свой истинный хищный оскал.
Один плюс, Вика больше не преграждает мне путь.
Беспрепятственно выхожу на улицу, и сажусь на пассажирское сидение крошечного «Део матис». Ноги приходится сгибать чуть ли не вчетверо. Ненавижу бабские тачки!
— Ты чего такой хмурый? — Наташа аккуратно отъезжает от дома, не переставая с восхищением оглядываться по сторонам. Потом не дожидаясь моего ответа, восторженно тянет: — Оу! У вас и бассейн есть! А я так люблю плавать…
Повисает неловкая пауза. Девчонка явно ожидает, что я скажу что-то вроде «приходи как-нибудь, поплаваешь», но у меня нет ни малейшего желания продолжать наше знакомство.
— Ага, — хмыкаю, надевая солнцезащитные очки. — Отличный бассейн.
Наташа выруливает на шоссе и нервно постукивает пальцами по рулю. Вздыхает, пытаясь казаться печальной.
— Сегодняшняя ночь была прекрасной… — начинает она.
Я с сомнением хмыкаю. Да уж. Представляю, каким я мог быть «прекрасным». Бухой в говно, с трудом помнящий лицо той, кого трахаю. Охуеть, романтика!
— Надо как-нибудь повторить, — с надеждой предлагает она.
— Слушай, Наташа, — поворачиваюсь к ней в пол-оборота. — Ты классная и всё такое, — хреновая фраза, но на большее я сейчас просто не способен. — Но мы с тобой не вместе. Спасибо, что вчера подбросила меня, но на этом всё. Я не ищу серьёзных отношений. Дело во мне, а не в тебе.
На самом деле, не во мне и не в ней, а в одной мелкой занозе, что будто цепями меня к себе приковала! Но… «нас» с Полиной не существует даже в моих извращённых фантазиях, так что это к делу не относится.
— Я думала… — губы Наташи начинают трястись, а глаза обильно влажнеют. Твою ж мать… надеюсь, она реветь не будет? — Я думала, я тебе нравлюсь!
— Ты нравишься, — вздыхаю, пытаясь вырулить из этой ситуации с наименьшими потерями. — Но я не хочу давать тебе ложную надежду. Отношений не будет. Прости. И не плачь, пожалуйста.
Но Наташа даже не думает «прощать» и «не плакать». Наоборот, она начинает реветь в голос, бьёт по рулю и, вообще, реагирует крайне неадекватно. Мы с ней пару дней всего тусили! К чему эта истерика⁈
— Ты мне ночью в любви признавался! Когда засыпал так и сказал: «люблю тебя, мелкая»! Зачем ты это сказал⁈ Ты просто… просто… мерзавец!!
Следом она резко тормозит прямо посреди дороги.
Машины сзади начинают сигналить, а я чуть лбом стекло не припечатываю!
— Охренела? Ты что творишь?
— Выходи! — кричит на меня. — Выходи из моей машины!
— Мы посреди трассы! Куда мне выходить?
— ВЫХОДИ, СКАЗАЛА!
Пиздец… быстро смотрю по сторонам, а потом выбираюсь из её крошечной тачки.
— Истеричка!
— Козёл!!! — выбрасывает в окно мою куртку.
Потом резко бьёт по газам и стартует с места, обдавая меня удушливыми выхлопными газами.
Пытаюсь отойти к ограждению так, чтобы меня не сбил несущийся поток машин.
Охренеть… ну что за утро? Может, Полина, и правда ведьма?
Иначе почему меня преследует сплошная полоса невезений?
Глава 40
Полина
Последнюю неделю, несмотря на проблемы в семье, настроение у меня боевое.
Если бы не мама с её перманентной депрессией по поводу отца и его внезапной трехнедельной командировки, я бы могла сказать, что моя жизнь налаживается.
Я больше не реву по ночам в подушку, коря себя за преступное влечение. Высыпаюсь отлично, лелея в душе план своей сладкой мести.
После того случая в душевой Даня стал частенько пропадать на ночь. Зато баб больше не водит — как отрезало! Ставлю мысленную галочку в список планов по поводу его перевоспитания.
