Читаем без скачивания Рамиль (СИ) - Сакру Ана

Её возмущение меня дико веселит. И заводит. Хотя... может и не заводит. Сейчас сложно понять, потому что заведен до предела я уже был и до этого.

- У нас теперь всё общее, Лен. Ну, кроме коммуналки. Это, так и быть, я сам оплачу, - невозмутимо продолжаю.

Акунина распахивает от праведного гнева рот, я распахиваю настежь дверь и, смачно шлепнув по упругой заднице, загоняю любящий подрыхнуть подольше алеющий цветочек в свою берлогу.

Буля вертится под ногами, трансформируясь во взбезившийся электровеник, но мне сейчас не до него. Отпихиваю четвероногого друга, мысленно извиняясь и обещая погулять попозже. Вот только Акунину трахну....Прости, Буль, мне тоже невтерпёж.

Лена даже не озирается. Ей похоже вообще плевать, как выглядит мой дом. Зеленые глаза жадно впиваются в меня, рискуя спалить одежду горящим в них чувственным зноем. Алёнка инстинктивно делает неловкий шаг назад, качнувшись на своих долбаных шпильках, выразительно облизывает губы и упирается лопатками в стену. Я как в танце синхронно наступаю, и упираюсь уже в Акунину. Упираюсь в прямом смысле, потому что у меня каменный. Всё это гребаное танго с оттягиванием секса заводит до каких-то невероятных болезненных высот. Теперь я понимаю, почему некоторые мужики тащатся от страданий неразделенной любви. Они просто представляют, как феерично можно кончить, подождав с пару лет. Моя левая рука упирается в стену у Ленки над головой, правая смыкается на её тонкой гибкой шее. Я чувствую, как она сглатывает-движение горла отдаётся мне в ладонь.

- Экскурсию проведешь?- интересуется Лена глухо и насмешливо, а у самой уже взгляд поплыл, как у мартовской кошки.

- Да,- хмыкаю ей в губы, а через секунду наши рты сливаются в единый беснующийся организм. Толкаюсь глубоко в неё языком, расплющиваю грудной клеткой её аккуратную двойку, вжимаюсь пахом в мягкий пока ещё впалый живот.

Яйца простреливает ноющей потребностью. Бл...ть...Резко отстраняюсь, разрывая поцелуй, и, под Ленкино возмущенное шипение,  разворачиваю её к себе спиной и заставляю прижаться щекой к стене. Вот тебе и первая достопримечательность, Лена... Смотри, какая классная декоративная штукатурка - сам выбирал...Учитывая, как меня разрывает, смотреть придётся недолго- максимум минут пять...

 Лена протяжно скулит то ли порицая, то ли одобряя мои поспешные действия, и выгибается в пояснице, вжимаясь задницей в мои бедра. Член упирается как раз между ее булок, Ленка рвано стонет, царапая штукатурку. Я всем телом прижимаюсь к ней, прикрывая глаза. Мой нос зарывается в её душистую макушку,  легкие пропитываются цветочными духами и сладковатым запахом женского возбуждения. Левая рука ощупывает Ленино лицо, смыкается на шее. Большой палец находит приоткрытые губы, раздвигает их сильнее, толкается глубже, и Лена тут же послушно начинает сосать. Меня ведет как от ударной дозы алкоголя. Очень...ОЧЕНЬ... старательная Лена... Чуть попозже разберемся с этими твоими навыками, Акунина ...

Правой рукой судорожно пытаюсь справиться с собачкой на её джинсах, пока Ленка, постанывая с моим пальцем во рту, ритмично трется задницей о мой член. И то, что всё это через ткань как-то ни хрена не спасает, потому что еще чуть- чуть, и я задымлюсь, возвестив о том, что Акунина добыла огонь.

- Лееен,- хриплю ей в волосы как заведенный на каждом вдохе, - Лен...Лена...Бл...

- Мммм....- мычит она, глубоко всасывая мой палец, щекоча языком подушечку и прикусывая ногтевую пластину, когда я наконец побеждаю несчастный замок на её джинсах.

Срываю штаны вниз по стройным бедрам, сдвигаю нетерпеливым движением черную кружевную полоску, заменяющую Лене трусы. Бл...ть...Мокрые припухшие губки, обжигающе горячая щелка. Сжимает сразу мои пальцы, захватывая в кольцо. Чуть развожу, и Лена утробно стонет, выгибаясь сильней, шире расставляет ноги, подставляясь.

