Какая у тебя фамилия?
- Эванс. Джонатан Эванс, - отвечает мужчина просто.
Киваю, давлю улыбку, про себя проговорив его полное имя, будто это волшебное заклинание, способное спасти человечество, и продолжаю:
- А сколько тебе лет?
- Двадцать шесть…Миледи, почему вы вдруг…?
Кладу голову, подтянув к себе ноги, на колени, и гляжу на парня сбоку.
- Если не спрошу, ты ведь не скажешь.
Джонатан улыбается и отводит глаза, взъерошив рукой челку.
Может, это игра света и тени, но мне кажется, что его щеки слегка порозовели.
- И что же еще вы хотите узнать? – возвращает телохранитель мне, приняв расслабленную позу, но по-прежнему касаясь ребром ладони моей руки.
О, много чего!
Как и где прошло его детство, что ему нравится, что ему не нравится, чего ему хочется, о чем он думает перед сном, как попал в услужение к отцу, что он думает…обо мне.
Неназванный второстепенный персонаж, едва мелькающий на задворках, на которого никто из игроков, даже самых опытных, не обращал внимания.
Никому не известна его история, его прошлое и будущее. Просто парень из массовки. Если не присматриваться, не заметишь, какая у него красивая улыбка, каким он может быть внимательным и заботливым.
- Все, - говорю тихо, но с твердой решимостью. - Я хочу узнать о тебе все.
23
- Ты ему не нравишься, - замечаю я за глотком чая.
Хозяин чайной поглядывает на сидящего напротив меня мага с неприязнью и предупреждением во взгляде.
Мы в том самом заведении, где уже были прежде и откуда сбежали не заплатив. Впрочем, моей вины в этом нет, это все владеющей магией перемещения кудесник виноват.
- Пусть встает в очередь, он не первый и не последний, - усмехается Джейсон, двигая ко мне бумаги. – Твой слуга тоже не питает ко мне нежности! Обладай он маной, уже взорвал бы мне голову. От его тяжелого взгляда затылок чешется, пусть перестанет.
Поднимаю глаза от договора и тут же натыкаюсь на прищур Джонатана, сидящего за соседним столиком у окна.
Минуло три дня с той самой роковой субботы, когда мне сделали предложение руки и сердца.
К счастью, благодаря крайней, непонятной многим, разумности отца-маркиза, которую большинство называет глупостью, я и остальные дети дома Гарнет сами вольны делать свой выбор, о чем скоро стало известно широкой общественности.
Уж не оскорбленный ли отказом барон Юриан Флеминг распустил слухи? Впрочем, кто знает, это не столь важно. Главное, таких сюрпризов в будущем более не намечается!
Не знаю, какой отец отдал приказ моему лакею-телохранителю, но бдит Джонатан неукоснительно. Любой мужчина рядом со мной воспринимается как потенциальный объект угрозы моей свободе. Конечно, я рада, что обо мне так пекутся, но в то же время это немного неловко и стыдно.
Неловко перед окружающими и стыдно перед Джоном, мало ему носится со мной, непоседливой девчонкой из дворянского рода, теперь еще и поклонников отгонять приходится по приказу маркиза. А ведь мужчина так талантлив и умен!
Физически силен, не глуп, будь он подчиненным Оливера, его ждал бы блестящий путь. Мог бы стать помощником будущего маркиза, а после его вступления в титул - верным секретарем или правой рукой.
Наверное, пора с отцом поговорить, пусть определит Джонатана на более полезную должность, туда, где он смог бы развиваться, где мог бы делать карьеру. Не бегать же ему за мной всю жизнь по всяким чайным лавкам да страдать ерундой.
- Шарлин?
А. Перевожу взгляд на Джейсона и мягко улыбаюсь, опустив взгляд к страницам договора, быстро пробегаясь по строкам.
- Хм, кажется, все вполне честно. Меня устраивает. Но я возьму копию и покажу папе, прежде чем подписывать, хорошо?
Маг пожимает плечами, закидывая в рот половину от шоколадного пирожного:
- Как угодно. Я собираюсь подать документы на патент. Твое имя будет идти после моего, не против?
Возражений не имею. Я всего лишь генератор идей и инвестор, по правде говоря Джейсон Элдред мог и без меня справиться. Повозился бы подольше, да и средства бы еще поискал, но уверена, не оплошал.
- И еще, - говорит маг, пока я допиваю розовый чай - вкусно, жаль, что кончился так быстро – и тянется во внутренний карман камзола. – Вот, возвращаю.
Бархатный футляр, внутри мое колье с камнями. То самое, которое я использовала в качестве залога для артефакта, который помог мне разорвать помолвку с Бакстером.
Смотрю на Джейсона, тот отводит взгляд, его уши розовеют.
- Не могу его принять. У нас была сделка, но я ведь сам ее нарушил. Бал пропустил, да и вместо того, чтобы помогать тебе, сам в итоге оказался должен…принимать от тебя деньги…Короче, это твоя вещь и я ее честно возвращаю владелице.
Хлопаю глазами, машинально забирая из его рук футляр.
Ну надо же. А маг не настолько бесстыдный, каким начал мне казаться!
Только я хочу его похвалить, как шум в другой части чайной привлекает внимание. Не только мое, а всех присутствующих. Джейсон тоже оборачивается.
- Ты! Что ты натворил! Знаешь, сколько стоит это платье?! – вопит на обескураженного Джонатана Розетта Кармайкл.
Надо же, она тут какими судьбами?!
Так, видимо, Джон случайно пролил на юбку ее светло-розового пышного наряда чашку чая. Пятно бросается в глаза.
Но, зная его, готова спорить, что вина тут не столько на Джонатане – за ним неловкости прежде не наблюдалось - сколько на другой стороне. Ехидство в глазах Розетты, когда я поднимаюсь из-за стола, становится прямо-таки безудержным.
- Какая хозяйка, такой и слуга! – тычет пальчиком в моего лакея надменная девица, посылая мне усмешку.
Джон склоняет перед ней голову в низком поклоне:
- Прошу прощения, мисс Кармайкл!
Несформировавшееся в слова возмущение застывает в горле, стоит увидеть макушку этого сильного мужчины, склоненного перед чужой женщиной. Она ведь не его нанимательница, он не ее работник, не обязан ей угождать…Мне не нравится. Очень не нравится вся эта сцена. Даже я, даже я - та, кому Джон вынужден служить - не позволяю себе так с ним обращаться! А какая-то пигалица считает, что имеет право на столь надменный тон?!
Прежде чем успеваю опомнится от шока, Розетта берет с соседнего стола стакан и выливает все его содержимое – горячий пунш – на голову склонившегося перед ней слуги.
- Извинения? Кому нужны твои извинения? Думаешь, все обойдется паршивыми извинениями?!
У меня невольно сжимаются кулаки. С каштановых волос капает
