Читаем без скачивания Соучастие в убийстве - Джуда Уотен

Браммел ломал голову, кто эти две красотки в машине, ехавшей впереди.

— У этих малюток есть что нам рассказать, — обратился он к Хэму.

Браммел вдруг почувствовал уверенность, что скоро он настигнет убийцу. И вызволит Сима. Браммел откинулся на сиденье. А потом что? Жизнь сыщика — это бесконечная и в общем довольно бесплодная погоня. Джо, который правил катафалком, получает за свои труды больше любого сыщика.

— Неплохая коммерция — хоронить мертвецов, — сказал Браммел Хэму. — Джо загребает кучу денег… Нет, право, это довольно прибыльно — иметь дело со смертью.

Хэм не сводил глаз с дороги и даже не улыбнулся. Но Браммел разошелся, ему хотелось выговориться.

— Знаете, если бы начать жизнь сначала, я бы, пожалуй, тоже стал гробовщиком… — Он помолчал. — Нет, лучше бы завел трактир. Веселее. Хотя с мертвецами меньше риску. День и ночь контора открыта, и никаких тебе налетов, никаких штрафов…

27

Быстро промелькнул пригород. Катафалк впереди мчался с такой скоростью, будто спешил освободиться от своей ноши. Но как только показалась кладбищенская ограда, катафалк замедлил ход, степенно въехал в ворота и медленно поплыл по дорожке между высокими эвкалиптами, за которыми начинались ряды надгробных плит и памятников. Они проехали мимо плантации роз — здесь, под цветущими кустами, были погребены урны с пеплом усопших. Наконец траурная процессия остановилась перед крематорием — мрачным строением, похожим на масонский храм.

Браммел и Хэм вышли из машины и последовали за родственниками в просторный пустой зал крематория. Священник быстро прочитал надгробную молитву, невнятно бормоча слова. Провожающие склонили головы. Юная красотка приложила к глазам маленький кружевной платочек. Браммел смотрел на опускающийся гроб, не испытывая никаких эмоций; покойная миссис Тайсон была для него всего лишь очередной юридической загадкой, преступлением, которое должно быть раскрыто. И все же почему-то образ этой женщины преследовал его. Он даже не отдавал себе отчета почему.

Когда все кончилось, Браммел сказал Хэму:

— Задержите тех двух малюток. Я только взгляну на венки и подойду к вам.

Вместе с Хэмом он вышел на лужайку, чтобы выразить соболезнование родственникам, ожидавшим, когда им подадут траурные машины, чтобы вернуться в город. Затем Браммел направился к катафалку, куда Джо сложил снятые с гроба венки.

— Вот эти, инспектор…

Браммел внимательно рассмотрел каждый венок и прочитал надписи на карточках. Одна карточка была подписана Эдвиной и Мари, и Браммел заключил, что этот венок — от двух красоток, с которыми сейчас беседовал Хэм. Вторая карточка была без подписи. Браммел узнал почерк: «Малыш»! «В память о прекраснейшей из женщин, которую я любил. До грядущей встречи» — писал он.

«За этими банальными сентиментальными словами кроется подлинное чувство», — подумал Браммел. Вряд ли «Малыш» написал бы их, если бы он убил миссис Тайсон. Но почему же в таком случае он не пришел на похороны? Убийца он или нет, очевидно, у него есть веская причина держаться в стороне. Браммел спрятал карточку в бумажник и показал Джо на венок.

— Откуда прислали этот венок, как по-вашему?

Джо с видом знатока стал его разглядывать.

— Очень дорогой венок, инспектор, — сказал он. — Вы, может быть, и не заметили, но я уж не ошибусь. — Он взял венок из рук Браммела и снова принялся разглядывать его. — По-моему, от «Джоселин» либо из «Художественных цветов», — заявил Джо. — Скорее всего из «Художественных цветов». Там есть искуснейшая мастерица.

— Большое спасибо, Джо, — сказал Браммел. — Вы не возражаете, если я заберу его с собой?

Гробовщик протянул ему изысканный венок. Держа его перед собой, Браммел направился к Хэму и двум дамам, стоявшим на лужайке. Подходя, он успел заметить постное официальное лицо Хэма, холодную настороженность дамы постарше и растерянность на лице молоденькой женщины. Хэм громко обвинял их в чем-то.

Браммел прервал своего помощника и представился дамам.

— Право, не знаю, чем я могу вам помочь, — сказала старшая. Звали ее Эдвина Саммерс. У нее были черные как смоль волосы, голубые глаза, гладкая смуглая кожа, тонкая талия и длинные пальцы.

Браммел тотчас же припомнил это имя — владелица фешенебельного ателье мод.

Она разразилась тирадой против Хэма.