Я жмурюсь, стараясь ровнее дышать, потому что напряжение в паху ощущается уже невыносимым. Глажу её, потрахивая пальцами и одновременно пытаясь хоть чуть- чуть успокоиться. Пусть первая кончит...Ощущаю странную твердость через заднюю стенку ритмично сокращающегося вокруг моих пальцев влагалища. Нажимаю - Лена протяжно мычит, подаваясь за моей рукой. Бл...ть, не может быть...это...

На висках выступает пот, по позвоночнику растекается тяжелый знойный жар, дыхание выбивается из лёгких. Бл...ть, Лееена...Сууука...

Скольжу большим пальцем между упругих половинок и вместо колечка ануса нащупываю декоративный камешек стопера. В ушах шумит водопад, перед глазами плывет. Она..ехала...ТАК? От одной этой мысли меня подрывает как на мине.

-Я хотела сделать сюрприз,- невинно шепчет Лена, вылизывая мой палец.

Лена, бл...ть.

Рефлекторно толкаюсь агонизирующим членом ей в задницу, низ позвоночника простреливает мучительным наслаждением. По телу прокатывается тягучая судорога. Рвано выдыхаю Лене в макушку, зарываясь лицом в её душистые мягкие волосы. Ватное тело словно стекает к полу. Мне стыдно открыть глаза. Стыдно пошевелиться.

 Охренительный сюрприз, Лена. Тебе бы дедом Морозом с такими навыками удивлять подрабатывать. Я впервые кончил в штаны. С новым годом, бл...ть. С новым счастьем. Где-то на заднем фоне ворчливо тявкает Булька, присоединяясь к поздравлениям.

18. Лена

Будит меня отчаянный требовательный скулеж. Чёёёрт. Что ж так рано то, а? Даже веки не поднимаются. Прикрываю глаза рукой, тихо застонав. Ворочаюсь под легким одеялом, зарываюсь поглубже, накрываясь с головой, и утыкаюсь носом в подмышку. ЕГО подмышку. Губы  растягиваются в лениво- счастливой улыбке, которую я просто не могу сдержать. Закидываю Раму руку на грудь, ногу на бедро и вжимаюсь в него в отчаянной попытке стать сиамскими близнецами.

- Буля, твою мать, сейчас...Отвали...- раздается глухое ворчание над моей макушкой.

Какая-то возня, тихий мат. Похоже, пес прыгнул хозяину прямо на лицо, которое грозится использовать вместо газона, если в ближайшее время его не выведут. Едва слышно смеюсь. Веселье, томное и сонливое, клокочет в груди, разливаясь по телу настоящим блаженством. Это ощущение многократно усиливается, когда Рам, все-таки отпихнув пса, залезает ко мне под одеяло с головой и, перевернув меня на спину, устраивается меж разведенных ног. Под одеяло почти не проникает свет, и я с трудом различаю его лицо. Вижу только, как черные глаза углями горят, прожигая меня. Убираю пальцами нависшую ему на лоб смоляную прядь, глажу стриженный затылок, обвиваю плечи, пройдясь по узору татуировки на спине. Влажный жар между ног, не покидавший меня даже во сне, моментально достигает критических отметок, становясь требовательным и зудящим. Рам голый, горячий,  возбужденный, и он об меня трётся...

- Проснулась?- хриплым спросонья голосом спрашивает очевидное. Давление его тела становится ощутимей, я чувствую, как теку.

- Да, - чуть подаюсь бедрами к нему, показывая, что можно прямо сейчас. Я до сих пор не остыла с ночи, которая не так уж и давно закончилась, и никакие прелюдии мне нужны.

Рам понимающе хмыкает и наклоняется к моему рту. Лениво проводит языком по губам, размыкая, проникает внутрь. Чувственно, медленно и развязно. Давая понять, что это не просто поцелуй, а имитация того, как он хочет меня взять.  Стону ему в рот, мелко содрогаясь от предвкушения. Мне нравится- нравится- нравится...

Блин!

Булька рывком стягивает вниз одеяло и громко коротко рявкает, намекая, что мы оборзели. По коже моментально ползут колкие мурашки от сквозняка, Рам со стоном отстраняется, приподнимаясь на руках.

- Я пошел,- хмуро смотрит на возмущенную псину, потом на грустную меня,- Если он обоссытся- он меня не простит...

- Иди, я сплю,- провожу с сожалением ладонью по его груди и животу и, вздохнув, обратно натягиваю на себя одеяло.

- Я скоро,- заверяет Рамиль и чмокает меня в торчащую из- под одеяла макушку.

- Не надо, я сплю!- бурчу в ответ.