Если честно, очень хочется отвлечься на учёбу или с подругой куда-нибудь сходить, но в колледже ужасно скучно, а Мила… она теперь устроилась на подработку, поэтому сразу после лекций спешит в свою кафешку.
Поэтому мне волей-неволей остаются только танцы и подлые мысли о мести Дане…
Иногда мне даже кажется, что я реально с ума сошла! Просто свихнулась на почве ревности! Особенно теперь, когда я знаю, что «имею право» испытывать к нему эти чувства, мне особенно горько, что моим крашем стал такой как он!
Неприлично красивый, неприлично порочный… и, вообще, тупой спортсмен!
Будто на зло, судьба постоянно подбрасывает мне встречи с ним! То в столовой, то на физкультуре, то в бассейне… Я теперь не тушуюсь и смотрю на его идеальное тело сколько пожелаю. Вот только эти постоянные девки, что жужжат возле него словно мухи, которым мёдом намазано, ужасно бесят!
А тут ещё я в столовой подслушала, что на том самом «озере» намечается очередная туса. И «красавчик Ольшанский», как назвала его одна из болтающих за столом девчонок, точно будет там.
Потом они принялись обсуждать его достоинства, уделяя особое внимание одному конкретному, и мне хотелось всех их придушить голыми руками! Но, конечно же, сделать этого я не могла, поэтому просто оставила недоеденный салат, сгребла свои вещи в сумку и стремглав вылетела из столовой!
От бессилия хочется выть! Не хочу, чтобы он ехал на эту тусовку! Не хочу!
Размашисто иду по коридору. Сейчас у всех идёт пара, но у меня её отменили, поэтому есть свободных полтора часа.
Выхожу на улицу и медленно бреду куда глаза глядят.
Сегодня ещё довольно тепло, хотя уже начало октября…
«Золотая осень», или как там её окрестил Александр Борисович?
Деревья усыпаны яркими желто-оранжевыми листами, но на газоне футбольного поля до сих пор зелено.
Внезапно останавливаюсь, понимая, что пришла на тренировку футболистов.
Дани среди них нет, видимо, тренируется запасной состав. Зато капитан команды, отвратительный тупой качок Гера тут как тут.
Брезгливо морщусь, замечая на себе его сальный взгляд.
Уже было хочу уйти, но…
Внезапная идея подобно молнии простреливает моё сознание.
Хм… а что, если…
Нет, это уже слишком! Перебор даже для новой мстительной версии меня!
Сердце молотит в груди как бешеное.
Несколько секунд стою в нерешительности, но потом судьба будто решает за меня.
— Привет, Ольшанская! — Гера перелезает через ограждения и подмигивает мне.
— Привет, придурок, — закатываю глаза, но уйти не спешу.
— Ко мне пришла? Соскучилась? — он водит бровями вверх-вниз, делая шаг вперёд.
А у меня от одного его вида к горлу подкатывает тошнота. Отвратительный тип! Вот бы кто-нибудь ему уши намылил! Да так лихо, чтобы он больше никогда даже помыслить не смог принуждать девушек к сексу!
Жаль, что я Ангел мщения совсем другому засранцу, на двоих меня, боюсь, не хватит.
— Ага, безумно соскучилась! — выдавливаю приторную улыбку, — Пошли-ка, поболтаем!
С этими словами я беру обалдевшего Геру за локоть и тащу тупую гору мышц за поворот.
Он лыбится, думая, что сейчас ему что-то обломится. Идиот! Даже не подозревает, что у меня к нему совсем другое дело.
Глава 41
Полина
— Ну что, крошка, — толстые сосиски его пальцев тянутся к пряди моих волос и заправляют её за ухо. — Соскучилась?
Гера противно лыбится, а меня чуть ли не выворачивает. Нет, он не урод. По крайней мере, чисто внешне. Спортивный, широкоплечий, вполне себе мужественный, хоть и не красавчик. Наверное, веди он себя иначе, имел бы популярность у девушек. Но… хватает одного вечера
