не лечить, то внутренние органы придут в негодность. Первым откажет сердце, и… — спотыкаясь на каждом слове, говорил врач.
А Заря торопливо прикрыла рот ладонью, чтобы не выдать себя ни единым звуком. И слушала.
— Ложь! — хлестко пророкотал Тихомир и медленно шагнул ближе.