— Он расспрашивает меня так, будто я имею какое-то отношение к ее смерти, — сказала она, бросая сердитый взгляд на молодого сыщика. — Он считает, что я обязана знать, чем она занималась в тот день…

— Миссис Саммерс, — твердо заявил Браммел, — сыщик Хэм абсолютно прав, спрашивая вас о миссис Тайсон…

Браммел уже понял, что миссис Саммерс отнюдь не расположена беседовать с ними, и использовал неловкость Хэма, чтобы продолжить расспросы.

— Вы должны рассказать нам все, что знаете, миссис Саммерс…

— Я ничего не знаю. В тот день я видела ее мельком.

Он в раздумье смотрел на нее спокойными голубыми глазами.

— Мы ищем кого-нибудь, кто бы хорошо ее знал и мог рассказать нам о ее друзьях. А их у нее, надо полагать, было немало… И все же никто не пришел в полицию, чтобы помочь следствию.

Миссис Саммерс молчала. Браммел перевел взгляд на молоденькую блондинку, которая разглядывала его с любопытством. Она была изумительно сложена. Звали ее Мари Майлс, она работала манекенщицей и играла маленькие роли в репертуарном театре.

— А вы знали миссис Тайсон? — спросил ее Браммел.

— Да, я ее очень хорошо знала, — слегка жеманясь, с готовностью ответила мисс Майлс. Ей нравилось, что она оказалась в центре внимания. Щеки у нее порозовели, и на лице появилось то выражение необычайной заинтересованности, которым иногда лишь прикрывают скуку. Но сейчас о скуке не могло быть и речи.

— Вы бывали у нее дома?

— О, нет, инспектор. Но я каждый день видела ее в магазине.

— В магазине? В каком магазине, мисс Майлс?

— В салоне миссис Саммерс.

— И в тот день вы ее тоже видели?

— Конечно. Она, как всегда, ушла днем, не поздно.

Браммел взглянул на миссис Саммерс.

— Почему вы не сказали, что она каждый день бывала в вашем магазине?

— К слову не пришлось, инспектор.

Браммел снова повернулся к Мари Майлс.

— Она работала вместе с вами, мисс Майлс?

— Не совсем так, — ответила она, поглядев на Хэма и миссис Саммерс и только теперь заметив предостерегающий взгляд миссис Саммерс. Но разве она сказала что-то не так? Ведь она говорит чистую правду.

— Что именно делала миссис Тайсон? — спросил Браммел.

Миссис Саммерс нахмурилась, и Мари запнулась.

— Что вы сказали, инспектор? — едва слышно переспросила Мари Майлс.

Мимо проехал катафалк и две траурные машины.

— Почему они нас не подождали? — сердито воскликнула миссис Саммерс. — Как мы теперь доберемся домой?

— Мы вас подвезем, куда вы захотите, — сказал Браммел.

Она поблагодарила, хотя по выражению ее лица можно было догадаться, что эта поездка не доставит ей удовольствия.

На протяжении всего пути до города Браммел расспрашивал ее.

— Я полагаю, вы отлично знали миссис Тайсон и знаете ее друзей, — сказал он.

— Ничего подобного, — раздраженно ответила она.

— Вы так и не сказали мне, что миссис Тайсон делала в вашем магазине. Она служила у вас?

На лице миссис Саммерс промелькнуло беспокойство.

— Нет, не то чтобы служила…

— Так что же она делала?

Между ними существовало соглашение, хотя они не были компаньонами, объяснила миссис Саммерс. Миссис Тайсон ссужала ее деньгами и поставляла заказчиков. За это она получала комиссионные.

— Вы были у нее в долгу? — спросил Браммел.

Миссис Саммерс вспыхнула.

— Не понимаю, какое это имеет отношение к следствию? — спросила она.

— Предоставьте мне решать, имеет это отношение или не имеет, — сказал Браммел.

На лице ее отразилось беспокойство, когда он снова спросил:

— Вы задолжали ей много денег, не правда ли?

— Вы не поймете, в чем дело…

— Вы регистрировали суммы, которые одалживали?

— Нет, — сказала она. — У нас было письменное соглашение… Я признала свои долги. Оно должно было находиться у нее.

— Мы его не нашли… Это соглашение не было юридическим документом?

— Видите ли… — начала она.

— Налоговое управление, к примеру, ничего не знало о том, что миссис Тайсон участвует в вашем деле?

Миссис Саммерс не ответила.

— И до нашего разговора вы могли надеяться, что душеприказчики не узнают о вашем долге?

— Ведь существует соглашение.

— Да, конечно.

Однако он не был убежден, что такой документ действительно существует. Может быть, о соглашении знал лишь поверенный или общий друг, который выступал в качестве посредника. Важно было это установить.